Сдавайся!
Шрифт:
— Такие сиськи… — простонал Платон с блаженством. — Может, ты мне ее подаришь, Тим?
— Забирай, конечно, босс! — отозвался Тимур. — На эту как-то похуй! Мне больше нравятся непокорные… Которых надо… эмм… укрощать.
Майя, сидевшая рядом на кровати, бросила испуганный взгляд на Тимура, но он ее не замечал.
— Мне понравилось, когда я выебал в рот ту сучку с вакидзаши, — задумчиво сказал Тимур. — Она меня чуть не убила.
— Чего же ты ее отдал? — удивился Платон.
Тимур приподнял катану, стоявшую рядом с его креслом.
— От этого чуда
— А если это будет мужик? — ухмыльнулся Платон.
— Хм… — задумался Тимур. — В рот я выебу любого! Хочу видеть покорность с моим членом во рту…
Юля продолжала скакать на члене нового хозяина, шлепая ягодицами о его бедра. Она развратно постанывала. Тимур посмотрел на скачущую голую задницу, а потом на Майю.
— Пятую пока оставлю себе, — сказал он. — Ее еще нужно воспитывать.
Тимур встал с кресла, и Майя испуганно отшатнулась.
— Хули ничего не делаешь, Пятая? — спросил Тимур угрожающе. — Не умеешь сосать — лижи.
Майя торопливо повернулась к скачущей юлиной заднице и растерянно уставилась на вагину, скользящую по жилистому стволу, по которому ее соки стекали на волосатые седые яйца.
— Или ты только ноги лизать можешь?! — прикрикнул Тимур, и отвесил сильный шлепок по исполосованной попе Майи.
— АЙ!! — вскрикнула она, чуть не подскочив. — Сссссс…
Майя неуверенно наклонилась к яйцам Платона, помедлила и лизнула влажные седые волосы, брезгливо поморщилась, но стала лизать старательнее.
— Оооооох… — простонал Платон, и его яйца подтянулись выше.
— Все лижи! Не халтурь! — прикрикнул Тимур — встав коленом на кровать, он схватил Майю за затылок и ткнул лицом в юлину задницу.
— Ммм! ММ! — замычала азиатка от неожиданности.
Юля растерянно замерла, а Тимур стал возить Майю лицом между юлиных ягодиц.
— Где язык, Пятая? — возмущался он. — Давай, лижи ей очко!
Майя обреченно стала лизать ложбинку, пока не попала языком на дырочку ануса.
— Ооооох! — пошло застонала Юля и довольно улыбнулась.
— Самая никчемная рабыня будет лизать другим рабыням жопы, — сказал Тимур.
Юля протянула руку назад, взяв Майю за волосы, и сама стала тереться попой об ее лицо, двигаясь на члене Платона.
— О, смотри-ка, твоей понравилось, — сообщил Тимур боссу.
Юля постанывала и двигалась все активнее, а язык Майи скользил по ее анусу, вагине и стволу Платона. Лицо Майи было все мокрое от юлиных соков и собственных слюней.
— Смелее! Вылизывай все! — прикрикнул Тимур, снова взял Майю за волосы и стал тыкать ее лицом в волосатую промежность босса. — Не халтурь! Ниже давай! Жопой босса брезгуешь? Там чисто, дура! Ты же сама мыла!
Всхлипнув, Майя стала лизать волосатый анус Платона.
— Оооох… — Дрожь блаженства прошла по его телу.
— Вылизывать все — это теперь твоя обязанность, Пятая, — сказал Тимур.
Вдруг дверь в комнату распахнулась, и ввалился пыхтящий Степан. Выглядел он ужасно. Под глазами
были темные круги, сломанная переносица заклеена поперек пластырем, из ноздрей торчала вата, а губы были разбиты. Юля и Майя обернулись и смущенно замерли.— Что за хрень?! — воскликнул Тимур. — Кто тебя так отпиздил?
— Да бля… — скривился Степан. — Мелкая сучка — та же, что ограбила склад… Шамилю тоже досталось…
— Они совсем охуели! — разозлился Тимур. — Это уже слишком! Вы ее схватили?
— Н-нет… ушла…
— Блять! — воскликнул Тимур. — Мелкую надо поймать и выебать. Превратим ее в самую опущенную шлюху. Такое спускать нельзя!
— Погоди… — сглотнул Степан. — Это еще не все…
— Ну! — нахмурился Тимур.
— Тоха… — начал Степан и запнулся. — Мы нашли… нашли его труп… Эти уроды забили его до смерти палкой по голове!
— Кто??!!! — взревел Тимур.
— Хуй знает… — пожал плечами Степан и поморщился. — Кто-то из этих…
— Суки!!! — сжал кулаки Тимур. — Мы это так не оставим!
— Безобидные беглецы… — прозвучал голос Платона. — Опиздюлили трех сильнейших бойцов?..
— Босс… — начал Степан.
— Хватит! — крикнул Платон. — Хватит с ними церемониться! Они опасны и перешли все мыслимые границы!
Он со злостью выкрутил соски Юли.
— Ааааииии… — заскулила она и снова стала двигаться на его члене.
Майя тоже уткнулась лицом в волосатые яйца и стала лизать.
— Пусть ищут их везде… — продолжал Платон сквозь зубы. — Если разбегутся — ловить всех по одному! По всем лесам, уголкам, в каждой канаве!
Сжав зубы, он выкручивал соски все сильнее, оттягивая тяжелые сиськи в стороны.
— Ааааай! Пожалуйста! — взмолилась Юля.
Платон резко отвесил ей звонкую пощечину, и Юля отшатнулась, отвернувшись.
— Заткнись, шлюха! — процедил Платон.
Юля продолжила скакать на члене, держась за щеку. На ее глазах выступили слезы, но губы растянулись в странной улыбке.
— Каждый беглец должен быть пойман и превращен в раба, — продолжал Платон. — Все, кто хорошо проявит себя в принуждении к порядку… получат по рабыне…
Он распалялся в своем гневе и стал ладонью сильно шлепать по раскачивающимся сиськам Юли. Она застонала от боли и тут же получила по второй щеке, но продолжила двигать тазом. Ее щеки горели.
— Превратим в рабов их всех, а сучек будем драть! — прорычал Платон, со всей силы сжав торчащие соски Юли.
— Ыыыыы!.. — заскулила она сквозь сжатые зубы, но только ускорила темп.
— Волки будут драть овец! — подхватил Тимур.
— Ооо, дааааа! — закричал Платон, согнув ноги. — ДААААААА! Да, сучка!!
Он схватил Юлю за затылок, наклонив к себе, и кончал в нее, долбя членом снизу. Когда он успокоился, то Юля легла на него всем телом, и он прижал ее к себе сильными руками, поглаживая ладонью по спине. Тело Юли едва заметно дрожало.
Густая сперма потекла из ее вагины по члену на яйца и дальше на кровать. Майя брезгливо смотрела на эту вязкую жидкость и медлила. Но все же она наклонилась и принялась покорно слизывать.