Сэмпай

Воспользовавшись тем, что грудь его закреплена, Мортон отбросил ногами нависшую над ним тушу и резко опрокинулся назад, угодив пятками в чей-то череп.

Еще удар, блеск ножа, разворот, бросок, снова удар, крик…

Яркая вспышка выстрела на миг выхватила из темени искаженное лицо одного из налетчиков. Дэвиду бросился в глаза маленький шрам над правой бровью и горящий ненавистью глаз под нею. Мортон по-кошачьи изогнулся и отпрыгнул в сторону. Перекатившись, он снова оказался за скамейкой. Девушка лежала, неловко подвернув руку. Внизу худенького живота расплывалось темное пятно. Бледный свет неонового фонаря не давал теней, но Дэвид не поверил глазам. Одним прыжком он перемахнул через скамейку. Рванув легкое платьице, он невольно отшатнулся. Ей он уже не мог помочь. Дэвид, не отрываясь, смотрел в неподвижные карие глаза, полные застывшего недоумения.

– Дьявол!

Почти не меняя позы, Мортон резко ударил ногой назад и прыгнул в кусты. Еще одна вспышка осветила скорчившуюся фигуру. Снова выстрел, крик, короткий шум падающего тела, и – тишина.

Дэвид почувствовал движение, резко повернулся, и в глазах словно взорвался магний, оставив яркий зеленый шар. Немного поплавав, шар медленно погас, и все кончилось.

…где-то далеко слышатся голоса. Они как будто спорят, но негромко, без ожесточения, и потому слов не разобрать. Вокруг совершенно темно, спорщиков не видно. Но вот голоса начали усиливаться, хотя нет ощущения, что они приближаются. Откуда-то сбоку возникает свет. Вот он выходит вперед. Это огромное белое пятно, оно мечется, растет и вдруг бросает в лицо холодные жгучие брызги…

Мортон закашлялся, мотнул головой и открыл глаза.

– Ну, вот и прекрасно! Наш дон Кихот снова с нами! Добро пожаловать, мистер Торнтон!

Дэвид с трудом приподнял голову. В слепящем свете огромного белого солнца нечто огромное наклонилось над ним, обдав запахом дорогого парфюма. Облизнув мокрые губы, Мортон механически подумал: «Виски…» Он попытался встать, но почувствовав острую боль в спине, оставил эту затею. Затекшие руки подтвердили его догадку – он был хорошо связан.

– Грег, убери фонарь! – брезгливо произнес тот же голос.

Свет погас, и Дэвид понемногу начал различать пространство.

– Ну, вот, теперь и побеседуем…

Однако говоривший ошибся. Где-то в глубине помещения громко распахнулась дверь, и грубый властный голос приказал:

– ФБР! Оружие на пол, руки за головы!

В ответ тут же раздалось несколько выстрелов. Дэвид оказался привязанным к стулу, на котором сидел. Он понял это, когда кто-то в суматохе опрокинул его на бок. Возможно, этот кто-то тем самым спас ему жизнь.

В комнате посветлело. В мятущемся свете фонарей были видны кучи дерущихся людей. Вот один выбрался ближе к выходу и закричал:

– Немедленно дайте пройти, иначе я все здесь взорву!

В мутном тумане Мортон увидел, как кричавший человек вскинул руку с зажатой в ней ручной гранатой.

Невероятным усилием Дэвид рванулся и перекатился вместе со стулом, отгородившись им от безумца. Через секунду прозвучал выстрел, и сразу же в уши чугунным ядром ворвался звук взрыва. Потом, уже в абсолютной, гудящей тишине, послышался тихий мерзкий звук. Муха. «Пакость какая!» – подумал Дэвид и поморщился от собственной мысли.

* * *

Денис нащупал и выключил будильник. Не открывая глаз, сел на кровати. Голова гудела так, словно это был не сон, а граната взорвалась прямо у него в спальне.

«Что-то как-то… – подумал Денис. – Еще пару-тройку таких ночей подряд, и точно крышу с петель снесет!» На этот раз сон был не просто явственным, цветным, он был объемным. Денис чувствовал на губах характерный жгучий привкус. Все тело болело, будто его и впрямь привязывали к стулу. Он посмотрел на свои руки и поразился. Сэйкены^[17] были разбиты как после серьезной драки. Денис с ужасом разглядывал свои кулаки.

