Случайные мысли

Грибной сезон

Вагон электрички. У всех вёдра, корзины с грибами, ну и естественно, что все наверх выложили самые крупные и красивые грибы. А в отдельных сёлах «грибами» называют только белый гриб. И едет мужик – корзинка – одни опята.

Сидящая рядом бабка и пристала к нему:

– Что гриба не нашёл?

– Да вот же! Целая корзина грибов!

– Где? Ни одного гриба! Одни опята!

– Да Вы ничего не понимаете! Опёнок самый экономный гриб. А уж для замужних женщин, у которых мужики пьют, ему и вообще цены нет.

Вагон притих, стараясь не пропустить ожидаемый всеми рецепт отвращения от алкоголя.

– Это ещё почему?

– Всегда свежая закуска в доме, его сколько не жуй, он всё равно целым выходит.

Встречи с цыганами

Меня всегда возмущает, когда о каком-то народе говорят плохо. Мой собственный жизненный опыт, рассказы родителей, да и вся история человечества свидетельствуют, что в каждом народе наличествуют свои герои и свои подлецы, что, впрочем, не является противопоставлением, и не исключает одно другого.

И каждый не одну играет роль…

У нас на факультете цыган учился. Имени уже и не помню, столько лет прошло. Работал он то ли инженером, то ли техником. Добрый хороший, вполне современный парень. В жёны взял украинскую девочку с нашего же института, сыночек у них родился.

Мне потом пришлось уехать, а друзья рассказывали, что разошлись они. И ребёночка ей не отдали. А причиной, говорили, было то, что её заставили уволиться с работы, бросить учёбу, и пытались приобщить к традициям цыганской общины. И он её не защитил…

Страшно ли идти ночью на кладбище…

Открылась дверь, и в комнату женского общежития вошла элегантно одетая цыганка средних лет, предлагая гадания и привороты. Молоденькие девчонки сразу бросились к ней, как стайка воробушков на раскиданный хлебный мякиш.

Условия приворота были простые. Надо было отдать подарок от коварного возлюбленного, желательно серебряный или золотой, его фотографию и какую-нибудь свою новую ненадёванную вещь, а через день вырыть всё это ночью, из указанного цыганкой места на кладбище.

Цыганка соглашалась и на любую половину указанного набора. Смущало девчонок одно – на кладбище надо было идти поодиночке, каждой в другую ночь. То, что идти было очень далеко пешком, по ночному городку было ничего. А вот на самом кладбище ночью страшно, а ещё и землю рыть…

Но чего не сделаешь ради любви. Правда, страшно ли ночью на кладбище, так никому и не пришлось узнать.

Потерянная дочь

Утром я приехала в областной центр закупить учебники, тетради, готовальню и другие атрибуты для учёбы. В этом городе я была впервые, и, убедившись, что в единственном, указанном прохожими, магазине практически ничего из необходимого мне нет, слонялась по улицам, рассматривая строения и выискивая хоть какой-нибудь музей. Улицы были немноголюдны и, вероятно поэтому, я сразу отметила боковым зрением направляющегося ко мне, наискосок через дорогу, мужчину. А возможно просто почувствовала его острый взгляд.

– Там твоя мать! Иди! – прикрикнул он на меня.

Я растерянно взглянула на него, ничего не поняв. Моя мама находилась в другом городе, на расстоянии в 800 км.

– Иди! – повторил он настойчиво, пытаясь ухватить меня за руку. Я увернулась, и быстро пошла прочь.

– Посмотри! Она плачет! Неужели тебе мать не жалко! Тебя у неё украли, когда ты была маленькой.

Я мельком глянула в указанном направлении. На противоположной стороне улицы, возле витрины, грузная немолодая цыганка, вытирала глаза, а рядом стоящий мужчина, что-то говорил ей, резко жестикулируя.

Интерес к архитектурным и прочим культурным ценностям как-то резко пропал. Так быстро я наверно не от кого ещё не улепётывала. Меня беспокоили две мысли – не заблудиться по дороге к автовокзалу и чтобы не пришлось ждать автобус.

Мужчина ещё два квартала соревновался со мной в беге, рассказывая мне, какая я чёрствая и неблагодарная дочь.

Кольцо

Давно это было. Мы, тогда ещё группа студентов, ехали на практику в вагоне общего поезда. Одна из девушек попросила у сокурсницы примерить обручальное кольцо. Она едва успела надеть его, как в вагон зашла цыганка, и стала предлагать каждому предсказать по руке его судьбу.

Девушке с кольцом она нагадала скорую беременность и разлуку с любимым, а молодой замужней даме, снявшей кольцо – неожиданную встречу, замужество и двоих сыновей. И зря мы смеялись, полагая, что именно кольцо ввело цыганку в заблуждение. Всё исполнилось точно, как она и предсказала.

Наша замужняя сокурсница, по возвращении, застала супруга с квартирной хозяйкой. Пойманные с поличным, они перестали скрывать свою связь, что естественно закончилось разводом. А вскоре она встретила человека, за которого впоследствии вышла замуж, родив ему двух сыновей.

Дети

Ночь. Многочасовое ожидание поезда на промежуточной станции незнакомого города. В небольшом зале ожидания пару десятков цыган с детьми. Сажусь на свободное место, чуть поодаль, и пытаюсь привести в порядок лицо после поездки в общем вагоне. Меня сразу же обступают дети: «Что это у тебя? Покажи!» – выхватывая из раскрытой косметички тени, помаду, тушь для ресниц… «Отдай, отдай, не твоё…» – девочка, лет десяти, забирает у детей мою косметику и шепчет мне, усаживаясь рядом: «Следи за вещами, они обворуют тебя».

Из группы цыган раздаётся грозный оклик, и девочка бежит к ним, оправдываясь и что-то горячо доказывая на незнакомом мне языке. Через некоторое время она возвращается и начинает знакомиться со мной. Называет себя, спрашивает моё имя, интересуется: куда и зачем я еду, рассказывает о себе.

Она жила в крупном областном центре у бабушки, училась в школе. Но отец увёз её, сказав, что пора зарабатывать. После года скитаний, бабушка забрала девочку, и она проучилась ещё год. Но приехали отец с братьями и дядьями, избили и бабушку и её, и вот теперь она вынуждена быть с ними. А она так хочет жить дома с бабушкой, и учиться.

Пока девочка рассказывала свою грустную историю, я достала вязание. «Что это?» – удивилась она. – «Ты так шьёшь?» Я, как могла, объяснила ей, что такое вязание и как из клубка ниток появляются всякие вещи: «Видишь мой свитер, шарф, шапочку, носки – это всё связано мной». «А я смогла бы научиться?». Я достала вторые спицы, клубок ниток, и мы стали учиться вязать.

Подошла немолодая, полная, цыганка, одетая в кофту, длинную юбку, из-под которой виднелись сапожки, и пуховой платок, завязанный на спине. Она отправила куда-то девочку, а после того как та ушла, обратилась, уже по-русски, ко мне: «Ты очень добрая. Спасибо тебе, что не оттолкнула детей и разговариваешь с дочкой. В благодарность я хочу погадать тебе». Я ответила, что мне самой интересно общаться с девочкой, она большая умничка, и очень жаль, что ей не дают дальше учиться. «Я видела, что ты плакала, когда вы говорили. – сказала цыганка. – У тебя доброе сердце» – и, быстро отвернувшись, ушла. Видно и у неё было сердце не каменное.