Скарлетт Рэд

Наконец-то он останавливается у двери на пятом этаже. Я прикусываю себе язык, чтобы язвительно не прокомментировать кучу свободных лифтов внизу.

Мы входим в тихий альков, затем идем в самый конец коридора по мягкому ковру.

— Я должен проверить, готова ли ваша комната, мисс Лоун.

Когда он протягивает свою руку в ожидании ключ-карты, я колеблюсь.

— Разве это не обязанность горничной? — говорю я, но потом все-таки отдаю ему ключ.

— Оставайтесь здесь.

Он захлопывает дверь прямо перед моим носом, и я остаюсь снаружи, еще больше закипая.

Минуту спустя, он широко открывает дверь и тянет мой чемодан внутрь, затем отдает ключ-карту.

— Все в порядке.

— Ну, тогда ладно.

Он ничего не отвечает, а до меня вдруг доходит, что он все еще стоит здесь.

— О, извините. Секундочку, — достаю кошелек, чтобы дать ему чаевые.

Бас игнорирует наличные, которые я пытаюсь ему впихнуть, затем его рот растягивается в улыбке.

— Слушай, думаю, мы начали не с той ноты.

Я кладу деньги обратно в бумажник.

— Да нет, ты был предельно ясен в своих суждениях обо мне. А сейчас, если не возражаешь, я должна найти коридорного.

Он бросает взгляд на часы рядом с дверью.

— Дональд уже закончил смену и ушел. В свое нерабочее время он подрабатывает официантом в гриль-баре «Бейсайд». Тебе придется подождать с вопросами до завтра.

Черта с два. Я собираюсь найти его. Похоже, все мысли отражаются на моем лице, потому что Бас скрещивает руки.

— Если подождешь пару часов, я провожу тебя.

— Я в состоянии взять такси.

Он хмурится.

— Некоторые бары и пабы около бара «Бейсайд» привлекают сомнительных личностей. Тебе лучше не соваться туда одной.

Когда я начинаю спорить, его выражение лица становится упрямым. Я вздыхаю и пожимаю плечами. Не то, чтобы в течение следующих пары часов я надеялась поймать кого-нибудь арканом и потащить с собой.

— Ладно, если ты настаиваешь.

Взгляд Баса прикован ко мне, как будто он хочет добавить что-то еще. Мое сердце бешено колотится, и я делаю все возможное, чтобы сохранить невозмутимое выражение лица. То, как этот мужчина смотрит на меня, его смелый взгляд так напоминает мне Себастьяна, что становится жутко.

Я выдыхаю с облегчением, когда он кивает и уходит, не сказав ни слова.

Я быстро переодеваюсь в маечку, легкий широкий свитер, цветастую юбку и сандалии, чищу зубы, провожу пальцами по волосам, затем кидаю ручку и блокнот в сумочку. Еще только пять вечера. Это то самое время, когда сомнительные личности еще не напились вдрызг и недостаточно пьяные, чтобы обеспечить мне проблемы. Ну, а если что-то пойдет не так, об этом позаботится мой электрошокер.

Я открываю дверь и пугаюсь — там кто-то есть. Бас стоит, прислонившись к стене, его руки скрещены на широкой груди.

— Ты что тут до сих пор делаешь? — спрашиваю я, и мой голос звучит пронзительнее, чем я хочу.

— Да вот жду, пока ты сделаешь какую-нибудь глупость.

Раздраженная, что он так легко раскусил меня, я вру:

— То есть спуститься и участвовать в мероприятиях «Хоторна» — это глупость? Я просто делаю то, что от меня ждут.

Не дожидаясь ответа, несусь мимо него прямо к лестнице. По крайней мере это поможет быстрее скрыться с его глаз. Не могу ждать лифта — он будет пялиться на меня все это время. Этот мужчина слишком меня нервирует.

Неужели я когда-то думала, что он непринужденный? Ну да, его щетина ввела меня в заблуждение, с ней он выглядит как человек, любящий расслабляться время от времени. Он залез мне под кожу не только потому, что будит мои воспоминания о Себастьяне, но и потому что видит меня насквозь. Ну как он догадался, что я не собиралась ждать, пока он проводит меня до «Бейсайд»? Мое упрямство написано у меня на лбу?

Мне совершенно не нравится, что, даже будучи властной задницей, он заставляет мое сердце биться быстрее. Это последнее, о чем мне надо сейчас думать.

Как только я добираюсь до главного этажа и ступаю в лобби, высокая блондинка моего возраста подпрыгивает в кресле, сжимая брошюру с описанием мероприятия.

— Пожалуйста, скажите, что вы тоже идете в «Оакен-бар». Мне очень хочется попасть туда на дегустацию вин. Мы могли бы пойти вместе. — Она одета в роскошный брючный костюм и дизайнерские балетки, ее наманикюренный пальчик показывает в сторону бара, и меня обдает ее дорогими духами, в то время как выражение ее лица теряет самоуверенность. — Туда можно пойти и поодиночке, но у меня совсем недавно закончились восьмилетние отношения, и я немного закостенела.

Я опускаю глаза на свои сандалии и юбку-миди, чувствуя себя простушкой рядом с ней.

— Эм, что ж… Мой наряд не подходит для дегустации вин.

Взяв меня под руку, она улыбается, от чего ее макияж ложится складками в нескольких местах.

— Дорогая, вы отлично выглядите. Кстати, меня зовут Синтия Драммонд. Пойдемте немного побалуемся.

Мне нравится ее энтузиазм. Она немного перебарщивает с тяжелым макияжем и яркой розовой помадой, но выглядит прикольно.

— Называй меня Ти.

Она подмигивает мне:

— Как деревянная фигня, на которую ставится мяч для гольфа? (прим.перев. от англ. Tee — деревянный колышек).

Смеясь, позволяю ей увлечь меня за собой.

— Примерно так.

Зайдя в бар, замечаем группу из восьми мужчин и женщин в возрасте от двадцати до тридцати лет, которые сидят за большими деревянными барными столами. Красавец-блондин, напоминающий адвоката с Манхэттена, расхаживает с пустой бутылкой водки.

— Похоже, они решили, что водка им больше по вкусу, — хихикая, бормочет Синтия и увлекает меня вперед, послушать, что говорит парень.

— Добро пожаловать, дамы. С вами нас десять. Хорошо, я отправил персонал в погоню за недостижимым сортом вина, поэтому вместо скучной дегустации проведем вечеринку. Каждому по шоту с водкой! — говорит он, показывая на стоящий на столе ряд из двадцати или около того рюмок водки. Когда каждый берет себе по шоту, он восклицает: — Веселья ради, — и опрокидывает рюмку.

— А, была не была, — говорю я и выпиваю свой шот, Синтия осушает рюмку быстрым глотком.

Когда каждый выпивает по рюмке, он продолжает: