Сердце Девы

Шестерых я оставила стеречь холд, с остальными побежала к венчающей ферму башенке. Не знаю, для каких нужд предназначали ее моделлеры: то ли укрепление, то ли конюшня с сеновалом, то ли задел под ветряную мельницу. Но была она сложена из дикого камня, частично оштукатурена, побелена и — вполне годилась для круговой обороны. А если выставить боевые машины изнутри напротив двери, на внешней галерее и балконах под конусом крыши — то вчетвером можно отбиться от превосходящего отряда. А нас аж шестеро! Да и неписи помогут. Лишь бы врагов к флагу не допустить. А флаг торчал, как пугало, посреди хуторского двора, и о древко отиралась тощая щетинистая свинья. Пораспускали, понимаешь ли…

— В башню все! — подогнала я командным тоном особенно нерасторопных. — Нас не должны увидеть раньше времени. Роксола, давай наверх, — сказала я внутри. — Манул и… вы двое, — по имени новичков я еще не помнила. А судя по скудному доспеху, маг и воин едва-едва пришли в PvP, уровень десятый-одиннадцатый, не выше. — Вы на галерею. И не высовываться, пока враги не подойдут. Манул, объяснишь. А ты, — я посмотрела на бритого налысо круглолицего парня в кожаном жаке со ржавыми заклепками, — со мной. Баллисту ставь напротив двери.

— Ага… — протянул он капризно. — Я выставлю артиллерию, а они меня убьют!

— Зато десятка два с собой утащишь… Тебя как звать?

— Принц Александр. Первый, — он неохотно приткнул баллисту между входом и лестницей.

— Принцы обычно без номеров. С номерами цари и короли. Шлем надень.

Парень фыркнул. И сердито сузил глаза:

— А я принц. Первый.

— Ага! Принц Примус, — припечатал котофей, заглядывая сверху. Я отвернулась, давясь смехом.

Глава 20

Какое-то время ничего не происходило. Я поднялась наверх и, прячась за простенком, следила за ведущей через поле дорогой. Та была пуста. Ну в самом деле, не дураки же красные по ней переть. Или… дураки?

Они съехали с холма, на ходу убирая лошадей, и стали красться между цепью валунов и обрывистым склоном.

— Сидеть тихо! Ждем!

А Манул вовремя поймал готового высунуться на галерею мага за широкий атласный пояс.

Красные крадучись дошли до перелаза и засели там, не торопясь нападать. То ли ждали подкрепления, то ли проверяли на крепость наши нервы. То ли в последний раз желали убедиться, что живых противников на ферме нет. Сидели они ровно под нами. Выбравшись на тростниковую крышу примыкающей к башенке пристройки, можно было бы подергать за плюмажи их шлемов. Я прикинула на глаз: баллиста там как раз поместится. Вот только снаряды перелетят. Лучше масло.

Мы терпели. А вот неписи беспокоились. То подбегали к перелазу, то отходили, нервно оглядываясь. И тут их — обычная тактика — стали вышибать по-одному. Над жердями ограды взлетели стрелы и заклинания. И тогда я рявкнула:

— Пора!

Лязгнула тетива на баллисте Роксолы. Раскаленное копье по дуге улетело вниз, забрызгав траву и камни огненными искрами. Один особо нервный «помидор» прянул за валун, подальше от огня. Трое других перепрыгнули забор и метнулись к флагу. Пейзане встретили их вилами. Вы когда-нибудь слышали, как скрипит железо о железо? Звук омерзительный. Второй болт Роксолы ударил между неписями и нападающими. Те отпрянули в разные стороны. Красные наконец-то взглянули наверх. Жестикуляция вполне читалась без перевода. Все трое отбежали в «мертвую зону», под стену. Ну, это им так казалось. Селяне закономерно их не преследовали. Зато масло пролилось сквозь решетчатый балкончик. А Роксола следом запустила факел. Яростный писк, заглушающий маты, поднялся аж до крыши. А я выставила на пристройку свой котел. И, едва сбившая огонь троица метнулась к двери, опростала масло на них.

Упорства красным было не занимать. Отреспаунившись, через какие-то четверть часа они подкатили к двери башенки таран, полив водой из кожаных ведер его покатую крышу. Эх, нет у меня людей в разведку отправить. Явно же где-то лагерь красных.

