Скрытая одержимость

— Ты заслуживаешь быть счастливой, — сказал Джуд, целуя меня в ухо. — Не могу дождаться, когда ты станешь моей.

Я опустила руку и повернулась, чтобы поцеловать его.

— Я уже твоя.

Он перевернул меня на себя и крепко обнял.

— Я хочу, чтобы ты была моей и на бумаге. Никогда тебя не отпущу, — Джуд скользнул ладонью по моей спине, пока не обхватил мою голую задницу и сжал. — Никогда.

— Надеюсь на это, — хихикнула я. — Никогда тебя не оставлю.

Как миссис Хейли Макнайт, я бы оставила позади плохие воспоминания, все из них. Единственное, что имело значение, это будущее с моим богатым и красивым мужем, который сделает для меня все что угодно и который любит меня настолько, что мог бы поставить на кон свою жизнь. Быть в объятиях Джуда Макнайта навсегда было единственным вариантом, который имел смысл.

— Обещаешь? — спросил он.

— Даю тебе свое обещание, — ответила я, имея в виду каждое свое слово.

— Хорошо. Я ловлю тебя на слове, — с этими словами Джуд раздвинул мои ноги и вошел в меня.

Джуд не хотел долгой помолвки, как и я. Мы поженились, как только вернулись в США. У нас была небольшая церемония, на которой присутствовали только мы, Нолан и еще один из доверенных сотрудников Джуда. Медовый месяц был на романтическом курорте Кабо-Сан-Лукас, окруженном скалами. Он изо всех сил старался, чтобы я чувствовала себя самой счастливой женщиной в мире.

С Джудом рядом, я верила, что определенно смогу научиться быть счастливой. Я была уверена, что никогда не пожалею о своем решении стать его женой.

Глава 10

Я посмотрела в глаза своему мужу на ужине при свечах в нашей столовой. Это был мой тридцатый день рождения, и он нанял знаменитого шеф-повара и двух официантов, чтобы они пришли и обслужили нас в уединении нашего дома.

— Ты был прав, — сказала я. — Эта еда была потрясающей.

Джуд сделал глоток воды.

— Вот почему я продолжаю говорить тебе, чтобы ты доверилась мне. Я наслаждаюсь своей работой по выбору еды, которую нам будут подавать.

И он действительно любил это. Каждый раз, когда мы ели вместе, Джуд заказывал для нас обоих. И я никогда не жаловалась, потому что он всегда выбирал такую еду, от которой мои вкусовые рецепторы падали в обморок.

— Я наелась, — вытерла рот салфеткой.

Увидев, что мы закончили трапезничать, один из официантов, симпатичный латиноамериканец около двадцати лет подошел к нашему столу и начал его убирать.

Я приподняла свою тарелку, чтобы передать ему, но мельком увидела, как Джуд осторожно покачал головой. Он ненавидел, когда я пыталась помочь всем, кому он платил за предоставленные услуги.

Он также был против того, чтобы я работала. Джуд не понимал, почему я хотела работать, когда он зарабатывал больше денег, чем мы могли потратить. Сначала я боролась с ним, пока он не предупредил меня больше не возвращаться к этому вопросу.

Чтобы занять себя, я вернулась к живописи, своему старому хобби. В детстве я мечтала однажды стать художницей, открыть собственную галерею и быть в окружении картин красивых людей и мест.

Через несколько недель после того, как мы с Джудом поженились, у меня появилась идея записаться на занятия по искусству. Но он сказал мне отказаться от этой идеи, потому что люди учились для того, чтобы пойти работать. А мне работать не нужно было.

Я надеялась, что рисование дома заполнит пустоту в моем сердце, но это лишь напоминало мне обо всем, что потеряла. Поэтому снова бросила это и сконцентрировалась на своей работе быть миссис Хейли Макнайт.

Я вздохнула и попыталась снова опустить тарелку, но в итоге, опрокинула свой стакан с водой. Стакан ударился о стол с глухим стуком, и струя воды хлынула из него вниз по столу и, прежде чем я успела сдвинуться, плеснула мне на колени, впитываясь в шифоновый материал юбки, охлаждая мои бедра.

Официант быстро потянулся за салфеткой, чтобы вытереть воду, но я положила свою руку на его и посмотрела на парня.

— Не волнуйся об этом, я устроила беспорядок, мне и убирать.

Пока я вытирала влагу со скатерти и юбки своего платья, парень взял тарелки и исчез из столовой.

Как только он ушел, ощутила, как атмосфера изменилась. Даже не глядя на Джуда, я почувствовала его ярость. Когда я, наконец, набралась смелости встретиться с ним взглядом, его глаза были суровыми, а челюсть сжата.

Он не произнес ни слова, пока шеф-повар и официанты не ушли, оставив нас одних.

Я поднялась со своего кресла. Джуд сделал то же самое и последовал за мной из столовой. Он продолжал молчать даже когда мы вошли в нашу спальню.

У меня в животе образовался узел, пока я наблюдала, как он снял свой пиджак и галстук, сверля меня взглядом.

Я подошла к его стороне кровати и поцеловала в щеку.

— Спасибо за чудесный день рождения. И бриллиантовый браслет.

— Почему ты сделала это? — спросил он, его голос был ниже шепота.

— Что? — я расстегнула свое платье. Был ли он зол потому, что я пролила воду или потому, что помогла официанту убрать. — Я пролила воду, Джуд. Я...

Он бросил на меня взгляд, который заставил меня застыть на месте.

— Я не имею в виду этого. Почему, — он растянул слово, — ты прикоснулась к нему?

Я нахмурилась.

— Коснулась его? Я не... ты имеешь в виду, когда я коснулась его руки? — я положила руку на плечо мужа. — Что происходит, Джуд?

Он смахнул мою ладонь.

— Не только это, — его голос был ледяным. — Я видел, как ты на него смотрела.

Я выскользнула из платья, растерянно качая головой.

— Откуда такая внезапная ревность, Джуд? За этот год брака я когда-нибудь давала тебе повод для ревности? Я просто помогла парню. В чем проблема?

Я подняла платье с пола и повернулась, чтобы уйти, но железная хватка на моем запястье остановила меня. Он развернул меня лицом к себе. И прежде, чем я успела среагировать, услышала звук пощечины и почувствовала, как моя щека начала гореть.

— Ты – моя жена. Ты не смотришь на других мужчин, — сквозь стиснутые зубы произнес он.
– И, конечно же, ты не трогаешь других мужчин, — Джуд отпустил мое запястье и ушел.

Я прикоснулась к своей пульсирующей щеке и наблюдала за тем, как мой муж исчез в ванной. Шокированная я опустилась на кровать. Он действительно это сделал? Когда Джуд вернулся из ванной, он бросился в мою сторону и притянул в свои объятия.

— Мне очень жаль, детка. Я не должен был этого делать. Просто я очень сильно тебя люблю. Пожалуйста, прости меня, — он поцеловал меня в щеку и двинулся к шее.