Саммаэль

Могли быть у Верса ведь и другие цели…

— В двух словах расскажу. Я беру поле событий в Сети Федерации — и финансовые, и криминальные, и медицинские, да даже и частоту почтовых сообщений. Беру всё. Строю прогностическую модель — и слежу за отклонениями от этой модели…

— А. То есть, вы моделируете социальную активность по Робинсону-Ширли …

— Срать на Робинсона-Ширли, на это и ста «Констеллейшнов» не хватит! Просто линейная экстраполяция…

— Так это же не модель! — вскричал «ведьмак».

— А точная и не нужна. Потому что потом я смотрю на пространственное распределение отклонений…

— И видите хрен знает что.

— Да, картинка получается зашумлённая. Но на фоне шумов выделяются паттерны [28] … — Саммаэль не стал уточнять, как именно выделяются.

— При неправильной исходной предпосылке на фоне шумов выделить можно всё что угодно!

— Но это «всё что угодно» не будет локализованным. И не будет протяжённым во времени.

28

Паттерн — система, структура, шаблон.

— А вы наблюдаете локализованные и протяжённые…

— Волны.

— Волны?!

— Да, волновые фронты. А, по Робинсону-Ширли, отклонения от линейной модели не должны иметь пространственных осцилляций [29] . К тому же, — Саммаэль вкинул голову. — Высота этих «волн» оказалась связана с тем распадом мира, который я наблюдал.

— Порог интенсивности…

— Да. Плеснуло через край — и весь мир утопило.

— Погодите, погодите. Получается, что ваши финансовые дела…

29

Осцилляция — колебание.

— Никак не связаны с моими расчётами. Фондовый рынок я прогнозирую… своими средствами.

— И катастрофа на Аргосе-2… на Аргосе-2 распада ведь не было! Это вы тоже предвидели «своими средствами»?

— Да, своими, и делал это у вас на глазах, — Саммаэль устало махнул рукой, вспомнив, как нёс в диспетчерской не пойми что. — Но «волна» в секторе Аргос тоже присутствует. Слабая, до распада пока не дошло, — но есть. И нарастает.

— Надо же, — Верс почему-то рассмеялся. — Я-то думал, вы стоимость акций по Робинсону-Ширли … — «Ведьмак» на секунду задумался. — Подождите-ка. А источники этих ваших… «волн»…

— По всей видимости, точечные. Волны расходятся узкими фронтами и из нескольких точек. И все находятся в Сумеречье.

— У вас есть координаты?

— Есть один квадрат. «Эр-шестьдесят», «тэ-восемьдесят»…

— Нда. Великоват разброс.

— А точнее пока и нет. Я слышал, что эти области недоступны для ваших кораблей?

— Почему же, доступны. Прийти мы туда можем… мы не можем навестись на какой-то конкретный мир. Миры там слишком тесно стоят. Но — попытки с двадцатой, с тридцатой… с сороковой. Шестидесятую параллель даже неплохо исследовали. Но задерживаться не стали.

— Понятно.

— Значит, несколько точек, — Верс хлопнул рукой по столу. — По вашим словам, есть несколько точек, которые находятся в Сумеречье, гонят волну, эта волна сбивает корабли с курса, и даже топит миры. Так?

— Пока так, — сказал Саммаэль.

— Совпадает.

— Совпадает — с чем?!

— С тем, что намерили в Айзенгарде. Понимаете, — «ведьмак» замялся. — Эта информация засекречена…

— Так и Аргос ведь засекречен?!

— Да. И невязки в навигации, кстати, тоже. Ну… ладно, подписку о неразглашении пока брать не стану, с бумагами будем потом… В общем, дело в следующем, — Верс наклонился вперёд. — В Айзене установлен Большой гравитационный интерферометр. В принципе, это военная разведывательная машина, она может засекать перемещения крупных флотских соединений… но если поставить другой входной фильтр — то она измеряет смещение мировых линий. Измерения мы проводили; и обнаружили, что сдвиг линий имеет волнообразный характер, и источники волн нахпдятся в Сумеречье. И — да, чем больше интенсивность волны, тем сильнее сбоит навигация. Какие-то источники даже пытались обследовать [30] … но пока ничего конкретного.

30

См. рассказ «25 градусов».

— Вот как.

— Значит, с чего тут можно начать. Для начала — посчитать ваши «информационные волны» по крупным портам — да взять хотя бы и Дейдру! — и сравнить со статистикой по сбоям навигации…

— Но это ж закрытые данные!

— Значит, у вас будет к ним доступ! — отрезал Верс. — И второе. Сравнить расчёты «информационных волн» с результатами интерферометрии. К которым, значит, тоже понадобится доступ…

— Да, это было бы интересно.

— Ну что ж, — «ведьмак» встряхнул головой. — С этого и начнём. И… похоже, что у нас появилась надежда.

Только странно это прозвучало — «у нас».

***

— И ты ему веришь?

— Не вполне, Милен, не вполне. То есть, я уверен, — Саммаэль сделал ударение на слове «уверен». — Что Верс хочет решить эту проблему. Чтобы корабли ходили как надо, чтобы миры не разваливались… Только вот зачем ему эту проблему решать?

— А какая нам разница?

— Пока — никакой.

— В крайнем случае, — Милена задумалась. — Его можно просто убить.

— И хрен нам тогда, а не арденнская Сеть.

— Ну… ну да.

Глава 8. Чёрная карта

— Займёмся сперва вашей техникой, — Верс хлопнул себя по бедру.

Инженер, угрюмый детина, руки пожжены паяльником («значит, из жопы растут!», злорадно подумал колдун) примерился, выдрал из стойки модем — и воткнул на его место массивную чёрную коробку.

— Модем армейского образца, — комментировал его действия Верс. — Даст вам доступ кое к какой закрытой статистике… может быть, уточните ваши модели. Да и скорость будет повыше.

— Так, а какого?…

— Какого чёрта мы пихаем в ваш компьютер неизвестное вам железо? Так у вас тут открытая система? Прикрутите поверх брандмауэр — и все дела!

— Ладно…

— Теперь вот, — Верс положил на стол распечатку. — Логин и пароль от «Констеллейшна». Доступ второго уровня; позволяет даже перебивать низкоприоритетные задачи. Раньше, — «ведьмак» поднял брови. — Вы такой возможностью не пользовались, хоть её и имели. Только сервисную карту надо бы сдать, нам там пару блоков пора ставить в ремонт…