ШМара 4

— Помолимся братья, за упокой души раба божьего! — скорбно возвестила я, с наигранным сочувствием глядя на поверженного разбойника.

— А? — растерянно моргнул пентюх с редеющими зубами. Такой кардинальной смены настроения он явно не ожидал. Ему же хуже…

— В хлебало, на! — грозно рявкнула я, запустив в него меблей. Страйк!

Под разлетающиеся щепки, мужик закатил глаза и, выплевывая последние зубы, откинулся назад, распластавшись на земле. Еще один готов! Вот интересно, это я стала сильнее или просто мне в противники достались какие-то слабосери. Впрочем, судить об этом пока было рано, ведь главарь все еще был жив и, судя по покрасневшей роже и выпученному глазу, прибывал в ярости. Но это даже плюс для меня. Гнев — плохой советчик! Стоит рассердить врага, и он начнет делать ошибки. Этот урок я усвоила хорошо.

— Я тебя в песок сотру, — угрожающе пробасил последний из подворотни.

— А силенок-то хватит? — насмешливо хмыкнула я, призывая очередную табуретку.

— Даже не сомневайся, — злорадно оскалился он, медленно вытаскивая из-за пояса саблю с обломанным лезвием. Так, а вот это уже не шутки…

Причем совсем не шутки! Это я отчетливо поняла, когда заметила, как клинок бандюги тускло засветился фиолетовым. И что-то мне подсказывало, что это вовсе не эффект для укрепления или остроты оружия. Скорей всего яд… Хреново… Я настороженно замерла. Бездумно бросаться на такого противника, будет вершиной глупости. Пусть сделает ход первым…

— Осторожно! — неожиданно выкрикнула нэка, обеспокоенно глядя на меня. — Его оружие парализует!

За свою выходку бедняжка тут же схлопотала кулаком по лицу и, по инерции ударившись об ящик, обмякла и затихла, потеряв сознание. Разве можно бить беззащитную девушку?! Вот же мразь! Ушатаю, ублюдка, в ноль! Зато теперь понятно, как она угодила в лапы к этим мудозвонам. Хотя, думаю, они и без этого бы с ней справились. По кошке сразу было видно, что она не боец и вряд ли могла бы дать достойный отпор… Ну, ничего, этот гад мне за все ответит! Паралич, значит… Что ж, учтем-с!

Раздосадованный раскрытием его секрета, мужик больше не стал медлить и бросился на меня, видимо, в надежде хотя бы поцарапать обломанным лезвием. Я отскочила назад, но, как оказалось, маневр был лишним. Стоило разбойнику приблизиться ко мне, как буквально из воздуха появилась полупрозрачная пелена, что расплывалась голубоватыми сотами, которую, судя по всему, видела только я. Она не остановила нападавшего, но ощутимо его замедлила, а после и вовсе оказала весьма неожиданный эффект — одноглазого начало колбасить так, словно ему оголенный провод к причинному месту приложили и пустили ток. Даже электрические разряды временами пробегали! Хм-м-м, так вот как выглядит приказ Царицы в действии. А я и забыла про ее защиту! Точнее, еще не привыкла к ее наличию. Но действует она реально круто! Забавно! Хотя, странно немного… Я думала, у меня, к примеру, какая-нибудь метка над головой появится, как опознавательный знак для морского народа или что-то в этом духе. Не то чтобы мне было особо жалко тех глубинных идиотов, которые вздумали бы покуситься на мою жизнь, просто логика-то должна присутствовать в таких вещах. Ей своих подданных вообще, что ли не жалко, раз она подвергает их таким страданиям? С другой стороны, любое преступление, заслуживало наказания. Так что, сами виноваты…

Упавшего на землю мужика, трясло минут пять, не меньше. Я даже в серьез начала подумывать, что он такими темпами ласты склеит. Туда ему и дорога! Будет знать, как девок портить! Но подрыгавшись еще немного, разбойник распластался, раскинув руки в разные стороны и, с ужасом, глядя в небо. Точнее, в переливы морской воды, где-то высоко над нашими головами. Из приоткрытого рта стекала белесая пена, а сам утырок еще временами конвульсивно вздрагивал. Жуткое зрелище. Теперь понятно, почему Керос до сих пор так и не решился меня прибить. М-да, не гоже прынцу по земле валяться, да плеваться пеной во все стороны. Хотя, я бы с удовольствием посмотрела на то, как бы его крючило и загибало в бараний рог, при попытке меня прикончить. Эх, Мара, в тебе пробуждается садист…

Зверски чесались руки наказать этих гавдонов пожестче, да поглубже, но лишний раз портить отношения с рыболюдами, мне было не с руки. По крайней мере, до тех пор, пока я не окажусь на суше. Там оно как-то спокойней пуляться какашками в неугодных… Слегка пнув главаря, дабы убедиться в том, что он точно больше не опасен, я осторожно обошла поверженных врагов и присела на корточки рядом с кошкой, которая уже постепенно начала приходить в себя после пудового кулака одноглазого.

