Санитары

В остальном — совершенно пустое помещение. Голые стены с отслоившимися ошметками давно сопревших обоев, покоробленный ламинат на полу, который местами провалился до основания бетонного перекрытия, и никаких следов индивидуальности обитавших здесь когда-то людей. Вся эта «индивидуальность» — личные вещи и предметы обихода — или давно растащены новыми владельцами, или спеклись в нераспознаваемую массу и догнивали в кучах мусора по углам.

— Располагайтесь, где понравится, — гостеприимно махнул рукой Олег. — Только громко не разговаривайте и к окну не подходите. Огонь, увы, тоже разжигать опасно, нужно затаиться до темноты.

— И многие знают об этой берлоге? — поинтересовался Димка, бросая рюкзак на пол. — Не понимаю, как ее не разграбили.

— Разграбили. — Анюта, тоже освободившись от своей ноши, стянула с лица очки, усадила спутницу на тахту и плюхнулась рядом, ласково обняв девушку за талию. — Здесь Третьяковская метров через двести, так что все давно растащили. Эти вещи мы с Олегом уже позже собирали и принесли.

— Кроме тахты, конечно. Такую дуру по улицам переть — просто нарываться, — усмехнулся сталкер, тоже снимая очки и аккуратно кладя на стол рядом с рюкзаком и оружием. Затем подтащил поближе к тахте один из стульев с блеклой, продавленной обивкой и уселся напротив девушек. — На нее мы случайно наткнулись в одной из квартир этого же здания.

— Никогда не думала, что так страшно ходить вслепую, — Наташа, все еще болезненно щурясь, обвела всех взглядом. Ее веки дрожали, под глазами залегли темные круги. — Даже сейчас мало что вижу.

— Это у тебя с непривычки, — успокоила Анюта. — Подожди немного, и зрение восстановится.

— Ладно! Какой план действий? — с немного наигранным энтузиазмом спросил Димка, хлопнув себя ладонями по коленям и с трудом отведя сочувственный взгляд от девушки.

Иногда чужая боль задевает больше, чем своя собственная… Особенно когда нет возможности помочь.

— Дождемся темноты, потом наведаюсь на Третьяковскую, посмотрю, все ли там спокойно, — ответил Олег. — Если да, то будем думать, как вернуть вас обоих на Бауманку. Я ведь обещал, значит — буду стараться сделать. — Сталкер замолчал, а затем нехотя добавил, хмурясь: — Да и затея с отдельной базой, как я уже говорил, у нас провалилась. Видно, и впрямь придется договариваться с властями, не все же такие оголтелые, как Панкратов. Тот же Шрам, например. Он, конечно, тоже не сахар, но с ним хотя бы можно разговаривать. Да и в руководстве Ганзы, думаю, найдутся благоразумные люди, способные выслушать, не хватаясь за оружие. А пока будем наводить мосты, наверное, попросимся к вам на Бауманку. Примете нас с Анютой?

— Конечно, Олег. Хорошим сталкерам у нас всегда рады.

Взгляд Димки, рассеянно блуждавший по комнате, ненадолго задержался на печке. Где-то он такую уже видел. А ведь и верно! Димка вспомнил — точно такую же «буржуйку» они год назад тащили из подвала типографии. Только у этой в дверце не зияла дыра, пробитая шилоклювом. Все-таки другая. Но мысли, коснувшись шилоклюва, невольно перекинулись на то, что его волновало больше, чем что-либо другое. Да и то сказать, как может не тревожить собственное ближайшее? Если оно у него вообще есть…

— Олег… Так что теперь делать… с прививкой? В Полис нам теперь точно не добраться. Что за животные нам нужны? Как их ловить?

— Не волнуйся, поймаем, — успокаивающе отмахнулся Натуралист. — Главное, что деги в этом районе еще не перевелись, я по пути приметил парочку.

— Деги?! — поразился Димка. — Те самые мелкие твари, которые шпионят для шилоклювов? И Наташу… тоже один из них… пробовал? — Он вопросительно уставился на девушку, но та покачала головой, зябко кутаясь в курточку:

— Да не видела я, Дим, чем меня… лечили. Олег же тебе говорил.

— Угу. — Олег переместился со стула на тахту, улегся на свободное место, подложив руки под голову, и умиротворенно вздохнул: — Хорошо-то как после всей суеты ноги вытянуть! Главное, что по дороге не протянули, да, Дим?

