Сборник.Том 4

Ни о чём таком Селдон Капельке не сказал. Он спросил:

— И с чего начинается ваша история?

Капелька задумалась, взгляд её стал отрешенным.

— С одного мира, — сказала она. — Нашего, одного-единственного.

— Единственного мира? — переспросил Селдон, сразу вспомнив рассказы Челвика о легендарной прародине человечества.

— Да, с рассказа о единственном мире. Потом были другие миры, но наш был первым. Единственная планета, у которой была атмосфера, чистый воздух, где хватало места для всех. Цветущие луга, теплые дома, добрые люди. Мы жили там тысячи лет, а потом нам пришлось покинуть этот мир и скитаться с места на место, пока некоторые из нас не отыскали уголок на Тренторе. Здесь мы научились производить пищу столь чудесную, что она дала нам свободу. И здесь, в Микогене, мы живем по-своему и по-своему мечтаем.

— И что же, в вашей истории этот единственный мир описан подробно?

— Да, это всё написано в Книге, и эта Книга у нас есть. У каждого из нас. Мы постоянно носим её с собой, чтобы в любой момент можно было открыть её и прочитать о том, кто мы такие, чтобы никогда не забывать об этом, чтобы помнить, что в один прекрасный миг мы вернёмся на свою родину.

— А знаешь ли ты, где находится этот мир и кто там живёт теперь?

Капелька Сорок Третья растерялась, потом яростно замотала головой:

— Нет, мы не знаем, но в один прекрасный день мы найдём наш мир.

— А сейчас у тебя эта Книга при себе?

— Конечно.

— Можно взглянуть?

По лицу Сестры скользнула кривая усмешка.

— Так вот что тебе нужно… Я поняла, что ты чего-то хочешь, когда ты добивался, чтобы я тебя повела на микрофермы одна. Только, — она немного растерялась, — я никак не думала, что тебя интересует Книга.

— Представь себе. Это единственное, что меня интересует, — честно признался Селдон. — Ни о чём другом я и не думал. Если ты привела меня сюда из-за того, что думала, будто бы…

Закончить фразу ему не удалось.

— Хватит. Так тебе нужна Книга или нет?

— Ты позволишь мне посмотреть ее?

— С условием.

Селдон остолбенел. Неужели он перестарался и Сестра раскрепостилась настолько, что…

— С каким условием?

Капелька Сорок Третья кончиком языка облизала пересохшие губы. Наконец она проговорила дрожащим от волнения голосом:

— Сними шапочку.

45

Ничего не понимая, Селдон не мигая смотрел на Капельку Сорок Третью. Он, надо сказать, совершенно забыл, что у него на голове шапочка.

Наконец он сообразил, о чём она его просит, поднял руку, прикоснулся к гладкому пластику, под которым прощупывался жёсткий ежик стрижки.

— Но зачем? — оторопело спросил он.

— Затем, что я так хочу. Вот моё условие. Сними и получишь Книгу.

— Ну ладно, если тебе действительно так хочется… — Селдон пожал плечами и сдернул бы с головы шапочку, но Капелька опередила его.

— Нет, постой. Я сама! — хрипло воскликнула она, устремив на него жадный взгляд.

Капелька резко встала и опустилась на кушетку рядом с Селдоном. Медленно, осторожно она коснулась краешка шапочки около уха Селдона, высунула язык, снова облизнулась. Наконец она добралась до полоски, закрывавшей брови, отделила её ото лба Селдона. Ему даже показалось, что волосы у него немножко приподнялись, обрадовавшись нежданному освобождению.

Он встревоженно проговорил:

— У меня, наверное, голова вспотела под шапочкой. Значит, волосы влажные.

Только он успел поднять руку, чтобы проверить, так ли это на самом деле, как Капелька взяла его за запястье.

— Я сама, — проговорила она твёрдо. — Это тоже часть условия.

Ее пальцы тихонько, робко коснулись его волос и тут же отдернулись. Она прикоснулась ещё раз и теперь решилась провести пальцами по волосам Селдона.

— Сухие… — сообщила она. — Как приятно…

— Ты никогда раньше не гладила чужие волосы?

— Несколько раз. У детей. Но это совсем другое…

Она снова погладила его волосы.

— Другое? В чём же?

— Не знаю… Просто другое, и всё.

Какое-то время спустя Селдон спросил:

— Ну что, достаточно?

— Не торопи меня. А скажи, ты можешь их уложить, как захочешь?

— Не сказал бы. Немного подправить можно, но для этого нужна расческа, а у меня её с собой нет.

— Расческа?

— Ну, такая штука с зубьями, на вилку похожа, только зубьев на ней больше и они не такие острые.

— А пальцами нельзя? — спросила она и, не дожидаясь ответа, запустила пятерню в его волосы.

— Можно, да только толку мало, — объяснил Селдон.

— А сзади колются, — сообщила Капелька.

— Просто сзади волосы короче острижены.

Капелька Сорок Третья наморщила лоб. Казалось, она что-то вспоминает.

— Брови… — пробормотала она. — Правильно я сказала? — спросила она, нежно касаясь правой брови Селдона. — Правильно? Как приятно… Как смешно…

Она вдруг рассмеялась — весело, беззаботно, точь-в-точь, как её младшая сестренка.

— Тоже колются!

Селдон нетерпеливо поинтересовался:

— Ну, всё в порядке?

Капелька Сорок Третья склонила голову набок. Что же она ответит? Ответит ли? Вместо ответа она вдруг резко отдернула руки и поднесла пальцы к носу. «Что она там вынюхать думает?» — раздражённо подумал Селдон.

— Как странно… — протянула она. — А можно я сделаю это ещё разок. Когда-нибудь?

Селдон вздохнул.

— Если одолжишь мне Книгу на какое-то время, может быть, я и позволю.

Рука Капельки Сорок Третьей скользнула внутрь балахона и достала из потайного кармана Книгу, обернутую в некий плотный, но гибкий материал. Селдон, сгорая от нетерпения, протянул руку и взял Книгу.

Пока он прилаживал шапочку, Капелька Сорок Третья снова поднесла кончики пальцев к носу и быстро, украдкой лизнула один палец.

46

— Она трогала твои волосы? — не веря своим ушам, переспросила Дорс и поглядела на волосы Селдона так, словно сама собиралась их потрогать.