— Манул! — окликнула я. И объяснила, что мне требуется. Котофей спрыгнул с пристройки и растворился между валунами. Наверху, учитывая слабость отряда, деловито гремела Роксола: выставляла дополнительную артиллерию. Я проверила юных бойцов на позициях. Они были вспотевшие, испуганные и азартные разом. И тут таран ударил в двери бронзовым лбом. С лестницы мне было видно, как отлетает щепа, как дверь прогибается, как на бараньем лбу тарана прыгают солнечные зайчики.

— Готовьсь!

Принц Примус спустил тетиву слишком рано. Болт улетел вперед, помогая тарану. Принц повернулся ко мне, растерянно растопырив руки.

— За дверью следи!

«Раз. Два. Три», — считала я удары. — Гаси!

Таран «помидоры» сложить поспешили, экономные. А на таком расстоянии даже новичок бы не промахнулся. Один из красных упал и с воем откатился, двое других прыгнули вперед.

— Голову! — рявкнула я, выходя на пируэт. Примус все понял правильно и пригнулся. А я, влекомая весом клинка, совершила полный разворот, снеся башку одному из нападавших. Второй со щитом и кордом прыгнул ко мне, понимая, что на коротком расстоянии двуручник бесполезен. Я отступила на лестницу. Маг и воин скатились помогать, едва не сбив меня с ног. А, судя по топоту над головой, опытная Роксола была везде и сразу, управляя своими баллистами и котлами, как слаженным оркестром. Ну да, надо учитывать того труса в валунах. Лишь бы за Манулом не поперся. Хил один на один может с ним и не справиться.

Манул сиганул со столовой скалы на балкончик, игнорируя двери и заодно демонстрируя слабое место нашей обороны.

— Тьфу! — крикнула сверху Роксола. — Я ж тебя прибить могла случайно!

Котофей, не ответив, показал мне большой палец. Значит, песец «помидорному» лагерю. Мы приободрились. Глядишь, и отобьемся. Забьют на нас красные и поищут добычу попроще. Я не угадала. Враги пошли на принцип. Проорав много непечатных слов, опять развернули таран. А через четверть часа к ним подошло подкрепление. Узкие извилистые тропки между валунами идеально подходили, чтобы скрытно приблизиться к башенке почти вплотную. А потом напасть с обеих сторон. Пока принц Примус при поддержке Манула отстаивал дверь, мы с Роксолой и новичками щемили прыгунов с валуна на галерею. Кого оружием, кого ломом из баллисты, а кого и просто пихали за парапет. Рев и лязг оглушали даже в шлемах. Туда-сюда летали стрелы и заклинания. И я удивилась резко наступившей тишине. Впрочем, передышка оказалась короткой.

Пока мы возились на галерее, третий отряд красных взял поселение и присоединился к остальным. Выкуривали нас из башенки долго. Горизонт успел окраситься алым, когда посмертие выбросило меня в нашу цитадель.

Там царили паника и уныние, отягченные падением характеристик. Потому что строенный рейд красных, ворвавшись в ворота, унес из храма священную цаплю, и теперь глумился под стенами, обещая скрутить птичке шею, повыдергать ноги, ощипать и поиметь прочими самыми извращенными способами. Народ выл от ярости, но отомстить не мог — система быстрых перемещений накрылась со всеми нашими крепостями. Вся карта сплошняком была красная.

— Ну, гады, — сжала я кулаки, разобравшись в последовательности событий. — Так, люди. Хотя бы одну из крепостей мы обязаны вернуть.

— Как?! — простонал Некро. Они сидел на порожке поруганного храма и не рвал на себе волосы только из-за отсутствия таковых. — Анреал.

— Чего?

Маг смачно шлепнул себя растопыренной лапой по лбу.

— Можем дальше сидеть и плакать. А можем им навалять, — сердито сказала я.

— Не можем. Их больше. Все погибло.

Откуда-то вынырнул Команданте. Подергал меня за кольчужный рукав:

— Я могу с ежами договориться, — жарко прошептал он мне в ухо. — У меня на их стороне чар есть.

— Договаривайся, — сказала я. — Эй, у кого запасной чар на стороне амфибий? Мы готовы вступить во временный союз и ударить с трех сторон.

— Ну, у меня есть, — Некро тяжело поднялся, одергивая сверкающую мантию. Вот так и палятся шпионы. Но морали я читать парням не стала. Союз с ежами и амфибиями мог спасти нас от позорного разгрома. Союз неофициальный и временный.

— Скажите, что сегодня до полуночи мы на них не нападаем. Деремся только с красными. Под мое слово, — я вскинула голову. — Действуйте. Кто со мной идет отбивать Дареин?