Самородок в чулке

– Подожди, – сказал Червонов, – а на кой хрен он нужен? Чтоб Пробе все о наших планах докладывал?

– Не думаю, что он будет это делать, – усмехнулся Макс. – Он зол на дядю и его окружение и будет нам очень полезен.

– Я тоже так думаю, – вмешалась Алла. – Мы ничего не потеряем, а вот узнать можем многое.

– Ладно, – кивнул Червонов, – пусть будет у нас. Но смотри, Макс, если что-то пойдет не так, я тебя на сковородку посажу.

– Все будет нормально, он нам очень пригодится, – заверил Макс.

– А как там у якутов? – спросил Червонов.

– К сожалению, пока ничего конкретного – ответил Макс. – Пижон никак не может попасть на место. Но там вроде еще никого нет, вертолет туда два раза вылетал. Пижон вообще-то высадиться хотел, но менты в ту сторону летели, и вертушка вернулась. Однако они не видели там никого.

– Черт, я теряю время и деньги! А еще этот олений мафиози свои условия выдвинет. Что-то темнит Бурцев. И похоже, выбирает, с кем лучше партнерство иметь. Видно, выберет Пробу. У Хорина все по закону, а это сейчас лучше пары сотен отморозков. Менты, сучары, начали во времена Советской власти возвращаться. Воров в законе в зоны убирать стали. Так что надо легализоваться, а то каюк придет. Короче, кому бы бабки хорошие предложить, чтобы дали разрешение на золотодобычу? Туда ехать – пустой номер. Пока то да се, проверят, узнают, что дважды привлекался за дела с золотом, и хрен на рыло. Проба, сука, пристроился к этим молодым, и все, сейчас он стоит у руля. Ништяк, что племяш его решил к нам заскочить. Вот и узнаем, как там и что. Наверняка есть недовольные. Проба, сто процентов, свои дела вертит. Хоть убейте, не поверю, что он только на заработанное живет и налоги платит. Не тот пассажир Проба. Короче, Петьку нужно принять по высшему разряду. Пусть чувствует себя человеком. А ты привези Лильку, – посмотрел Червонный на Аллу. – Пусть она его окрутит. Лилька это умеет и вытащит все, что он нам не скажет. Наверняка он по обиде на Пробу ко мне решил переметнуться. Но вполне возможно, что это засланный казачок. В общем, привези Лильку. И пошлите кого-нибудь встретить Петушка, а то еще попадет под раздачу к рыцарям ножа и топора. Сейчас на дорогах таких полно.

– Понятно. – Макс вышел из комнаты.

– А ты давай за Лилькой, – сказал Червонов Алле.

– Сама приедет. – Она взяла сотовый.

Якутск

– Понятно, – держа у уха спутниковый телефон, кивнула Элла. – Значит, Хорины поссорились? А куда племянник делся?

– А кто его знает, – послышался ответ. – Говорят, что с какой-то телкой в Сочи уехал, к олимпиаде готовиться или места закупать. Разговор идет, что уже многие новые русские с армянскими и грузинскими фамилиями билеты заказали.

– Хватит шутить! – строго проговорила Элла. – Когда узнаешь, где Петька, сразу сообщи.

– Послушай, Королева, ты меня за кого держишь? За ухажера своего? Так ошибаешься. Я за спасибо башкой не рискую. А ты как укатила в Якутию, как перестала быть Эммой, я больше денег не видел.

– Трудности? – нахмурилась она. – Грузины, похоже, кому-то дорогу перешли. Гиви пропал, Васо тоже исчез. И кто их приговорил, непонятно.

– Это твои проблемы. И больше пока мне не звони…

– А я Хорину позвоню, он тебе и выдаст премиальные. Ты что предпочитаешь, пулю или нож? Говорят, ножом больнее.

– Ты не шути так!…

– Завтра я должна знать, где находится Петр Хорин. – Она отключила телефон. – А раньше вы Королю ноги мыли и вытирали насухо. Умер Король, и хрен с ним. Но еще жива Королева.

– Ты с кем говоришь? – В комнату вошел Бурцев.

– Привычка двух последних лет говорить сама с собой. Обидно, но пока Король был жив, ему…

– А это всегда так. Пока человек жив – боятся. Страх выдают за уважение, а внутри тлеет ненависть. Ничего не предпринимают, потому что боятся.

– Или понимают: они не смогут сделать того, что делает тот, кого они ненавидят и боятся.

– Тоже верно. Поэтому возле меня и нет умных людей.

– А твоя дочь?

– Катюшка никогда не полезет в это дерьмо, хотя бы потому, что имеет хорошую профессию и уже сама зарабатывает себе на жизнь, и это у нее неплохо получается.

– Денег никогда не бывает много. И послушай, ты говоришь, она не полезет в это. Но москвичей встречала она. И даже попыталась перечить тебе, сказав, чтобы москвичи занимались поиском золота, а не угля, как того хотел ты. Может, это ее первые шаги на пути к трону королевы Якутии. Ну если не всей, то той части, которую контролируешь ты.

– Вот что, Малинова, не смей так говорить мне о Катьке. Она моя дочь, и если ты еще раз попытаешься настроить меня против нее, я тебя выброшу в тайге, где ты довольно быстро сдохнешь.

