Шанс

Вздохнув, горько улыбнулась и прогнала слишком яркие картинки из головы. Я так и видела, как ни о чем не подозревая, открываю дверь, а там огромный букет роз, за которым не видно мужчины. Да даже если и без цветов, главное, что пришел и… А вот что дальше?.. Глупо все! Не придет он, а если и придет, я не вижу дальнейшего развития наших отношений. Сама не знаю, почему, чувствую и все тут.

Я уже стояла около двери в квартиру подруги, позвонила в звонок. Янка открыла дверь, и я чуть было не ахнула. Вошла в квартиру и продолжала пялиться на подругу, не веря глазам. Вид у нее был растрепанный, глаза красные, словно до этого рыдала, не прекращая. На голове бардак, да и из одежды — какая-то нелепая пижама с цветочным принтом. В таком виде я Янку видела впервые, поэтому не сразу нашла правильные слова. Да вообще не знала, что тут можно сказать.

— Пошли на кухню, я хочу есть, — и голос севший, что окончательно выбило меня из колеи.

Как-то на фоне подруги мои проблемы стали блекнуть, я полностью сосредоточилась на Янке, пока она доставала из холодильника кастрюлю, потом из шкафа тарелку — и все это на полном автомате, а в глазах пустота. Подруга пугала до такой степени, что я окончательно позабыла все свои страхи, их буквально силой вытолкнули другие мысли. Что же с Янкой? У меня могло быть миллион версий, но все они слишком нелепы и необоснованны.

— Чувствую себя разбитой во всех смыслах этого слова, — неожиданно начала разговор подруга.

— Что-то произошло? — аккуратно выпалила я, боясь спугнуть момент.

— Да. Только… Не уверена, что могу сейчас поделиться с тобой, прости.

Она потупила взгляд и шмыгнула носом. Ну вот… то, чего я так боялась. Яна решила все держать в себе, прям как я.

— Ты ведь понимаешь, что, держа это в себе, в какой-то момент «лопнешь»? — она, не поднимая головы, кивнула.

Вот упрямая! Меня взяла отчаянная злость на подругу, что уже не соображала о том, что делаю. Не выдержав, я хлопнула ладонью по столу. Нервишки шалили, уже казалось, что меня ни во что не ставят, а тупо пользуются. Наверно, недостойна правды, раз уж пошла такая пьянка.

— Что с тобой не так? Почему наша дружба идет под откос, скажи мне, Ян? — жестко потребовала ответа. — Ты считаешь себя выше этого, или я просто недостойна ответов?

Тишина напрягала до безумия. Уже готова была чуть ли не волосы на себе рвать от досады. Вот и поговорили…

— Ладно, тогда не буду мешать. Оставайся со своими проблемами наедине.

Я ушла, хлопнув дверью, но в душе скреблись кошки, оставляя после себя уродливые отметины. Ком горечи застрял в горле, но душа была не на месте, все же переживаю за подругу. Пускай она уперта и своенравна, но в беде бросать не красиво.

Я почти спустилась на два этажа ниже, как вдруг услышала за спиной спешный топот. Развернулась и увидела подругу, такую несчастную и снова рыдающую.

— Марин, не уходи, — она вцепилась в мою руку и потянула назад. — Знаю, я не благодарная дура, но есть такие вещи, о которых просто не представляю, как рассказать. Дай мне время.

Подумав с секунду, выдохнула. Не оставалось ничего иного, как плестись обратно. Яна шмыгнула носом и расслабилась, ослабила хватку на руке.

В квартире я вновь присела за стол, слов сейчас нет, даже не знаю, что говорить и как помочь, если она сама не хочет этого. Подруга уселась на стул и протерла лицо ладонями, потом зарылась пальцами в волосах и сфокусировала на мне разбитый взгляд.

— Я вот не понимаю, неужели меня совсем нельзя полюбить?

Прищурившись, тупо хлопала глазами, а сказать в ответ ничего не смогла. Яна начала нести околесицу, что, значит, нельзя полюбить?

— Ты сейчас пытаешься себе цену набить, Ян? Да вокруг и так все от тебя с ума сходят, оглянись! Возьми в пример хотя бы Антона, — я уже умолчала о многих других ее ухажерах.

