Сердце дракона

Отвечать не хотелось, я потянулась к своей магии, ища защиты у нее, но силы не осталось, все было потрачено на перелет.

– Как Риса? – спросил тихо вошедший Тхей.

Джун не ответил, но и руку с моего плеча не убрал. Парни больше не разговаривали, кажется Тхей вышел, потом вернулся, но почти не замечала того, что вокруг происходит.

– Риса, садись. Выпей это, тебе станет легче, - мягко проговорил Тхей.

Сопротивляться не стала, мне все было безразлично, ничто не могло облегчить моего горя. Тхей поднес к губам маленькую чашечку и заставил сделать глоток. Сакэ. Острый вкус алкоголя обжег язык, еще глоток и еще. Горячий вкус сакэ пробежал внутрь, где взорвался. Тхей налил еще одну чашку и снова заставил выпить. Джун поддерживал меня, я не смотрела на ребят, боясь встретиться с их сочувствующими взглядами. Мне не хотелось, чтобы меня жалели.

– Еще, - потребовала я, когда Тхей отставил чашечку на столик.

Он внимательно посмотрел на меня и понимающе кивнул, после этого налил еще сакэ. Я перехватила руку с маленькой чашкой, поднесла к губам и выпила залпом. Удивительно, но после третьей порции я привыкла к вкусу огненного сакэ. Протянула чашку и потребовала еще.

– Хорошо, пей. Тебе, в самом деле, это сейчас нужно, - согласился со мной Тхей.

Напиться, чтобы забыть увиденное, не получилось. Чем сильнее разгоралось сакэ в моей крови, тем ярче всплывала картина перед моими глазами. Тайша и Эджи. Ее тихий смех сквозь полустон и обнаженный мужчина, дарящий свою любовь девушке.

– Риса, - притянул к себе Джун.

В его голосе была теплота и забота, а так же, выворачивающее меня на изнанку, сочувствие. Вырвалась из его рук и резко поднялась. Если на разум сакэ не подействовало, то на тело даже очень. Я пошатнулась, и Тхей меня удержал, затем он подхватил на руки и прижал к себе.

– Не нужно об этом думать. Забудь, - прошептал парень мне в полголоса. Горячее дыхание коснулось щеки.

– Не могу, - отозвалась ему.

Подняла глаза на Тхея. В его взгляде было понимание, но не сочувствие. Предательство, как же это тяжело. И он это понимал, но не смотрел на меня с жалостью, в его взгляде была нежность и забота, и было еще что-то. Оно звало, обещало подарить надежду, и моя истерзанная душа потянулась к нему, как за спасительной соломинкой.

– Поцелуй меня, Тхей, - попросила его.

– Нет, Риса. Это боль тебя подталкивает, - тихо произнес Тхей.

– Спаси меня, - прошептала и потянулась сама к нему за поцелуем.

Его губы ответили, лишь на миг замерев. Я старалась забыться в этом поцелуе, оставив позади все надежды и свою преданную любовь.

– Риса, - едва слышно выдохнул Тхей, лишь только прекратился наш поцелуй.

– Люби меня, спаси меня, - со стоном отчаяния прошептала ему.

Больше Тхей не задавал вопросов, понимая, что я права. Для меня не было возврата в прошлое, где осталась волшебная ночь, проведенная с Эджи. Эджи … он купил себе неопытную гейшу, а потом просто забыл ее. Сегодня наглядно видела его предательство, он был с ней, с Тайшей, дарил свою пылкость и нежность.

– Не уходи, - остановила Джуна, который постарался тихо покинуть нас, - Останься, твоя любовь для меня сегодня будет тоже спасением.

Он остановился и посмотрел на меня очень внимательно. Мои мысли были открыты для обоих скорпионов, они знали, насколько велико мое отчаяние.

– Наверное, ты права. Сейчас это именно то, что может помочь, - мягко, стараясь не обидеть меня, произнес Джун и шагнул к нам.

Его губы поцеловали мой затылок, и я, прикрыв глаза, откинула голову ему на плечо. Руки Тхея медленно развязали пояс на моей рубахе, Джун обнял меня за плечи. Именно так, скорпионы должны быть вместе всегда и во всем, потому что мы никогда не предадим друг друга, мы составляем единое целое и наши жизни самое важное для всех троих. Люблю своих скорпионов.

– Я люблю тебя, мой скорпион, - тихо прошептал Джун мне на ухо.

