Север. Цитадель

Камаэль усмехается:

— Вы станете спорить с волей Императора?

Иллири молча застегивается и, совершенно не обращая внимания на нахмурившегося Камаэля, склоняется к моим губам и уносит меня с собой в водоворот прощального поцелуя. Прощального, но полного такого искреннего обещания, что мои ноги сами собой подгибаются, но усилием воли я остаюсь стоять. Даже тогда, когда Иллири вслед за эльфом стремительно удаляется по коридору в сторону портальной залы…

Ну, вот что за крэшшшево невезение?

Эпилог. Элисвиэль, за три года до последних событий.

В светлом кабинете двое пили чай. На столе лежал хрустальный фиал с мутной, белёсой жидкостью.

— Было сложно?

— Нет. Он явно думал о чём-то другом и ничего не заметил.

Хозяин кабинета усмехается. Он знает, что за мысли терзали невольного донора.

— Хорошо, ты молодец. Гонорар как обычно?

— Да. И… Папочка, можно вопрос?

— Ну, попробуй.

— Зачем тебе это? Оно же бесполезно, без его осознанного желания ничего не выйдет.

Светловолосый покровительственно улыбается:

— А я всё же попробую. Мир же нужно спасать.