«Глухо бахнул тяжелый удар в живот… Мортон отбросил ногами наседавшую на него тушу и резко просальтировал назад, угодив пятками в чей-то череп…», – вспомнились ночные переживания. Денис задрал майку. На животе было красноватое пятно, и пресс действительно был болезненно напряжен.

– Ну-у… – протянул вслух Денис. – Кулаки можно и о кровать разбить! Вот! Я ж говорю!

Он радостно ощупал свежие и вполне реальные вмятины на деревянном изголовье кровати:

– Ни фига себе! Ну, ладно, приснилось, покуражился, но мебель-то зачем портить, а, Денис Сергеич?! – Мартов ударил себя кулаком по коленке. – Черт возьми, что происходит-то, а?!

Он вскочил, походил по спальне. Потом глянул в зеркало и нервно рассмеялся:

– А интересно, что это за девчонка была, Джин?..

– Товарищи офицеры, прошу, присаживайтесь. Марк Яковлевич, мы вас слушаем! – лицо Иванова было похоже на каменное изваяние.

– Да! – эксперт раскрыл свою папочку и достал несколько распечаток. – Вот, что мы имеем на настоящий момент. Мартинсон Самуил Яковлевич, 1953 года рождения, весной 1978 года находился с отцом и матерью в составе туристической группы в городе Сплит, Хорватия. Во время экскурсии вместе с родителями отстал от группы. Через неделю их видели в Белграде. По данным агентства Сохнут, в июле 1978-го семья Мартинсонов силами израильского Бюро по связям «Натив» при поддержке Министерства абсорбции была переправлена в Израиль. В 1979 году у Самуила Яковлевича и его жены Бейлы родился сын Давид. А годом позже Самуил Яковлевич с семьей переехал в США. Да! В 1996-м их сын, Дэвид Сэмюэл, поступил в Уэст-Пойнт. Рекомендацию из Конгресса ему помог получить знакомый отца, влиятельный адвокат. При поступлении Дэвид по невыясненной причине сменил фамилию на Мортон.

Кадет Мортон отличался исключительными способностями к математике и считался лучшим аналитиком на курсе. При этом он вовсе не был ботаником. Черный пояс каратэ-до он получил еще в пятнадцать лет. По окончании Робертс-колледжа его и еще нескольких кадетов сразу включили в отдельное подразделение ДТО^[18]. Однако пробыл он там недолго – его утащили к себе рекрутеры из группы «Z» – спецподразделения АНБ^[19]. Участвовал в ряде контртеррористических операций в США и за рубежом. Награды: Крест «За выдающиеся заслуги», два Ордена «Легион Почета», Военно-морской крест, медали.

Шемельман перевернул пару листов и многозначительно посмотрел на коллег:

– Да! С самого начала своей карьеры в АНБ Мортон работал в режиме «гост»^[20] – под прикрытием. Возможно, этим обусловлена и смена фамилии при поступлении. За двадцать лет несколько раз официально признавался погибшим, но таки снова возвращался в строй. Однако на этот раз анализ ДНК, проведенный в двух разных лабораториях, подтвердил, что останки человека, сожженного в «Лексусе», принадлежат Мортону. Ни сам он, ни его экстренный связной, ни члены его группы пока на связь не вышли.

Шемельман аккуратно сложил свои записи и передал Иванову.

– Это тоже еще не все, – эксперт взглянул на Мартова. – Денис Сергеевич, вы же ж помните, вы вчера сказали, что теперь осталось доказать, что в машине, сгоревшей в Штатах, не ваши останки?

Денис секунду подумал и утвердительно кивнул.

– Так вот, если повторный независимый анализ ДНК не врет, то это… Таки ваши кости! Да!

Как пишут в романах, «в кабинете повисла напряженная тишина». Денис в упор смотрел непонимающим взглядом на Шемельмана. Эксперт непринужденно смотрел на него, распутывая кучеряшки на затылке. Для Иванова, очевидно, это уже не было новостью. Майор сидел и не шевелясь, с отсутствующим видом рассматривал идеально заточенный кончик карандаша.