– Я тоже тебя люблю, - глядя мне прямо в глаза, произнес Тхей.

Больше в моей душе не осталось сомнений. Скорпионы это моя судьба, моя жизнь, моя сила, и любовь.

Мужчины не торопясь освободили от одежды меня и себя. В свете свечей смогла рассмотреть их мускулистые и очень поджарые фигуры. Он был красивее … нет, нет, нет! не думаем об этом. В ответ на мои мысли Тхей завладел моими губами. Он целовал яростно, страстно, заставляя забывать о ком-то и думать только о моих скорпионах. Джун массировал мне плечи, стараясь снять усталость и подарить расслабление от после трудных дней. Его пальцы творили волшебство. Расслабляющий массаж плавно перешел в эротический. Пальцы обхватили полушария грудей и теперь прохаживались по возбужденным вершинам, в то время как Тхей дарил мне очень страстные поцелуи. Чуть сжимая грудь, Джун вызывал во мне волну дрожи и возбуждения.

Тхей нежно, но очень властно оглаживал талию и бедра, прохаживался по животу и спускался ниже, находя самое чувствительное место. Это невольно вызывало мои стоны.

«Джун, поцелуй меня» - попросила своего скорпиона.

Тхей послушно отстранился и коснулся губами груди. Мой стон выпил своими нежными и мягкими губами Джун. Я видела, как парни дрожат от возбуждения, их мысли для меня были полностью открыты, это заставляло самой желать неизбежного, но они держались, стараясь доставить мне столько наслаждения своей любовью до слияния, сколько могли.

Тхей и Джун любили меня не просто физически, они раскрывали передо мной свою душу, где я видела, какое место занимаю в их сердцах. Сейчас была любима обоими мужчинами и знала, что они скорее примут смерть, чем позволят хотя бы в мыслях предать меня.

Мужские губ покрывали мое тело поцелуями, упиваясь моим возбуждением, доводя до такого состояния, что я просто терялась, кто меня целует сейчас и где. Наши стоны ожидания неизбежного сливались почти в один, я чувствовала горячее дыхание на своей коже, а возбуждение нарастало со стремительной быстротой.

– Тхей, - шептала я, не разбирая, чьи губы целую, - Джун.

Они тоже не делали разницы между своими именами, только стремились быть ближе ко мне и отзываться на каждое движение души, читая ее, как открытый свиток. Я стонала от смелых ласк, что дарили мне мужчины, упивалась поцелуями страсти, выдыхая в губы имена своих скорпионов.

Если я целовала одного, то второй обязательно ласкал мою грудь, целуя губами одну, а вторую не выпуская из своих рук. Я прижималась к спине Тхея, обнимая его за талию, пальчиками лаская мужскую твердь, а Джун покрывал поцелуями мои плечи. Если Джун лежал на спине, а я целовала его, усевшись на животе, то Тхей, нежно обняв сзади, проходил руками по моему треугольничку между ног и находил чувствительное место. Любовь парней была огромной, сильной, страстной, подчиняющей и в тоже время безмерно нежной. Их губы, руки дарили мне забвение от предательства, и это сейчас было для меня единственным спасением.

– Люблю, - шептал Джун.

– Люблю, - эхом отзывался Тхей.

– Люблю, - признавалась я своим скорпионом, как единой частичке себя.

Когда же наступил тот момент, что мужчина решительно ворвался в мое естество, то распахнула глаза, ахнув от желания и ожидания этого. Глаза напротив горели огнем любви и желания. Я отдавалась со всей страстью, что пробудили во мне скорпионы. Он доводил меня до безумия, срывая стоны наслаждения, останавливался, давая прийти в себя, и вновь начинался танец наслаждения.

Мои скорпионы. Мы были едины в любви, в страсти и в чувствах. Я желала их и открывалась мужской силе со всей страстью. Мои стоны удовольствия не всегда выпивал тот, кто властвовал над моим телом, и это было справедливо. Языком облизывала пересохшие губы и тянулась за новым поцелуем, требуя еще больше любви. Скорпионы дарили мне все, что я у них просила: нежность, страсть, любовь, но мне было мало. Черная бездна в душе вытягивала не только из меня все силы, но и из моих любимых.

– Еще! – требовала я, едва успев прийти в себя от той эйфории, что накрыла меня совсем недавно в жарких объятиях.