Сердце Воина

– Одно не понимаю: зачем так торопиться? – Наташка скрестила руки на пышной обтянутой красной футболкой груди.

Футболка была заправлена в джинсы с высокой талией, что сейчас так модно. – Вы встречаетесь-то – всего ничего! – девушка нахмурилась, а затем неожиданно мягко улыбнулась:

– Слушай, Вик, а может, ну ее – эту свадьбу? – она чуть ли не умоляюще посмотрела на меня. – Поживите так, потом распишетесь. Зачем торопиться?

Я махнула на неё рукой, будто отгоняя надоедливую муху.

– Да перестань! Ты же знаешь, бабуля никогда не поймёт, если я буду жить с мужчиной до свадьбы.

– Так у вас че? Совсем что ли ничего… – подруга ошарашено уставилась на меня.

У неё так широко распахнулись глаза, что даже стали отчетливо видны тщательно выводимые ею стрелки. Так уж вышло, что Боженька одарил подружку нависающим веком, которое мешало классическому макияжу. О, сколько я выслушала по этому поводу! Вот и сейчас, стрелки получились не ровными, но я благоразумно промолчала.

Не выдержу, если Наташа умоется и начнет заново наносить свой «охотничий раскрас», как она сама говорила.

– Ну, ты же знаешь, что нет, – ответила я, с трудом выдерживая ее цепкий и какой-то странный взгляд.

– Мда-а, бедный мальчик… – начала было подруга, но я ее прервала. Ещё не хватало обсуждать наши с Никитой личные дела.

– Пойдём уже! Почти обед, а мы даже до салона не доехали.

Подруга быстро нырнула в свои туфли с низким каблучком и проворчала:

– А вот если бы ты купила машину, мы бы точно никуда не опоздали.

– Ну, ты же понимаешь, что я не могу! Только после того, как мне исполнится двадцать один год я стану полноправной владелицей счетов, а пока приходиться довольствоваться тем, что есть. И, знаешь, меня все устраивает, – сказала я, как отрезала.

Подруга уже раскрыла рот, чтобы сказать что-то в ответ, но, передумав, закинула туда жвачку. Несколько раз проведя рукой по волосам, она взбила их в более пышную копну и скомандовала:

– Пойдём! Горе ты мое луковое…

ГЛАВА 2

Не смотря на то, что время было обеденное, мы с легкостью дождались автобуса и, запрыгнув в него, весело смеясь, уселись на задний ряд. Наташка о чем-то трещала, быстро набирая на электронной клавиатуре текст в телефоне, изредка надувая пузыри из малиновой жвачки. Я, все ещё находясь в задумчивом настроении, устремила взгляд в окно автобуса, разглядывая прохожих. Где-то впереди образовалась пробка и автобус остановился. В это мгновение я встретилась взглядом с мужчиной, что ехал за автобусом на большом внедорожнике.

Карие глаза почти медового цвета, словно захватили в плен мои – бирюзовые и растерянные от столь пристального внимания. Если другие хотя бы делали вид, что не смотрят и глазели исподтишка, то этот тип смотрел прямо и открыто. Но было что-то в его взгляде такое, от чего мне стало тревожно. Я почувствовала себя бабочкой, которую прикололи к чему-то иголкой для того, чтобы изучить ее экзотический окрас. Изучить или же оторвать ее хрупкие крылышки…

Я вздрогнула, когда автобус дернулся и отправился вновь в путь. Отвернувшись от окна, почувствовала, как мой затылок буквально горит. Наверняка этот смотрит…

«А он красивый», – с неохотой признала я.

Не очень разбираюсь в нациях, но этот какой-то восточной внешности хоть и не чернявый. Каштановые волосы хорошо сочетались с его медовыми глазами, обрамлёнными чёрными длинными ресницами, а руки… такие крепкие и сильные так властно сжимали руль. Я прикусила губу. Ну, что же это такое?! Еду на примерку свадебного платья, а сама разглядываю и думаю о каком-то постороннем мужчине.

«Стыд и срам тебе, Виктория!» – отругала я сама себя.

Никита такого не заслужил.

Возле моего уха послышался легкой щелчок лопнувшего пузыря и моих органов обоняния коснулся запах малины. Неугомонная подруга, сидевшая совсем рядом, засуетилась и неожиданно выдала:

– Ты только посмотри! Вот это самец, вот это мужик! Вот это я понимаю… Не то, что эти щеглы, в обтягивающих джинсах, подвернутых до самых лодыжек! – она заерзала на сидении, с придыханием постоянно оборачиваясь назад.

– Натка, прекрати! – шикнула я на неё! – Стыдно же!

– Тебе стыдно, а мне нет, – отрезала подруга. – И вообще, он смотрит на нас.

– А куда ему ещё смотреть?! – нахмурилась я. – Мы впереди него. Конечно, он смотрит на нас, – попыталась урезонить я любвеобильную подругу. – Не выдумывай, – начала уже нервничать и заводиться. Иногда, Наташка перегибает палку – это очевидно.

Она поджала губы, ее ноздри раздраженно затрепетали.

– Сглазила! Молодец, а может это моя судьба была! Смотрел-то он как… – мечтательно протянула Ната.

Неожиданно для себя я разозлилась, с какой-то неохотой признаваясь себе, что это похоже на укол ревности. Глупости какие! Незнакомый мужик и ревность. Я Никитку-то никогда не ревновала, а тут… Я представила на мгновение, как сильные мужские руки, что сжимали руль, обнимают Наташку. Подскочив, как юла, я направилась к выходу. Благо, автобус притормозил как раз на нашей остановке.

Завидев престижный салон, я сразу же отбросила все ненужные и смущающие мысли.

В свадебном салоне, где играла тихая классическая мелодия, Наташка охала и ахала, восторгаясь отложенными для примерки платьями.

Я благоговейно провела рукой по корсажу, усыпанному россыпью кристаллов Сваровски. Красиво – не спорю, но не слишком ли вычурно? Задумчиво взглянув на второе платье, что аккуратно лежало на спинке темно-зелёного дивана, выполненного в стиле рококо, я слегка наморщила нос. Да уж… Зачем только послушала Никиту и пошла в этот салон? Не магазин, а настоящий музей. Слишком уж здесь пафосно. Даже персонал и то под стать вычурному салону подобрали.

Вспомнилось, как первый раз перешагнула порог этого заведения, куда направил меня на машине с водителем Никита. Он с восторгом сообщил, что салон один из лучших в Краснодаре. Посмотреть, конечно, есть здесь на что. Одни огромные колонны, держащие высокий потолок, чего стоят. Да и хрустальная люстра королевских размеров, свисающая с потолка, внушала трепет. Пол, сделанный под мрамор, был идеально чистым. Наверно, если наклониться и провести пальцем, на нем не останется и следа. Мягкие кресла и диваны на пузатых гнутых ножках манили удобно расположиться на них, но я, не привыкшая к таким интерьерам, чувствовала себя скованно и неуютно.