Секс-машина
Шрифт:
Не глядя на меня, Хани сказала:
— Ты был чертовски милым маленьким мальчиком.
— Ты должна знать. Ты была там. — Я не мог вспомнить время. Когда я ее не знал.
— Ты тогда был очень грубым и отдаленным.
Это меня удивило.
— Правда?
— Ага. Я помню, как приходила домой и говорила бабуле, что ты был груб со мной.
Я сел на диван, оставляя допустимое расстояние между нами. Мне нужно поесть до того, как я прикоснусь к ней, потому что, когда я начну, я не остановлюсь до восхода солнца. Слава богу, завтра суббота, и я дал своей команде выходные после месяца 7-ми дневной работы.
—
Хани деликатно хмыкнула, чем привлекла внимание моего беспокойного пениса. Он не может дождаться своего участия в этой вечеринке.
— Ты, правда, не помнишь?
— Боюсь, что нет.
— Ты гонялся за мной по игровой площадке и щипал меня до тех пор, пока я не начинала плакать.
— Я так не поступал!
— Еще как поступал.
— Ты все придумываешь.
— Нет! Я прекрасно помню, кто щипал и доводил меня до слез.
— Извини, что заставлял тебя плакать.
— Ничего. Это было давно.
Мы разделили улыбку, полную ностальгии и обещания. И это все. Что я мог сделать, дабы удержать руки при себе. Зазвенел дверной звонок, спасая меня от сталкивания фотоальбома с ее коленей и раннего начала вечерних торжеств.
Я заплатил доставщику и отнес коробку с пиццей и пакет на кухню, слюнки просто текли от запаха. Я всегда голоден после продолжительного рабочего дня. Достав пиво из холодильника, я открыл его. Хани появилась в дверном проеме, колеблющаяся и неуверенная, не похожая на женщину, которая смело подошла с предложением о сексе менее часа назад.
— Это все, что ты заказала? — спросил я, глядя на салат в пакете. — Этого и близко недостаточно.
— Это все, чего мне хотелось.
— Ты сожжешь много калорий сегодня ночью. — Мне нравится смотреть, как ее лицо заливается краской, когда я напоминаю ей, почему она в моем доме, и что должно произойдет после ужина. Я чувствую, что она и близко не такая смелая, какой хочет казаться после вульгарного предложения в баре. — Ничего. Я поделюсь с тобой пиццей.
Я открыл крышку, тонкая хрустящая пицца с пепперони и зеленым перцем, была приготовлена отлично.
— Вот это пирог, — сказал я, пока вкусные ароматы наполняют воздух.
— Она выглядит аппетитно, — сказала она задумчиво. — Не припомню последний раз. Когда я ела пиццу.
— Тебе она не нравится?
— Я люблю ее. В этом и проблема. Слишком жирная.
Я внимательно осмотрел точеную фигурку Хани, с изгибами в нужных местах.
— Ты можешь себе это позволить.
— Не тогда, когда я буду, есть пиццу каждый раз, когда мне ее захочется.
Из шкафчика над посудомойкой я достал две тарелки, положив три ломтика на свою и три ломтика на ее тарелку. Передавая ей блюдо, я сказал:
— Тебе понадобится сила, Хани — пучок овсянки.
— С твоей самоуверенностью никаких проблем, — прошептала она, но я могу сказать, что ей понравилось прозвище, что я ей дал.
Смеясь над ее комментарием, я изучал милый румянец на ее щеках, удивляясь, почему раньше не замечал, как светится ее лицо, когда она смущается. Если все пойдет по плану, ее лицо будет ярко-красным всю ночь. Я планирую смутить ее до безобразия, пока я закончу с ней. Пока делаю глотки своего пива, я задерживаю взгляд на ней.
— Скажи мне кое-что, Хани Кармайкл. —
Я подождал, пока привлек ее внимание. — Почему я? Почему сейчас?Хани
Я колебалась с ответом на его вопрос. Должна ли я ответить честно? Что я слышала о том, как он хорош в постели, что я умираю, как хочу быть с реальным мужчиной, который не ведет себя, как подросток, который трахается впервые? Или прикинуться скучающей и позволить ему думать, что он один из последних мужчин в городе, которых я обделила своим внимание, когда он далек от последнего оставшегося? Я никогда и близко не подходила к его друзьям Мэтту и Гаррету, например.
— Говори правду, Хани, — сказал он, как бы читая мои мысли.
Действительно ли он видит меня насквозь? Или он настолько проницателен? Я опустила свою вилку и промокнула губы салфеткой.
— Я хочу быть с тем, кто знает, что он делает, и кому не нужно говорить, что делать. — Слова вылетели из меня до того. Как я приняла осознанное решение ответить правду.
— Ты думаешь, я знаю. Что я делаю?
— Это то, что я о тебе слышала.
Он выпустил на волю раскаты смеха.
— Почему мужчин обвиняют в том, что они треплются о своих подвигах в постели, когда на самом деле это женщины треплется всем подряд?
— Мы не так много «болтаем», как сравниваем заметки.
— Неужели? И что же за «заметки» у тебя обо мне?
— Я их уже озвучила. Ты знаешь, что ты делаешь.
Блэйк покрутил пивную бутылку между пальцами и волком глянул на меня.
— Ты хочешь узнать, правда ли это?
Я тяжело сглотнула, стараясь не моргать, в то время как все мое тело начало гореть.
— Неужели мои действия на протяжении всего вечера не сказали это за меня?
Он улыбнулся мне высокомерно и сексуально в то же время.
— Ешь свою пиццу.
— Я не голодна. — Я слишком нервничаю, чтобы есть, но я не собираюсь ему в этом признаваться. То, что казалось гениальной идеей час назад, становится все нелепей с каждой минутой. Я знаю Блэйка всю свою жизнь, и после сегодняшнего вечера, каждый раз, когда я буду встречать его в городе, я буду вынуждена вспоминать, как я предложила ему, просила о сексе, как обычная шлюшка. — Я никогда не поступала так раньше. — Для меня стало важным дать ему понять, что я никогда так вульгарно не предлагала себя мужчине, как ему.
— Как не поступала?
— Не просила мужчину… ну, ты понимаешь…
В его глазах замерцало веселье:
— Не просила трахнуть тебя?
Ему обязательно бросаться моими словами в меня же? Я отодвинула свой стул от стола и встала.
— Я совершила ошибку. Мне не нужно было этого делать. Я не хочу, чтобы ты думал...
Он поднялся и быстро двинулся в мою сторону, чтобы остановить меня на пути к двери. Не смотря на то, что он состоит из мышц и как минимум килограмм на тридцать тяжелее, он не испугал меня. Его близость вызвала приятные покалывания на моей коже. Волосы на его груди темнее, чем волосы на голове. Я позволила себе жадно разглядывать прекрасно развитые мышцы его грудной клетки, выточенные мышцы пресса и тонкую дорожку волос, которая начинается у его пресса и скрывается за поясом шорт. Я заставила себя поднять глаза и заметила, что он всматривается в меня.