Шизоидность: ?!

Исходя из того, что в человеке реально существует сознательное и бессознательное, что далеко не всегда бессознательное человека, его реальные эмоции и чувства проявляются в речи, в поведении, ввиду того, что человек постоянно контролирует себя, ввиду того, что он постоянно адаптируется к социальной среде, становится понятно, что подобная двойственная реакция человека (одна реакция – на уровне эмоционального, бессознательного и другая – на уровне рационального, сознательного, на уровне наличия определенных моральных, нравственных барьеров) является типичной для окружающих.

Реакции людей весьма часто бывают двойственными: на уровне бессознательного и на уровне принятых моральных норм. Эта двойственность человеческих реакций распознается лицами с повышенной шизоидностью и затем отвергается: шизоиды не хотят принимать подобного общения, уходят в себя и с большим удовлетворением живут своим внутренним миром, а не отвергаемым ими двойственным отношением к окружающим и себе (одно – сущностное, а другое – на уровне слов).

В силу этого у шизоидов также двойственное отношение к людям. С одной стороны, они уходят в себя, недопонимают людей, отрицают ту мораль, нормы, которые существуют в окружающем мире, но, с другой стороны, они нуждаются в эмоционально глубоких, эмпатичных межличностных отношениях, они ищут таких отношений: для них важны и ситуативные контакты, но на уровне глубокого взаимопонимания. Не случайны факты, когда шизоиды с большой охотой открывают свою душу, казалось бы, для посторонних людей, когда они наслаждаются какими-то моментами, минутами, секундами эмоционального сближения с человеком. Они не случайно подсознательно ищут работу, которая включает общение с людьми; в силу этого они не случайны в сфере управления.

Общая характеристика функционально-психологических особенностей шизоидов

Особенности лиц с чертами шизоидной акцентуации проявляются в сенсорной, интеллектуальной, эмоциональной, коммуникативной, речевой и других сферах активности.

Сенсорные особенности . Для лиц с чертами тяжелой шизоидности характерны неадекватные реакции на внешние раздражители. Данная особенность логично вытекает из деформации восприятия ими окружающего мира, что сказывается на их отношении к другим людям. Если восприятие окружающего мира интенсифицируется, деформируется, то логична неспособность личности разделять и интерпретировать внешние ощущения, что вызывает неадекватные реакции на окружающий мир. Нередко это связано с невозможностью или трудностью совмещения сигналов различной природы – звуковых, зрительных и др.

Подобная неспособность адекватно реагировать на поступающую информацию служит одной из главных причин затруднений в общении шизоидов с другими людьми. При этом субъективно такие лица нуждаются в эмпатии, в общении, но объективно не могут достигнуть оптимальности в этом процессе и предпочитают проводить время в одиночестве. Для них каждая попытка общения трудна, а нередко и слишком болезненна для того, чтобы предпринимать их вновь и вновь.

Среди сенсорных особенностей особо следует обратить внимание на трудность совмещения у шизоидов сигналов различных модальностей – визуальной, кинестетической, аудиальной.

Мы отобрали 20 человек – шизоидов с ведущей визуальной репрезентативной системой и 20 человек без выраженных шизоидных черт личности, условных анти-шизоидов.

Им были даны упражнения по тренировке других репрезентативных систем – аудиальной, кинестетической. Качество выполнения каждого из трех упражнений оценивалось по 5-балльной шкале.

Результаты следующие.

Таблица оценок шизоидов и условных анти-шизоидов с ведущей визуальной репрезентативной системой при их тренировке использования аудиальной репрезентативной системы

Если использовать термины NLP (нейролингвистического программирования), то их различные репрезентативные системы работают в значительной степени несогласованно, отдельно друг от друга, вызывая некоординированные ощущения, чувства, переживания. На этой основе шизоид может построить при одних и тех же внешних раздражителях различные модели, картины мира. Иногда это высоконаучные картины мира (шизоиды видят противоречия там, где обычный человек их не в состоянии увидеть), а иногда – высокохудожественные, как, например, у У.Шекспира:

Мои глаза в тебя не влюблены, —

Они твои пороки видят ясно.

Но сердце ни одной твоей вины

Не видит и с глазами не согласно.

Интеллектуальные особенности . Специфичность мышления шизофреников нередко характеризуется психиатрами как бессистемность, бессвязность, алогичность, амбивалентность и др. У шизоидов также наблюдаются некоторые подобные черты, однако с меньшей степенью неточности, неадекватности мышления.

Оценивая интеллект лиц с чертами шизоидной акцентуации, К. Ясперс выделил критерий, по которому можно отделить продуктивный интеллект у шизоидов от уже непродуктивных интеллектов, которые постепенно становятся шизофреническими. А именно – если личность с чертами шизоидной акцентуации способна улавливать реальные объективные связи между предметами и явлениями, то перед нами нормальный человек, но просто с определенными специфическими особенностями мышления, личности; если же количество связей и отношений, которые существуют в окружающем мире улавливаются в меньшей степени по сравнению с обычными людьми, и эта способность начинает катастрофически деградировать, то перед нами лицо, переживающее деформацию интеллектуальных процессов, обладающее существенными дефектами интеллекта.

