Шиншилла

– Обалдеть! – я попинала заднее колесо и посмотрела в лицо Шина, – ты меня в участок что ли отвезти хочешь? Я не хочу у вас там опять тусоваться. К тому же, если вы настучите моим, то мне влетит.

– Я не могу оставить тебя здесь, потому что не верю, что ты не попытаешься полезть к очередному мужику. – Я поджала губы, хлюпнув носом, повлажневшим от холода. Да, он меня определенно хорошо знал.

– Тогда отвези меня домой.

– Ты такси что ли нашла? – Шин легонько подтолкнул меня за плечо в машину, – Шилла, мне просто самому надо в участок, поэтому посидишь там до конца рабочего дня, и я подвезу тебя, куда скажешь, договорились?

– Ты прелесть! – я чуть не чмокнула его в щеку, в сердцах, но опомнилась. Мы всё-таки, так сказать, в деловых взаимосвязях. А в Каннаме все такие деловые, что невольно тянется пожимать руки, выпрямить спину и напустить на себя важный вид.

– Только из-за старинного знакомства, – он с печалью посмотрел на меня. Они с его напарником, Джуном, знали меня ещё фактически девочкой, с четырнадцати лет. То есть, тогда-то я ещё на самом деле была девочкой во всех смыслах. Они разрешали мне ночевать в пустых камерах, когда дежурили, угощали конфетами, поили горячим чаем. Пока я не стала шлюхой. Теперь они вообще не знали, как относиться ко мне. Их отеческая забота столкнулась с непреодолимой брезгливостью и привычкой гонять путан, заложенной, наверное, в генах каждого полицая.

– Если жена перестанет давать, то с меня бесплатная услуга за подвоз, – попыталась я разрядить обстановку, но зря сделала эта подобным образом. Он всё ещё видел во мне ребенка, поэтому ему, наверное, до отвращения было слышать от меня подобные слова. Шин напрягся и замолчал. Я отвернулась к окну. Ладно, пара часов в участке – это лучше, чем застрять там на сутки в ожидании, когда приедут люди Ти Солаи заберут меня, со всеми вытекающими последствиями. Впрочем, как-то я с одной из девиц застревала там и на несколько дней. Не все легавые одинаковые милашки. Некоторые, например, любят на халяву поиметь попавшихся в руки ночных бабочек.

– День добрый, товарищ майор! – с порога воскликнула я, с причмокиванием начав оглядывать кабинет Джуна, в который меня запустил Шин.

– Ничего, если она у тебя посидит пару часочков? – сунулся он в дверь следом за мной. Джун поднял лицо от бумаг, сосредоточено осмотрев нас обоих исподлобья. Словно отвечая на немой вопрос, лейтенант добавил: – Она ничего не натворила, просто я обещал подвезти её домой, а у меня ещё дела. Не хочу, чтоб в зале до неё докопались. Присмотришь?

– То есть, - Джун отложил синюю ручку и опустил ладони на столешницу перед собой, – там уже весь участок знает, кого ты привез мне, и хочешь оставить нас тут тет-а-тет?

– А что, - вмешалась я, – начальство должно обитать в комфорте. Что плохого в шлюшке перед пятичасовым ланчем? – мой профессиональный юмор вновь не оценили, и я притихла, сложив руки между коленками, – да там все знают, что мы друзья.

Джун кивнул обреченно бывшему напарнику и тот удалился, прикрыв дверь.

– И что мне с тобой делать? – посмотрел он на меня серьёзно, пододвигая очередную папку и открывая её.

– Удочерить? – улыбнулась я шутливо и радостно.

– Но-но, я не настолько стар! – не выдержал он и улыбнулся в ответ. Ну да, ему ещё и тридцатника не было. Куда мне папаша, старше всего-то лет на десять-двенадцать? Хотя, это было бы забавно. Джун был клевый. Не крутой, как Химчан, а именно клевый. Добрый такой, выдержанный и простой.

– Да бог с ним, с возрастом! – махнула я, откидываясь на спинку стула.

– И всё же лучше обратись по этому вопросу к Шину. Он и постарше, да и тогда у тебя и мама будет. Он же женился, – Джун углубился в чтение документов. Мне хотелось бы не мешать, но я давно их не видела, хотелось поболтать. Я любила потрепаться. Наверное, вечно молоть языком – во всех значениях - это от природы.

– Он сказал. Ну, а ты когда, гражданин начальник? – я слегка покачивалась на стуле.

– Шилла, не подкалывай, – расписавшись на листке, он перевернул его, – как только, так сразу.

– Такой завидный холостяк! Долго не заваляешься, – подвела итог я. За последние два года я повидала и испытала столько, что не чувствовала себя сильно их младше. Казалось, что мы на равных, все взрослые. И только когда они смотрели на меня, грустно и пристыжено, будто были виноваты в чем-то, что со мной случилось, мне хотелось скукситься и стать невидимой. Тогда я понимала, что что-то идет не так и я совершенно не такая, какой должна быть семнадцатилетняя девушка.

– То есть, по-твоему, я валяюсь? – хмыкнул он без злобы, подняв глаза.

– Каждому нормальному мужику нужна женщина, – заключила я, изъяв вывод из общей картины наблюдаемой мною жизни человечества, – мне ли не знать, что без нас у вас всё валяется. И поднимается только с нами.

Промучив Шина просьбами включить мигалки и сирену, но не добившись ни того, ни другого, я была скучно доставлена до дома. Высунувшись из открытого окна, он следил, как я иду в подъезд по вечернему потемневшему переулку. Я обернулась у самой двери и помахала ему.

Поднявшись, я вошла в квартиру и дернула за ручку двери нашей комнаты, зная, что Джело ещё быть не должно, а Джейда обычно не закрывается. Но дверь была закрыта. Я подергала сильнее, убедившись в этом. Сделав губами «тпру», как погонщик лошадей, я полезла за ключами снова, едва успев убрать их за минуту до этого. Но замок зашумел и дверь распахнулась. Моя подруга появилась на пороге, застегивая кофту. Я глянула за её спину и увидела у окна Санха. А, ну ясно, пользовались моментом. Оно и ясно; бойфренды таких как мы с ней, предпочитали полобзаться с нами до нашей работы, нежели после. Но вот я простофиля, даже не посмотрела на машины и не заметила его "хёндая"!

– Оу, - глухо воскликнула я, – извините, что помешала.

– Да ничего… - Джейда убрала прядь волос за ухо, засуетившись и начав приводить в порядок постель, скомканную в массу, напоминающую разрушенную снежную крепость.

– Что это тебя легавые подвозят? – покосился на меня Санха, застегивая манжеты рубашки. Ежа мне в тапки, он всё видел! Почему я всегда забываю, что рядом пасется человек Ти Сола?

– Ну… - я развела руками, – старый знакомый. Со времен первой молодости.