— Эй, ты как? — я мягко коснулась плеча бедняжки.

Слабо застонав, девушка перевела на меня мутный взгляд и лишь через несколько секунд вздрогнула и отпрянула. Поджав уши и, лихорадочно пытаясь натянуть на себя лохмотья бывшего платья, она смотрела на меня перепуганными зелеными глазами, в которых постепенно начали скапливаться слезы.

— Все хорошо, — немного отодвинувшись, чтобы не пугать нэку еще больше, успокаивающе проговорила я. М-да, учитывая, что эти мудаки с ней сделали, прозвучало довольно глупо… — Я не причиню тебе вреда.

Кошка замерла, настороженно прислушиваясь к моим словам, а затем горько разрыдалась, закрыв лицо ладонями. Да, пережить такое нелегко. Мне, в свое время, тоже было непросто, но у меня была цель, которой я до сих пор придерживаюсь. Наверное, отчасти, именно это меня и спасло, не позволив сломаться и уступить поганой Богине с ее дрянным миром. Мне было искренне жаль бедняжку, но задерживаться в этом закутке явно не стоило. Рано или поздно эти твари придут в себя, и тогда хрен его знает, как оно обернется. Пусть навредить нам они вряд ли смогут, особенно, если учесть мою персональную царскую защиту, но мало ли, какие пакости у них еще припасены. Наша стычка вышла спонтанно, да и такого отпора от одной девицы они точно не ожидали. Можно сказать, я застала их врасплох. В общем, будет лучше, если к тому моменту, как они очухаются, мы окажемся подальше от этого места. Конечно, опытный и суровый вояка на моем месте, и вовсе бы прикончил этих чмырей, но мне, как говорилось в одной известной сказке, пока, на столь кардинальные меры, булатности не хватало. Так что, лапки в лапки и ходу отсюда!

Дав нэки пару минут на то, чтобы немного выплакаться, я с трудом, но все же заставила ее переодеться в простую рубаху и холщевые штаны, что выдала ей из личных запасов. Ну не в голом же виде ей по улицам разгуливать? А еще влила в нее малый пузырек с лечилкой. Она не только от ссадин и синяков избавит, но и со временем добавит немного бодрости. После, кое-как подняв девушку с земли и, придерживая ее под руку и за талию, я аккуратно увела ее из этого злополучного закоулка. В тот момент, было совершенно неважно, куда мы идем? Лишь бы подальше от этих ублюдков. И каково же было мое удивление, когда через пару поворотов, мы вышли к оживленной рыночной улице. Да ладно?! Я столько времени ее искала, а тут раз-два и вот она! Даже место знакомое — именно здесь мы свернули, чтобы пройти к трактиру. Но самое странное, что теперь я точно знала, как безошибочно добраться до «Голубой Устрицы». Будто какой-то туман в сознание развеялся, и все встало на свои места. Хм-м-м, подозрительно это как-то…

— Большое спасибо…что спасла меняу… — тихо проговорила нэка, привлекая мое внимание. Ее нежный голос словно обволакивал и уводил прочь от тревожных мыслей…

— На моем месте, так поступил бы каждый, — улыбнулась я, надеясь, отделаться дежурной фразой.

Не любила я всех этих расшаркиваний с благодарностями. Вроде и понимаешь, что человек говорит искренне, да и есть за что сказать «спасибо», но почему-то в такие моменты, всегда возникало необъяснимое чувство неловкости, когда не знаешь, как себя вести и хочется поскорее свернуть разговор и свалить. Мне и самой такая реакция казалась странной, но ничего поделать с собой я не могла.

— И все же… — девушка робко улыбнулась и продолжила меня благодарить, попутно путано объясняя, как она вообще умудрилась попасть в лапы к этим мразотам.

Вроде как она искала какую-то неприметную лавку, что располагалась в стороне от рыночной улицы, заблудилась и, к несчастью, повстречала местных разбойников-насильников. Если честно, я особо не вслушивалась. Чего теперь разбираться, как все произошло, если оно уже случилось? Ей просто придется как-то это принять и жить дальше. Впрочем, судя по печальному блеску в изумрудных глазах, кошке и не требовалось, чтобы я участливо ее слушала. Ей просто нужно было выговориться. И в тот момент, было совсем неважно — будет ли она рассказывать все это мне, кому-то другому или вообще ближайшей стене… Так что, краем уха улавливая ее несвязное бормотание, я вчитывалась в новое оповещение от Системы, которое дильнькнуло, стоило нам оказаться в относительной безопасности. Тэк-с, что тут у нас?