Сильнодействующее средство

— Эй, Сэнди, можешь поверить в такое?

— Это ты о чем?

Лицо немца мгновенно приняло озабоченное выражение.

— Хочешь сказать, у тебя нет своего экземпляра?

— Нет, конечно, — ответил Сэнди. — Я как раз хотел добраться до почтового ящика и посмотреть, что новенького в мире науки.

— Тогда приготовься к шоку, — сочувственно посоветовал Руди и протянул ему журнал. — Наш скромняга-профессор на поверку оказался крайним себялюбцем.

Сэнди разом похолодел, волосы на затылке у него встали дыбом. Он схватил журнал — тот уже был открыт на странице с заголовком: «Антитела к некоторым разновидностям рака печени».

Автором числился Грегори Моргенштерн, профессор отделения микробиологии Массачусетского технологического института.

Единственным автором.

Все другие участники исследования были поименованы в сноске после банальной фразы: «Самую глубокую признательность выражаю…»

В первый момент Сэнди решил, что это ему снится. Это было все равно что открыть для себя оборотня, скрывавшегося под личиной бессребреника Альберта Швейцера.

Моргенштерн — борец за справедливость, альтруист и скромник, — совершил нечто беспрецедентное. Выдал за свой успех то, что нельзя было даже назвать результатом командной работы, а по сути дела являлось плодом умственных и физических усилий Сэнди Рейвена.

У Сэнди вдруг помутилось в голове и подкатила тошнота. Он едва успел добежать до туалета.

Спустя четверть часа, придя в себя, белый как мел, Сэнди возник перед секретаршей Моргенштерна.

— Где он? — запинаясь, спросил он.

— Понятия не имею, — ответила женщина, безуспешно силясь придать голосу беспечную интонацию.

— Мари-Луиза, ты не умеешь врать. — Сэнди стукнул кулаком по столу. — Немедленно отвечай: где он?

Испуганная секретарша пролепетала:

— Они с Рут на несколько дней летят во Флориду. Так, во всяком случае, он мне сказал.

Сэнди быстро приближался к точке кипения.

— Когда? Каким рейсом? — грозно вопрошал он. — Ты же сама билеты бронировала, так? Он всегда это тебе поручает.

Мари-Луиза опустила глаза — то ли для того, чтобы не встречаться с Сэнди взглядом, то ли чтобы уточнить время.

— «Дельта», в двенадцать. Они, наверное, уже в пути. — Она так и не подняла глаз.

Сэнди бросил взгляд на часы, кинулся к двери, вприпрыжку спустился по лестнице и добежал до машины.

В начале двенадцатого в тоннеле Каллахан машин было немного. Он гнал как сумасшедший.

Доехав до аэропорта «Дельта», Сэнди бросил машину где попало и бегом ворвался в здание терминала.

Грег Моргенштерн с женой высадились из такси и направились к стойке регистрации пассажиров первого класса. В этот момент профессор заметил, что к ним кто-то бежит.

Он попытался побыстрее протолкнуть Рут к выходу на посадку, но в этот миг чья-то рука взялась за его плечо и резко развернула кругом.

— Ах ты, мерзкий вор! — прокричал Сэнди.

— Какого черта ты тут делаешь? — попятился Моргенштерн.

Никогда прежде Сэнди не терял самообладания. Но сейчас он был так зол, что принялся трясти старика за плечи и кричать:

— Ты меня обокрал! Ты украл мою работу!

К ним уже бежали сотрудники авиакомпании и полицейский, а Сэнди, не выпуская тестя, все твердил:

— Почему, Грегори? Почему ты так со мной поступил?

— Пожалуйста, постарайся меня понять, — взмолился старик. — Это было минутное помешательство. Всю жизнь я играю вторую скрипку. И что бы ты ни думал, Сэнди, а этот проект действительно был делом моей жизни. Я помешался, я ничего не видел, кроме того, что у меня есть шанс добиться почета, уважения — вместо всех этих снисходительных комплиментов, которые я только и слышал на протяжении тридцати лет. Ты, Сэнди, еще молод, твой звездный час еще впереди…

Снисходительный тон, каким был произнесен этот довод — по-видимому, предназначавшийся для утешения, — стал для Сэнди последней каплей.

— Мой час? Он уже настал! — объявил он. — Неплохо бы воздать и мне по заслугам.

— Может, замолчишь? — Теперь разозлился Грег.

И тут Сэнди удивил самого себя. Он размахнулся и ударил Моргенштерна по лицу. К счастью, удар оказался смягчен громилой-полицейским, вовремя перехватившим ему руку. Их моментально обступила группа людей в форме.

— Так… Что у нас тут за проблема? — поинтересовался полисмен с выраженным ирландским акцентом.

Сэнди с Грегом молча воззрились друг на друга. Наконец им на помощь пришла Рут.

— Банальная семейная ссора, офицер, — пояснила она напряженным голосом. — Мы с мужем улетаем во Флориду. А этот джентльмен — наш зять и… — Она смолкла.

Рут схватила мужа за рукав и увела на посадку.

Сэнди не мог сдвинуться с места. Потом до него дошло, что он так и стоит в гуще людей в форме. Он набрал побольше воздуха, обвел всех взглядом и тоном побежденного сказал:

— Дама права, это всего лишь семейная ссора.

Он и сам не ожидал, что худшее еще впереди.

Завершающий удар нанесла Джуди.

Самым болезненным открытием для Сэнди в сложившейся ситуации оказалось то, что Джуди была не только и не столько его женой, сколько дочерью Моргенштерна.

Она набросилась на него, как фурия.

— Ты ударил моего отца! — истерично повторяла она. — Как ты посмел его тронуть?

У Сэнди не было объяснений. Больше того, в глубине души ему было даже стыдно за содеянное. Однако больше всего его душа кровоточила от подлости, совершенной по отношению к нему Грегом.

— Он присвоил себе то, что по праву мое! — твердил он.

— Ах ты, самонадеянный мерзавец! — взвизгнула Джуди. — Что бы ты там ни сделал — это ничто по сравнению с тридцатью годами работы моего отца.

— Господи, какое значение имеет время? Тут главное — мозги. Лучшие идеи были мои — те самые, которые вывели нас на результат. И при всем том мне бы никогда не пришло в голову оставить его вне игры! Он ничуть не лучше мерзавца, вырывающего у старушки сумочку. Такой же мерзкий вор.

— Прекрати! Прекрати сейчас же! — крикнула Джуди. — Чтобы я больше такого не слышала!

От негодования и неверия в происходящее Сэнди все больше распалялся.

— Ушам своим не верю! Ты оправдываешь его низкий поступок? Кражу моих идей!

— Ради бога, Сэнди, — крикнула в ответ Джуди. — Он это заслужил! Неужели он недостоин признания?

— А я? Я — недостоин? Джуди, никто не принуждал его ставить только одну фамилию в заголовок. Авторов всегда бывает несколько. То, что он сделал, называется присвоение открытия, которое принадлежит ему только отчасти. Даже суд уважает интеллектуальную собственность, а твой папочка меня обокрал.