Скарлетт Рэд

Его руки передвигаются к моим ногам и начинают массировать их, правильно дозируя силу и умение. Боже, как хорошо. У него нереальные руки. Я много теряла, когда он использовал камни.

— Так лучше, — счастливо вздыхаю, когда он движется к щиколоткам, затем икрам, уделяя особое внимание мышцам. — Они же дико забиты, да? Боже, вы бы знали, сколько раз я подскакивала на кровати за прошедшую ночь из-за них.

Руки Тео все еще на моих икрах. Секундой позже, он скользит большими пальцами на внутреннюю сторону ног, захватывая икроножные мышцы.

— Оу! — Я слегка выгибаюсь, размахивая руками как белым флагом. — Ладно, глубокий массаж это слишком для меня. Лучше полегче.

Он возобновляет массаж с меньшей энергией, работая над задней поверхностью моих коленей. Пальцами пощипывая в самых чувствительных местах, он руками скользит вверх по моим бедрам, разминая мышцы, пока мои ноги полностью не освобождаются и не расслабляются.

— Синтия была права. У вас фантастические руки, — говорю я, вздыхая в блаженном удовольствии.

В ответ он движется пальцами выше, прижимая их ко внутренней стороне моих бедер. Он легонько нажимает, давая мне понять, что ему нужно больше пространства. Когда я немного раздвигаю ноги, он действует, творя своими пальцами волшебство на задней стороне моих ног. Я немного наклоняю голову, когда его пальцы продвигаются еще выше, так, что я чувствую край полотенца.

Боже, ощущение нереальное, но я ничего не могу с собой поделать и напрягаюсь. Его руки слишком близко, чтобы я чувствовала комфорт, особенно учитывая, что под полотенцем у меня ничего нет. В ту секунду, когда его пальцы касаются складочки между ногой и попкой, я опираюсь на предплечья, пытаясь приподняться. Рука нажимает меж лопаток, толкая меня назад, а потом он наклоняется ко мне и говорит с низким рычанием:

— Что за акробатические номера ты исполняла всю ночь, что у тебя судорогой свело обе ноги? Потому что в твоем номере тебя точно не было.

Черт! Себастьян. Его опьяняющий запах только добавляет возбуждения от ощущения его твердой груди, прижимающей меня к столу. Ну конечно, он король массажа. Есть хоть что-то, в чем он не специалист?

— Где мой массажист? — требую я.

— Думаю, в настоящий момент он выбирает новую тачку, — злобно говорит он, поднимая свое тело с моей спины, но оставляя руки на месте. — И ты не ответила на вопрос.

Он дал парню взятку? Только Себастьян способен на что-то подобное. И хотя от его низкого, рассерженного голоса у меня по спине бегут мурашки, я позволяю своей злости из-за его ухода прошлой ночью взять верх над его злостью. Пожав плечами, я отвечаю небрежным голосом:

— Не похоже, чтобы ты был рядом.

Я подпрыгиваю, когда вторая его рука стремительно движется между моих ног и ложится на мою киску в собственническом захвате, затем я задыхаюсь, когда полотенце исчезает, а его зубы прикусывают мою попку. Зарываясь кончиками пальцев в треугольник волос между моих ног, он оборачивает свою руку вокруг меня и снова наклоняется со спины к моему уху, нашептывая:

— Я был первым, кто завладел этим. Не он. Ты отдалась мне.

Мое сердце стучит как ненормальное. Я сильно возбуждена, но каким-то образом сохраняю свой голос спокойным:

— И все же тебя не было поблизости, не так ли?

Резко выдохнув, он угрожающе и властно говорит.

— Я вышел на пробежку. Если бы я не сделал это, я убил бы его за смелость прикоснуться к тебе. Скажи, что ты провела ночь не с ним.

Я ошарашена, что он оставляет легкий поцелуй на моей шее, а потом еще один на плече, его тон становится уязвимым в его несдержанности:

— Скажи, что ты хочешь быть со мной.