— Не томи человека, рассказывай, — ткнула ему кулаком в бок Анюта. — Они давно имеют право знать все, что знаем мы.

— Верно. Значит, деги. Ловить их несложно, особенно с Анютой. Они к ней сами идут, как ручные. К сожалению, деги не выносят подземелий, поэтому каждый раз приходится приручать новых, а затем отпускать после «прививки». Честно говоря, именно из-за этого занятие довольно сложное и кропотливое. И не всегда, к сожалению, можно избежать непредвиденных задержек и успеть оказать помощь.

— Но как ты узнал, что именно они…

— Да, интересный момент. Помнишь, я рассказывал тебе в Убежище про мутаген и про свою теорию? Ну, что он, возможно, давно присутствует в крови у всех людей без исключения?

Димка кивнул.

— Так вот, имеется он не только у людей, — Олег усмехнулся. — Просто животные научились справляться с мутагеном раньше нас. Не все, но многие. Понимаешь, к чему я веду? Кстати, тебе ведь на курсах сталкеров приходилось слышать от Ворчуна о периодических сменах популяций животных на поверхности?

— Теория ускоренных эволюционных скачков? Да. Но Ворчун в эту теорию не особенно верил. Просто положено было говорить по программе, вот и говорил.

— Ворчун всегда был недоверчивым типом, и наблюдательности ему не хватает. Хотя наставник он неплохой. Но тут еще другое. Теория популяций — тоже моя, хотя мало кто об этом сейчас знает. Я вообще генератор массы любопытных теорий. А мы с Ворчуном, как ты знаешь, не очень любили друг друга по глубоко личным причинам. Так вот, согласно моим наблюдениям, шилоклювы приходят на смену стигматам, вытесняя их с привычной территории. Тех я уже давненько не встречал, может, они вообще вымерли. И у меня есть догадки, почему. Мутаген. Естественный отбор, который стигматы не пережили. Очередной скачок, и…

— А деги? Они тут при чем?

— Дегустаторы появились одновременно с шилоклювами, и этот факт, — Олег выдернул руку из-под головы и на секунду прикоснулся пальцем к виску, — засел в моей голове занозой. Ведь шилоклювы — крайне опасные прожорливые твари, с которыми даже вичухи предпочитают лишний раз не сталкиваться. Они должны были не просто вытеснить дегов со своей территории, но и охотиться на них, как и на всех остальных животных. Однако мы видим совсем другую картину: везде, где замечены шилоклювы, рано или поздно появляются дегустаторы, и наоборот. Я не верю в случайные совпадения. Поэтому провел немало часов в наблюдении за районами обитания шилоклювов. И вскоре обнаружил весьма любопытную особенность — шилоклювы дегов не трогают. Вообще. Трусливые зверьки вполне спокойно расхаживают в непосредственной близости от хищных тварей, которые могут их убить одним движением, но почему-то этого не делают. Постепенно я выяснил, что у шилоклювов есть серьезные недостатки — недоразвитое зрение и обоняние, побочный результат мутации, некогда превратившей этих животных в опасных хищников. И пришел к выводу, что дегустаторы выискивают им дичь, чтобы спокойно полакомиться останками, а взамен пользуются покровительством могучих созданий.

— Не вижу связи с мутагенами, — нетерпеливо встрял Димка.

— Погоди, не перебивай. Дело оказалось куда сложнее, чем виделось на первый взгляд. Деги — не просто поводыри шилоклювов, а их доктора. Укус этих созданий — своеобразная сыворотка, которая нейтрализует вирусный мутаген, вызывая ремиссию. Это симбиоз. И я познакомился с ним на своей шкуре.

На поверхности я всегда сама осторожность, но рано или поздно наступает день, когда и для предельно осторожного человека обстоятельства складываются фатально. В тот день я еще не знал, что во мне пробудился мутаген. Чувствовал себя скверно, но списал это на простуду и все же пошел на поверхность. И нарвался на стаю шилоклювов. Выжил только благодаря активной стадии «быстрянки» — в ней даже эти стремительные твари оказались медлительнее меня. Но все же меня подранили, и до рассвета в метро я попасть никак не успевал. Кстати, аккурат здесь и отлеживался, пережидая день и думая, что вряд ли доживу до следующей ночи. Правда, тогда это была абсолютно пустая квартира со сломанным замком. Я настолько паршиво себя чувствовал, что не сумел даже как следует закрыть дверь, прежде чем вырубился.