Янка всегда следила за собой, ярко красилась, старалась выглядеть стильно, даже если идет выбросить мусор на улицу, обязательно перед этим начнет крутиться у зеркала и выбирать себе правильную одежду. Для меня такое казалось лишней тратой времени. Нет, я тоже люблю себя, ухаживаю за кожей и ногтями, но выйти в магазин, который буквально в двух шагах, могу и в домашней одежде, если она чистая.

— Это другое. Я хочу… ну вот как ты, любить и быть любимой, а не…

Она так и не договорила, я громко фыркнула, качая головой. Что-то разговор совсем не шел как надо. Лучше бы я ушла и остыла, а уж потом начала выяснять, что к чему.

— Любовь? Нет ее. Ее придумали романтические дуры, желающие во что-то верить, — вернула подруге ее любимые слова.

Янка вдохнула и отвернулась от меня, а я успела заметить скользнувшее недовольство.

— Что, неприятно? Думаешь, мне было приятно слышать от тебя такую фразу каждый раз, как только у меня появлялся новый парень, а? — я немного помолчала, а потом выдала то, о чем мне много раз утверждал брат: — Может, ты мне завидуешь? Понимаю, что слова звучат как полная ересь, ты красивая, за тобой всегда бегали почти все парни, что в школе, что во дворе, да и сейчас вот в институте. А как только я находила себе парня, так ты сразу пыталась внушить мне, что отношения для слабаков, а любви и вовсе нет!

Яна тяжело дышала и снова плакала. Блин! После всего сказанного, теперь чувствую себя так, будто я предатель, а не она. Я попыталась взять себя в руки и хоть немного, но трезво взглянуть на ситуацию. Да, может, со стороны Яны и была зависть, но… чем закончились все мои отношения? Да ничем, головной болью, а последние так и вовсе разбитым сердцем. Но даже это не оправдывает подругу. А она все никак не желает хотя бы объяснить свое поведение, ну так пускай и не ждет от меня помощи или понимания.

— Может, и завидовала, но я хотела тебя уберечь. Ты ведь даже не представляешь, как мне тяжело… Я расскажу, что случилось тогда, в шестнадцать, но не сейчас, ладно? — пришлось пожать плечами.

— Да как знаешь. Кажется, мне уже все равно. Один фиг, на душе остался неприятный осадок. Как-то все с момента моего приезда стало разваливаться на куски. Обидно, у всех какие-то тайны, интриги, заговоры, одна я сплошное раскрытое бледное пятно.

— Ты не пятно, не говори так! — стирая слезы, настояла Яна. — Я, может, и не благодарная, но зла тебе никогда не желала. Ты это прекрасно знаешь!

— Знаю.

Некоторое время мы молчали, Янка не выдержала и пересела поближе. А потом мы обнялись, как обычно, когда сильно ссорились. Вот теперь я остыла и решила вывалить на подругу все то, что накопилось у меня с момента встречи с Демьяном.

— То есть, у Роса есть девушка, и ты поняла об этом из дурацкого разговора? — Янка чуть ли не крутила пальцем у виска. — Я бы на твоем месте не делала поспешных выводов. Мало ли, о ком шла речь, а?

Хоть она и пыталась меня утешить, но не вышло. Нет, мне не могло показаться, да и Демьян даже не стал ничего отрицать. Ну, даже если и так, не хочу больше забивать дурными мыслями голову. Главное, что я выговорилась, и мне действительно полегчало.

— Слушай… — она закусила краешек губы и призадумалась. — Получается, этот Демьян не беден. Интересно, где он работает?

— Да какая разница, где?

— А вдруг у всех четырех друзей совместный бизнес? Не думала? А зная, где трудится мужичок с хвостиком, мы бы проследили за ним и…

— Ой, хватит твоих интриг! — осадила я подругу. — Рос вообще, кажется, слесарем работает. А Демьян… он, скорее, работает не грубой силой, а умом. Давай забудем Роса, Демьяна, того, кто тебя обидел и назло им всем сходим в клуб, а то скоро учеба, скукотища… Не до развлечений будет.