Мне нравится, что я все еще чувствую легкую боль от его укуса за мою попку. Это значит, что он хочет меня настолько, что ставит свою отметку. Его интенсивные, взрывоопасные эмоции заставляют мои руки дрожать, а сердце биться в ритме стаккато. Было намного легче держать от него дистанцию без его мощного присутствия, обрушившегося на меня пьянящей волной мужских запахов, прикосновениями неприличных, знающих рук, и тяжести твердых мускулов, прижимающихся ко мне. Я потеряла контроль. Все. Слезы свободно скользят по переносице, но я моргаю и глубоко вздыхаю, чтобы остановить поток. Мне нужно сохранить хоть каплю своего достоинства перед Себастьяном, потому что он единственный мужчина, имеющий силу целиком и полностью опустошить меня.

— Я хочу быть только с тобой, Себастьян.

Как только я отвечаю, он выпрямляется, а его большая рука с гулким хлопком опускается на мою попу. Нежно поглаживая пальцем саднящую половинку, он командует низким голосом:

— Сауна, через пять минут. Не опаздывай.

***

Сауна находится вне зоны спа, поэтому я принимаю душ, чтобы смыть с себя масло, прежде чем иду в ее направлении, сжимая свои вещи, одетая в халат отеля и шлепки. По пути замечаю Дональда и другой персонал. Принимая в расчет направление моего движения, светловолосый парень берет свежее полотенце с тележки, которую он везет, и протягивает мне вместе с бутылкой воды.

— Вам понадобится вода в сауне.

Поблагодарив его, беру полотенце и воду и иду дальше.

Я нарочно прихожу на пять минут позже, мой желудок с трепетом сжимается от предвкушения. Себастьяну нужно понять, что я не буду следовать всем его приказам. Тем не менее, я немного нервничаю, заходя в сауну, предварительно оставив свою одежду в шкафчике снаружи. И конечно, мистера Блэка нигде не видно.

Недовольная отсутствием Себастьяна, но оживленная отсутствием людей, я вздыхаю и плескаю немного воды на горячие камни, чтобы пошел пар. Ставлю бутылку воды на полку, затем выскальзываю из халата и вешаю его и полотенце на крючок рядом с полкой.

Растянувшись на животе, располагаю руки над головой и закрываю глаза, позволяя пару клубиться вокруг себя.

— Не знаю, радоваться или огорчаться, что ты устроилась так комфортно, что сейчас уснешь, ожидая меня, — соблазнительным голосом шепчет Себастьян мне на ухо.

Моргая, чтобы согнать сонливость, смеюсь:

— Оба варианта.

Как только я поднимаю голову, чтобы сесть, что-то тянет за запястья поднятых над головой рук, заставляя меня оставаться на месте.

Я рывком поднимаю взгляд к шелковистой золотой веревке, завязанной узлом вокруг моих запястий, узнавая деталь от длинных штор, украшающих каждое окно курорта. Концы Себастьян спрятал где-то под лавкой. Темная бровь с вызовом поднимается, пока он, ухмыльнувшись, говорит:

— Видишь, что может случиться во сне? В следующий раз, не опаздывай.

В то время, как он садится передо мной на корточки, прикрытый лишь полотенцем, обмотанным вокруг идеального пресса, его слова пульсируют во мне. Они могли бы звучать как выговор, но я вижу чистое желание в его глазах, пока его пальцы медленно исследуют мои связанные запястья, постепенно спускаясь по обнаженным рукам.

Несмотря на жару в помещении, моя кожа покрывается мурашками. Мое сердце дико колотится.

— Ты не можешь всегда говорить мне, что делать, Себастьян. Если я решу опоздать, я опоздаю.

Его ярко-голубые глаза вспыхивают, а рот слегка кривится, пока рука движется по моему плечу, а затем вверх, на шею. Я сглатываю, когда он распускает мои волосы и раскидывает красный каскад по всей спине, прежде чем его ладонь спускается вниз до изгиба моей попки.

На протяжении всего нежного исследования моей кожи он не произносит ни слова, и почему-то это нервирует больше, чем привычный напор Себастьяна.

Обхватив мою попу, он похлопывает по половинке, мягко командуя:

— Подними свои бедра.