Сердечный выстрел

– Часа в три ночи… Может, скажете, что произошло? – нервно поинтересовался Гуляев.

– Машина у тебя угнанная во дворе стоит. На Уречной улице.

– Угнанная?!

– Не угонял?

– Нет, конечно!..

– А где ты находился в районе семи часов утра?

– Спал… – Гуляев кивнул за открытую дверь.

– Кто может это подтвердить?

– Кто-кто… А видеокамера!.. – обрадовался Гуляев и снова кивнул, на этот раз на свою машину. – Вы же спрашивали про видеорегистратор! Я поставил!.. Купил и поставил, вот.

– Регистратор кругового обзора? – поинтересовался Родион, глядя на «Паджеро».

Камера смотрела на ворота гаража, стоящего позади дома сбоку от него. Крыльцо дома в обзор не попадало.

– Да нет, обычного… Но машину-то я не брал! Значит, дома был!

– А пешком?

– Зачем пешком, когда машина есть?

– Пешком, – повторил Фомин. – Прямо с вечеринки.

– Незачет, – развела руками Скорокова, с сожалением глядя на Гуляева.

– Ну, так соседи! – Семен беспомощно повел рукой вдоль улицы. – Они могли видеть!

– Что видеть?

– Как я возвращался.

– После того как угнанная машина во дворе твоего дома оказалась?

– Да нет, до того.

– А если видели? А не видели, как ты потом ушел.

– Так не уходил я.

– Не уходил. Но в тупик попал, – усмехнулся Родион.

– И соседям незачет, – покачала головой Скорокова.

– Да не брал я машину!.. Зачем мне она?..

Фомин вопросительно посмотрел на свою помощницу. Все вышло в точности, как он и предполагал. Возможно, за Гуляевым следили, видели, как он вернулся, – один и в пустующий дом. А угнать машину не проблема. Возможно, с водителем даже договорились, и он отдал ключи.

– Может, по пьяному делу? – спросила Скорокова, приложив к горлу средний и указательный пальцы. – Занесло на терминал, а мозги не просохли.

– Машина стоит, водителя нет, двигатель работает, – пожал плечами Родион.

Погода неважная, холодно, но так пьяному море по колено. Вдруг машину на самом деле угнал Гуляев. Дернул черт за руку, и понеслась душа.

– Да не угонял я машину!.. Спал я!..

– Свидетель нужен, – сказала Скорокова, неутешительно глянув на парня.

– Да когда же это все закончится? – простонал Гуляев.

– Подставляют тебя? – без насмешки спросил Фомин.

– И я знаю, почему! Землю отец не продает!.. Посадить меня хотите?

– В том-то и дело, что нет. – Родион снова посмотрел на Скорокову.

Он, конечно, мог сделать ход конем. Заявления пока еще нет, дело не открыто, машину можно просто вернуть на терминал. Поставить где-нибудь поблизости, позвонить, сказать, где забрать. Но не зря же Павлик поднимал волну, а Скорокова работала на него. И еще Маша совсем не прочь занять место Родиона. Он попытается увести Гуляева от ответственности, а его за это возьмут и уволят. Даже дело заводить не станут, просто уволят. А Гуляева отправят за решетку. И некому будет помочь ему. Ну, если только Майя Варшавину позвонит. Но так она не хочет. И его номера телефона у нее нет.

– Может, вернуть машину, пока не поздно? – не зная, что делать, спросила Скорокова.

– А еще не поздно? – спросил Фомин.

– Так я никому не говорила, только вам.

Родион мягко взял девушку под локоток и, велев Гуляеву оставаться на крыльце, вывел ее со двора – к машине.

– А как же Павлик?

– На самом деле Павлик говорил мне про Гуляевых. – Скорокова отвела взгляд.

– Что говорил?

– Сказал, что не собирается никого подставлять – ни отца, ни сына.

– А как же земля?

– Цену хорошую предложил. Необязательно же подставлять.

– То есть Гуляев на самом деле угнал машину? И поставил ее там, где ее сразу же найдут?

– Так поступать даже на пьяную голову глупо, – пожала плечами Скорокова. И, глянув на Гуляева, добавила: – Да и не такой уж он и пьяный.

– Значит, все-таки подстава?

– Если да, то я не хочу в этом деле участвовать.

– А машину кто отгонит?

– Я отгоню. Я начала, я и закончу.

– А ключи?

– А ключей нет! – обомлев, протянула Скорокова.

При этом она виновато смотрела на Родиона. И она понимала, и он, что без ключей машину тихо-мирно не вернуть. Тут или замок взламывать нужно, или водителя к месту везти, а договариваться с ним – все равно что соучаствовать в преступлении. А в ловушку Родион попадать не желал, тем более что не верил он Скороковой. Нетрудно изображать лояльность к Гуляеву, когда нет возможности ему помочь. Она ведь могла знать, что ни у него, ни у Фомина ключа нет.

Они вернулись во двор. На вопрос о ключах Гуляев резко мотнул головой. Нет у него ключей и не было.

– Тогда явка с повинной, – развел руками Фомин.

– Это как?

– Проспался, понял, что натворил, вызвал меня… Или позвонил товарищу лейтенанту, – глянув на Скорокову, сказал Родион.

– Мне позвонил. И сказал, где машина, – согласилась Маша.

– Э-э нет, так не пойдет! – мотнул головой Гуляев.

– Собирайся давай и в машину.

– И все-таки, где ключи? – спросила Скорокова, когда Гуляев скрылся за дверью.

– У Павлика. – Родион прямо посмотрел ей в глаза. – Или у Пыжова.

Скорокова отвела взгляд, но отмалчиваться не стала.

– У Пыжова, если на то пошло.

– А Павлик не мог? – едко усмехнулся Фомин.

– Мог! – резко глянула на него Скорокова.

– Как же теперь быть?

– А так! Я ему не присягала!

– Ну, смотри.

– А я смотрю! Со всех сторон!.. С одной стороны, Павлик мог, – смягчилась девушка. – А с другой, вряд ли… Он обещал не трогать Гуляева.

– После того как нашлись доски?

– Да, глупо получилось.

– Это преступная глупость.

Скорокова кивнула, соглашаясь, но ничего не сказала. А там и Гуляев появился.

Всю дорогу парень пытался успокоить себя, отказываясь верить в то, что во дворе дома стоит угнанная фура. Но, увидев машину, в истерике биться не стал.

– Это что, тюрьма? – спросил он.

– Проверим, что ты делал ночью и утром, – качнул головой Фомин. – Опросим свидетелей, проведем обыск в твоем доме… Все зависит от того, найдем ли мы доказательства твоей вины.