След Полония

На ходу Виноградову всегда думалось легче. Поэтому, подхватив со скамейки нехитрый свой скарб, он направился куда глаза глядят, пока не сообразил, что, увлекшись своими мыслями, уже почта бегом бежит по неожиданно тихим и уютным улочкам.

— Стоп, спокойно…

Пулей несущийся мимо многочисленных достопримечательностей Владимир Александрович сейчас вовсе не походил на туриста, а вот это как раз было плохо и явно некстати. Чтобы отдышаться, он зашел в первую же попавшуюся на пути продуктовую лавку, так называемый corner-shop, где купил себе гроздь бананов и шоколадный батончик.

Неизвестно ведь, где и когда придется поужинать, да и придется ли вообще…

Теперь следовало сориентироваться во времени и в пространстве.

До места следующей, запасной, встречи, запланированной на тот случай, если Соболевская по каким-то причинам не сможет прислать человека в Гайд-парк или туда не подойдет сам Виноградов, оставалось еще примерно три часа.

Ехать предстояло довольно далеко, за город — в Гилфорд, но еще вполне можно было успеть.

Если, конечно, и там Виноградова не ждут плохие парни…

Как любил повторять один старый знакомый Владимира: «Береженого Бог бережет, а небереженого конвой стережет!» Парень всего раз отступил от этого правила, и вот теперь приходится говорить о нем исключительно в прошедшем времени…

Британскую полицию, значит, мы уже исключили — не те методы. Да и вообще, англичанам Виноградов нужен скорее живым, чем мертвым. Полицейские, вероятно, повязали бы их обоих, вместе с человеком Генерала, и выпотрошили бы, особо не церемонясь.

Олигарх?

Пожалуй, вот такой вариант вовсе не исключен. Недавний соотечественник вполне мог узнать о предстоящей сделке и принять меры. Но какой смысл? Если бы демонический покровитель Литвинчук захотел, чтобы она не состоялась, он мог бы использовать куда более простые и надежные способы, позволяющие добиться нужного общественно-политического резонанса…

А если охоту организовали бородатые покупатели с Ближнего Востока, на существование которых намекал Алексей? По почерку и манере исполнения, кстати, очень похоже… Допустим, именно они пожелали устранить конкурента, способного сорвать заключение выгодного контракта. Допустим. Но откуда им стало известно о том, когда и куда придет на встречу Владимир Александрович?

Свои? Нет, свои — это вряд ли. Не потому вовсе, что Виноградов считал соотечественников неспособными пролить его драгоценную кровь. Отнюдь нет, скорее — наоборот! Но у Генерала имелся просто неограниченный спектр возможностей для того, чтобы избавиться от Владимира Александровича без шума и пыли, не привлекая к этому ничьего внимания — и до встречи, и во время нее, и впоследствии…

Неизвестно, куда именно глядели глаза Виноградова, однако ноги вынесли его на набережную Темзы, к Ботаническому саду.

Время шло, и следовало определяться.

Ехать? Или не ехать?

Владимир Александрович глубоко вдохнул сырой речной воздух и опять пожалел, что не курит…

Глава 3

Согласно статистическим данным полиции, наибольшее число незаконных проникновений в жилище и ограблений со взломом совершается в Ирландии и Великобритании. Соединенное Королевство является также абсолютным чемпионом по количеству «тревожных кнопок» и сигнализаций в деловом и частном секторе.

На территории Великобритании каждый день регистрируется в среднем одиннадцать тысяч преступлений. Из них шестьсот — с применением насилия. Раскрываемость преступлений находится на весьма низком уровне, и если по убийствам она — почти стопроцентная, то среди других правонарушений составляет лишь двадцать-тридцать процентов.

Недаром Лондон давно уже признан самой опасной европейской столицей.

За ним следуют Таллинн, Амстердам, Белфаст и Дублин.

Самой же безопасной столицей Западной Европы, как ни странно, является Лиссабон — здесь лишь десять процентов населения в течение года становятся жертвами преступлений…

Впрочем, вовсе не это являлось основной темой сегодняшней встречи.

— Черткофф — это, кажется, русская фамилия?

— Да, мистер Ремингтон. Мои предки перебрались за океан вскоре после большевистского переворота.

Министр внутренней безопасности США Майкл Черткофф прибыл в Англию с неофициальным и кратким визитом, который, вопреки обыкновению, удалось сохранить в тайне даже от журналистов.

— Как здоровье очаровательной госпожи Ратцель? — К сожалению, она все еще остается в больнице. — Передайте ей мои самые лучшие пожелания…

— Непременно передам, когда увижу.

Некоторое время назад официальные лица США и Европейского Союза договорились в Вашингтоне об улучшении сотрудничества в борьбе с терроризмом и организованной преступностью. На практике, правда, это выразилось лишь в некотором упрощении порядка взаимного обмена разведывательной и полицейской информацией и в создании единой базы данных по пассажирам трансатлантических авиарейсов.

— Мистер Ремингтон, перед всеми нами стоит одна общая цель, не так ли? Мы все хотим повысить безопасность наших граждан, мы хотим обеспечить соблюдение наших законов, и мы хотим достичь этого при уважении наших фундаментальных ценностей. Поэтому я уверен, что именно этот общий комплекс целей побуждает всех нас двигаться в одном и том же направлении, — и мы, по всей очевидности, достигнем этого, пусть даже и в индивидуальных рамках наших собственных национальных систем безопасности.

— Да, мистер Черткофф. Соединенное Королевство, например, испытывает особую озабоченность по поводу фальшивых, утерянных и украденных паспортов, которыми активно пользуются террористы. При этом мы не меньше, чем кто-либо, понимаем важность соблюдения равновесия между прочной государственной безопасностью и основными правами человека…

Честно говоря, вся эта словесная шелуха уже начала утомлять сотрудника Скотленд-Ярда.

— О, разумеется, дорогой мистер Ремингтон, права человека — прежде всего!

Окна кабинета, который его хозяин, один из заместителей шефа посольской резидентуры, предоставил для сегодняшней встречи Майкла Черткоффа с представителем Скотленд-Ярда, выходили прямо на Гро-венор-сквер, самую большую площадь престижного лондонского района Мейфэр, и на расположенные вокруг площади кварталы пышной викторианской застройки.

— Да, наверное, здесь у вас теперь тесновато.

Лондонское посольство является одной из крупнейших дипломатических миссий США в мире. Насколько было известно Стивену Ремингтону, в скучном девятиэтажном здании, которое посольство занимало с 1938 года, сейчас насчитывалось более шестисот кабинетов, в которых трудится около семисот пятидесяти сотрудников.