СердцегрыZы

— Двадцать первого вас приглашает на прием фонд «Наши дети» в качестве почетного гостя.

— Нет, скажите, что я безмерно благодарен за приглашение, но не смогу прийти. Отправьте им тысяч пять. Хватит.

— Двадцать второго вас ждут на открытии онкологического центра резать ленточку.

— Нет. Поедет наш PR-директор. Оплатите им счет. Медикаменты или что-то подобное. Не больше десяти.

— Двадцать третьего передача «К барьеру».

— Приеду.

— Двадцать четвертого международный фестиваль яхт.

— Да, приеду.

— Двадцать четвертого сообщество борцов против СПИДа надеется, что вы выступите с речью у них на концерте «Рок против СПИДа».

— Им не выступление нужно, а деньги. Оплатите им счет.

— Двадцать пятого в американском консульстве вас ждут на прием.

— Буду.

— Накладка по датам, Олег Викторович, — секретарша опустила глаза. — Двадцать пятого в это же время открытие школы для детей с отклонениями в развитии.

— PR-директор.

— Двадцать шестого молодежное движение «Все» ждет вас в качестве члена жюри на конкурсе «Молодые бизнес-дарования России».

— Оплатите им тоже какой-нибудь счет. Небольшой. На призы.

— Двадцать седьмого турнир по конкуру.

— Нет, точно нет.

— Двадцать восьмого движение «Единый мир» ждет вас на вручение грамоты за вклад в развитие диалога культур разных народностей.

— Посмотрим. Ладно, достаточно, с остальным потом разберемся. Вы готовитесь к сессии?

Верочка вскинула глаза на босса. Олег был в курсе всех дел и передвижений своих сотрудников. Он знал их уязвимые места и в случае надобности всегда пользовался этим знанием. Работники были в восторге: король-босс знает каждого по имени и осведомляется о здоровье бабушки! У Олега Викторовича была феноменальная память. Он любил знать все и контролировать всех.

— Скоро начну! — выпалила секретарша.

Рядом с ним она чувствовала себя ничтожеством, никчемной серой букашкой.

— Не начинайте, а готовьтесь. Если у вас хотя бы не будет троек, обещаю аспирантуру. Не всю же жизнь в секретаршах сидеть собираетесь?!

Тот факт, что Верочка с завидной регулярностью делала ему минет, не давало ему повода переходить с ней на «ты». «Человек должен чувствовать уважение к себе. Иногда».

— Конечно! Готовиться буду уже сегодня! — Верочка даже поклонилась столь заботливому боссу.

И, семеня задом к двери, как выходят из церкви, удалилась.

Виолетта закрыла за собой дверь и уселась на коврик у двери.

«Может, я не права насчет Олега? — думала Виолетта. — В жизни лишь раз дается шанс, и надо его использовать. А вдруг я совершу ошибку, о которой всю жизнь буду жалеть».

Она с замиранием сердца изучала приглашение, которое только что принесли от Олега, и мониторила гардероб. «Что надеть?»

Приглашение гласило:

Dress-code — Cravate noire.

R. S. V. P — Reponse S’il Vous Plait.

Виолетта набрала номер организаторов предстоящей свадьбы сыночка распиаренного депутата и певицы попсовой группы, чтобы подтвердить свое присутствие.

Этикету она обучалась долго и много, поэтому ее гардероб соответствовал возможным запросам дресс-кода, а мозг — грамотным реакциям на приглашения.

— Вас нет в списке! — сухо отвечал голос с дипломатичной сдержанностью. — Может, вы прибываете с кем-то из приглашенных гостей?

На слове «приглашенных» голос сделал нарочитое ударение.

— Олег Викторович Степаненко!

— Ах да, конечно! — голос залебезил, извиняясь за допущенную оплошность.

Олег стоял у входа в храм Христа Спасителя в новеньком смокинге, по цене превышавшем весь гардероб довольно успешного среднестатистического бизнесмена. Олег не жалел денег на шмотки, но не имел личного стилиста, поэтому носить кепку с костюмом его еще никто не отучил. К смокингу, правда, он додумался ее не надевать. К храму стекались эксклюзивные автомобили. Мало где за границей увидишь такое количество роскошных машин, как в Москве.

«Миллион, полтора? Если хочешь повыкобениваться, купи самолет, или слонов, или на худой конец лошадей — всяко интересней!» — рассуждал про себя Олег, осуждая владельца Aston Marin.

Гости расположились по разные стороны от алтаря. Красавец жених и прелестница невеста медленно двигались по проходу. Маленькие девочки в розовых платьицах с ангельскими кудряшками, прямо как в американских фильмах, чинно несли подол платья невесты. Ослепительное белое королевское платье вызывало всеобщее восхищение и зависть.

«Страшно подумать: это платье по цене равно дому в Подмосковье! Зачем такой понт ради одного дня своей жизни? Хотя… Если бы я только могла быть на ее месте, тоже купила бы себе такое. Обязательно», — думала Виолетта.

Кто-то коснулся ее сзади. Она вздрогнула и повернулась.

Вопреки правилам светского этикета Олег пробрался сквозь толпу напыщенных гостей и взял Виолетту за руку.

— Красивая церемония. Вдохновляет? А ты бы вышла за меня замуж? — тихо шепнул он, нежно сжимая ее ладонь и наклоняясь близко-близко.

— Безусловно! — не отводя от невесты глаз, ответила она.

Они стояли и держались за руки. У Виолетты подкашивались ноги.

Банкет по случаю свадьбы проходил в «Метрополе». Такого количества охраны не бывает даже у входа на стадион во время решающего матча. Личная охрана VIP-гостей заполонила все проходы, входы и выходы «Метрополя».

Уставшие от вечных кичей зажиточных москвичей метрдотели улыбчиво кивали, не обращая внимания на пафос мероприятия. Голодные и замученные журналисты пытались пролезть сквозь стройные ряды кирпичнолицых охранников. Те, кому это удалось, деловито фотографировали гостей, которые, как всегда, охотно кривлялись перед камерой.

Виолетта с превосходным макияжем под цвет светло-голубого платья от Alberta Ferretti торжественно двигалась по глянцевому полу, держа под руку Олега. Банкет обещал быть нарядным.

«Господи, спасибо тебе!» — молилась Виолетта.

Небеса наконец-то сжалились над ней, и счастье свалилось к ее ногам.

Ночь они провели в огромном номере отеля, выполненном в антикварном стиле. К удивлению Виолетты, этот секс был не таким механическим, как раньше. Олег целовал ее и не сжимал до хруста костей.