Шамиль

Неожиданно Шамиль нахмурился и поднялся на ноги. Поманил за собой легким движением руки и через пару минут мы оказались в большой и пустой комнате. Она практически примыкала к гостиной, но не являлась смежной.

– Что это?

– Планирую сделать ее комнатой для гостей, пока не решил, какую мебель сюда ставить…

– Да я не про назначение помещения, - взвилась я подобно змее. – Я про это! – Ткнула в коробки, коих было, наверное, не больше полудюжины.

– Это твои вещи. Все, что доставили сюда от твоих родственников.

– Ты, должно быть, шутишь…

– Ничуть.

– Господи, когда все это прекратится? – Слезы невольно подступили к глазам. – А ключи, где ключи?

– Мне ничего не передавали и вообще… ни о какой машине речь не шла.

– Черт!

Мои вещи не могли поместиться в эту комнату в принципе. Не в коробках, не в раскрытом виде тем более. Моя гардеробная по размерам была еще больше той, что находилась в доме Цахаевых в их горном селе. Одежды было огромное количество, но до меня начинало доходить, что с ней мне тоже придется распрощаться.

Ну, а почему нет? За незнакомого мужика меня отдали? Отдали. Счета заблокировали? Заблокировали. Послали далеко и надолго? Послали. И далеко, и надолго. Тогда почему Инге было не присвоить и все то немногое, что у меня оставалось?

Между нами было не так много, дяде Диме было чуть за сорок, а она была младше него на десять лет. Вещи двадцатилетней спокойно могла носить и тридцатилетняя девушка, тем более, что размер у нас с ней был один.

Чертова сука. Она всегда хотела от меня избавиться, годами искала способ, как это сделать, как заполучить все деньги дяди и моего покойного отца.

Слезы навернулись на глаза и я, не выдержав, заплакала. Сколько еще ударов мне предстояло вынести прежде, чем вернуться к нормальной, привычной жизни? Или мне стоило и вовсе о ней забыть? Что, если этого вообще никогда не произойдет?

– Лана… что не так? – тихо поинтересовался супруг.

– Здесь нет моих вещей… Моя гардеробная – это комната больше, чем в сорок квадратов и одежды в ней было больше, чем в долбанном магазине из масс-маркета. Все мои вещи…

– Не переживай так… наверное, это какая-то ошибка, а если нет, то купим тебе все новое.

– Да что ты понимаешь?! – заорала я. – Электроники от Apple было примерно на лям, новехонький Lexus, и одежды на миллионы! У меня были планы на эти вещи, черт возьми, это мои вещи! Они куплены на деньги моего папы, это он обеспечивал меня всем, не Инга или Дима! Они не имели права так поступать со мной! Они не могут…

– Так, ладно, тихо, - Шамиль проигнорировал мой крик и притянул к себе. Благо, хоть бить не стал, наоборот, обнял и прижал к себе, а я уткнулась ему в грудь, не сдерживая эмоций. Уже через минуту или того меньше, рубашка супруга промокла от моих слез, но он не отпустил, продолжил прижимать к себе и гладить по распущенным волосам. – Мы купим тебе все, что необходимо, слышишь? Ты моя жена и не будешь ни в чем нуждаться.

– Нет, - запротестовала я, продолжая плакать.

– Лана, брать у меня деньги – это не унизительно, это нормально, мы женаты, я обязан тебя обеспечивать. Здесь столкновения наших менталитетов быть просто не может. Мужчина всегда мужчина. Мой долг дать тебе все, что нужно в материальном плане. Завтра мы купим тебе все, что ты захочешь, о деньгах не переживай.

– Нет же…

– Цыц, - шикнул он, не выпуская меня из объятий.

– Успокаивайся и пойдем уже спать, я устал, день был тяжелым.

Глава 8

Утро следующего дня я встретила в чужой спальне, которая теперь, по праву, могла называться и моей тоже.

Вчерашний день принес кучу негативных эмоций и высший пилотаж от родственников в самом его конце стал для меня тяжелым потрясением. Нет, к вещам я не была привязана, это были просто шмотки, но у меня действительно были на них планы. А еще было противно и мерзко от того, что тетя с дядей пользовались не своими деньгами, а деньгами человека, который умер, доверяя им.

Если бы папа только знал, кому оставил на попечение своего единственного ребенка…

Вздохнув, я начала ворочаться, но уже очень скоро поняла, что делать это сложно.

Мне что-то мешало.

Рука Шамиля крепко обвила мою талию и держала прижатой к себе. Повинуясь каким-то странным инстинктам, я положила свою руку поверх его и почти невесомо ее погладила. Совсем легонько прошлась ногтями вверх-вниз, а затем поняла, что пристально смотрю на безымянный палец. На нем не было кольца и тут я вспомнила, что мне его вообще-то тоже никто не предложил его надеть. Ни у него, ни у меня не было обручального кольца…

Странно.

У этих людей все было по-другому… обычаи, манера поведения, мировоззрение… Наверное, у нас с Цахаевым не было и шанса найти общий язык.

Даже без вмешательства всяких там Зар.

А еще мне однозначно нужно было внимательнее слушать Фатиму.

Когда тело начало затекать, я заерзала, а затем аккуратно и по-кошачьи грациозно выгнулась, поворачиваясь к Шамилю лицом. Удобнее устроившись, бросила на него внимательный взгляд.

– Бородатый какой, жуть… - прошептала я, не имея никакого желания будить супруга. Правда, рука все равно потянулась вперед, коснулась чужого лица, мягко провела по щеке.

Колючий.

Никогда не любила бороды. Всегда искренне считала, что любого мужчину они старят и подходят разве что праведным старцам, но никак не молодым парням, однако…

Шамилю шло. По крайней мере, она его уж точно не портила. Гладко выбритым я его тоже видела, еще тогда, когда он приходил к нам в квартиру, чтобы поговорить с Димой, но не могла сказать, как ему идет больше – с ней или без нее.

Не знаю, что на меня нашло, наверное, нужно прописать в учебниках по психологии, что если долго смотреть на небритых неандертальцев, то можно впасть, в своего рода, транс. Иначе как объяснить то, что я сделала дальше?

Повинуясь необъяснимому желанию, я высвободилась из рук супруга, осторожно перекатила его на спину и оседлала сверху. Перекинула мешавшие волосы на сторону и уперлась руками по обе стороны от головы мужа. Снова коснулась его щеки, провела по ней ладонью, а затем медленно, будто во сне, наклонилась к его губам. Сначала просто их коснулась, а затем настойчиво «попросилась» внутрь. Реакцией стало тихое мычание, но спустя несколько секунд моих усердных попыток, Шамиль начал вяло, но все же отвечать мне.