– Знаешь, почему ты так говоришь? Потому что сам опасаешься этого. А я тебя не боюсь. Не потому, что дура. Я уже никого и ничего не боюсь, потому что хочу отомстить. И уверена, что тот, кто убьет или прикажет убить меня, долго не проживет.

– Да ну? – усмехнулся Бурцев. – Может, мне испытать судьбу? – пробормотал он с ухмылкой.

– Не советую. Тебе сначала надо разделаться со своими бывшими партнерами. Я же знаю, какую ты затеял игру, и потому я здесь. Наши интересы совпадают. Золото меня не интересует. Я просто хочу отомстить, а ты хочешь и того, и другого, но не знаешь, с кого начать. Вроде бы легче покончить с Хориным, но тут есть шанс легально заняться золотом. Убрать Червонного будет сложнее, к тому же он может стать твоим союзником против Хорина. Ты на распутье, а мне нужно, чтобы они оба сдохли.

– Я бы тоже не был против. Но сначала пусть кто-нибудь из них поставит промывочную технику. В Москве покончить с Хориным невозможно, а в Питере Червонов тоже неуязвим.

– Черт возьми, об этом я и не думала. Ну что, – Малинова посмотрела Бурцеву в глаза, – союзники?

– Годится! Золота тебе не надо, а похоронить кого-то из них здесь я помогу, а второго позову на похороны. – Он засмеялся. – Тогда и положим их рядом. Судя по всему, первым будет Проба, Хорин Илья Андреевич. Он, сука, крупно меня подставил лет двадцать пять назад. Я только недавно узнал об этом. Мы были геологами, и, кстати, твой Король тогда в подручных ходил. Искали золото. И нашли. Хорин уговорил меня взять золото. Он килограмм, я тоже. Раньше не было металлоискателей перед посадкой. Особо подозрительных могли досмотреть, но обычно это делалось по наводке. А какие подозрения могли вызвать два геолога, члены ВЛКСМ, которые вот-вот станут коммунистами? Но меня почему-то стали досматривать. Четыре месяца я провел в камере предварительного заключения, потом перевели в следственный изолятор. Хорошо, что я с самого начала выбрал тактику незаслуженно обиженного. Я заявил, что золото вез в Москву для изучения структуры почв, в которых было найдено это золото. И если удастся это распознать, то государству легче будет вести разведку золотоносных мест. На мое счастье, именно этим занимался один уважаемый ученый. Меня просто проперчили по всем инстанциям, но оставили на свободе. Я долго пытался понять, как на меня вышли. А потом неожиданно понял: Хорин меня сдал. И тем самым убил двух, точнее, трех, зайцев: он вынес золото, стал коммунистом, помог разоблачить нечистого на руку человека, а самое главное – женился на моей девушке. По этой причине я уехал в Якутию. Лидка родила Катьку. Ее родственники через год выловили меня в сопках Колымы и посоветовали жениться. Пришлось. Но жил я в свое удовольствие. Родственники – родной Лидкин брат и два двоюродных – при загадочных обстоятельствах погибли в тайге. Родители ее умерли сами, и жил я как хотел. Однако дочь не обижал. И никогда не обижу.

– Кто здесь еще есть из тех, кто интересуется золотом?

– Ты имеешь в виду серьезных людей? Ну пожалуй, стоит опасаться Лешего. Есть у нас такой, он бывший мент, полковник. Откуда-то приехал пять лет назад и довольно быстро пошел в гору. Говорят, его местные менты прикрывают, но это вранье. У меня там знакомые имеются во всех службах, и я бы про это знал. Но Леший непростой тип. Те, кто ему дорогу переходил, больше вообще не ходят. Трое таких было. И ничего против Лешего нет. Вот он точно к золоту отношение имеет. Два месяца назад целый бой у Покровска был. Четверо на «Ниве» ехали. Ну вроде перегоняли ее из Усть-Неры. А их остановили в Покровском и стали машину досматривать. А эти мужики стали поливать патруль из четырех автоматов. Пятерых в общей сложности положили и ранили десять или девять человек. Ну их, понятное дело, тоже ухайдакали. А золота в «Ниве» было двадцать восемь килограммов и алмазов около десяти штук, все по пять каратов. Мы тут со старожилами переговорили, и один якут, Митров, сказал, что вроде как Леший в Усть-Нере частенько бывает. А через два дня Митров в реку упал и утонул. Пьяный был и головой сильно ударился о камень. Для себя я решил после того случая золото стороной обходить.

– А как ты понял, что тебя Хорин подставил?

– Уж больно быстро он разбогател, когда перестройка началась. И дочь он мою пристроил поначалу. Тут я и припомнил и золото, и любовь мою, которую Хорин украл.

– А какие у тебя претензии к Червонову?

– Он моего друга убил в конце девяностых. Тот золото повез в Питер, а его убили. И я узнал через одного человека, что встречал его Червонный. Потом выяснил про Короля. Сашка не был мне другом, но однажды он здорово мне помог. Поэтому я и принял тебя. Пока я вроде еще мужик, но если найдешь кого для души, тела и сердца, удерживать не стану. Пытаться стать у меня хозяйкой даже не думай, все отписано Катюшке.