Для мышления шизоидов характерно наличие противоречивых моментов. С одной стороны, их мышление может отличаться разорванностью, односторонностью, одноплоскостностью. Но с другой – среди них немало создателей и приверженцев удивительных систем, отвечающих требованиям законченности, сформированности, последовательности. И такая разноликость в мыслительной деятельности шизоидов также объясняется многими противоречиями между сознательным и бессознательным: хаотичность эмоций, чувств, бессознательного. Нередко такие лица пытаются преодолеть, компенсировать это стремлением к системности, завершенности при создании чего-либо, в том числе и научной теории. Данное стремление к системности и завершенности может носить характер сверхценной идеи, граничить с паранойяльностью.

Подобную зависимость установил К. Ясперс (1996, с. 222–238), изучая реакции шизоидного типа у одного из своих больных. Один из его пациентов в моменты прогрессирования душевной болезни предавался философствованию, созданию мировоззренческих систем. Этот больной как бы подсознательно чувствовал, что подобное системотворчество противостоит возникновению хаоса, непоследовательности, разорванности в бессознательном. К. Ясперс отмечает: «В большинстве случаев человек внешне создает себе то, чего у него нет внутренне. Так, он создает философскую систему, фанатичным приверженцем которой он становится, за которую он цепляется как за нечто реальное, которая дает ему нечто вроде постоянного рецепта уверенности там, где в жизни он ему необходим – впрочем, только после того, как в результате долгих размышлений конкретный случай будет загнан в его схему. Одновременно эти люди с фанатизмом пытаются навязать свою систему другим – таким образом, они стремятся получить власть и значимость. Эта власть и значимость внешне замещают им их уже забытую внутреннюю слабость. Эти люди могут внезапно стать счастливы со своей системой, будучи до этого самыми несчастными, разъединенными существами. Но так как система является искусственным построением, не имеет источника во внутреннем переживании, не является выражением внутреннего единства , то вся неуверенность, следование сиюминутным импульсам и порывам проявляется все же снова в образе жизни. Неуверенность, ненадежность, нечестность, с одной стороны, не спокойная, а фанатическая убежденность – с другой, психологически обязательно связаны друг с другом.» (Ясперс К., 1996, с. 230–231). Внешнее проявление личности с той или иной модальностью может отражать наличие в бессознательном психических явлений с противоположной модальностью. При этом в одних ситуациях проявляются внешние конструкты личности, а в других – внутренние. И именно это порождает многочисленные факты наличия у шизоидов относительно противоположных черт, свойств личности.

Мышление шизоидов может быть и политизированным. Так, в настоящее время исследованы особенности шизоидного мышления на примере лиц, которые тайно или открыто не соглашались с официальной идеологией в Словакии в 1920–1968 годы. Рассматривался вопрос о влиянии мышления, особенностей шизоидов на протекание социальных процессов в обществе. Нередко именно шизоиды становились рупором оппозиции, не соглашались с принятыми политическими, социальными решениями (Kovac D., 1995). Знакомство с работой Коваса наводит на мысль, что шизоиды, благодаря своим личностным, психологическим особенностям, предрасположены к диссидентству.

Попытки построения системы, создания своей теории морали, поведения людей и вообще других теорий вскоре нередко приносят шизоидам разочарования – так же, как разочаровывались они в жизни до этого. Они начинают видеть, что нет абсолютной истины, что все их соображения в области науки и искусства ограничены. И это для них выглядит трагедийно.

Эмоциональные особенности. Для лиц с чертами шизоидности характерен широкий аспект эмоциональных переживаний. Наличие у них одновременно различных, взаимоисключающих (для обычного человека) чувств.

Коммуникативные особенности. Коммуникативные акты тяжелых шизоидов отличаются не столько грамматической неточностью, неправильностью, сколько «странностью», непонятливостью, вычурностью, причудливостью (см.: Лебединский М. С. К вопросу о речевых расстройствах у шизофреников // Советская психоневрология, 1938, № 3, с. 57–64.).

У шизоидов нередко наблюдается противоречивое сочетание аутизма и стремления к широким социальным контактам. Некоторые авторы в таком сочетании видят парадоксальность шизоидов. В частности, в исследовании А. А. Гоштатуса (1972) выявлено, что из анализа результатов психодиагностики тестом MMPI «вытекает парадоксальное сочетание отгороженности со склонностью к установлению широких социальных контактов («аутизм наизнанку»)» (Блейхер В. М., Крук И. В., Боков С. Н., 1996, с. 261).