Служу Советскому Союзу !

Дети, даже самые маленькие, дружно закивали головами. Сейчас их крошечные глазёнки с надеждой смотрели на Качана и было в этих взглядах, устремлённых на спецназовца, столько недетской серьёзности, страха и надежды на спасение, что Александру стало не по себе и к горлу подкатил комок. Он вдруг, наконец, впервые отчётливо ощутил, что сейчас только он может спасти детей и только от его умения и удачи зависят их жизни.

Последняя очередь прошла совсем рядом и одна из пуль даже щёлкнула по каблуку сапога Качана. Александр выругался и, оглянувшись в сторону боевиков, что только в их сторону идут цепью не меньше пятидесяти грузин. Но их было больше, потому что и возле казармы, и возле караулки, и возле домов офицерского состава разгорался самый настоящий бой. "Твари - офицеров пытаются прямо в ДОСах блокировать, чтобы к солдатам не пустить", догадался Качан: "Хорошо, хоть наши пока держатся".

– Ну, Оля - приготовься!
– попросил Качан, понимая, что нельзя медлить.

– Я боюсь - а вдруг они нас убьют?
– испуганно возразила девушка и взглянула в сторону шедших цепью боевиков.

Сбившиеся в кучу дети ещё сильнее прижались друг к другу. Самая старшая из них, девочка лет двенадцати, видя нерешительность Ольги, заверила:

– Вы не бойтесь - я вам помогу. Я уже большая. Я могу помочь.

– А тебя как зовут, помощница?
– поинтересовался Качан не столько из праздного любопытства, сколько желая знать хоть некоторых детей по именам, чтобы вовремя и чётко давать команды во время перебежек.

– Таня.

– Молодец, Таня - будем вместе воевать, - улыбнулся Качан.

– Я не хочу воевать - я домой хочу, - заплакала одна из девочек.

За ней зашмыгали носами и другие дети.

– Всё, Ольга - надо решаться!
– командным тоном сказал Качан и предупредил: - Ты, Оля, понесёшь своего братика. Ты, Таня, побежишь первой вон к тем кустам. Вы, дети, все по очереди - за ней. Я побегу последним. Но всё делаем только по моей команде. Готовы? Давай, Танька - бегом!

Вскочив на ноги, Таня побежала прочь от бассейна к кустам. За ней другие дети. Оля схватила брата на руки и побежала вместе с ним. Качан отходил последним.

Но всё оказалось далеко не так просто - не успели они отбежать и десятка метров, как вокруг засвистели пули - боевики пытались достать их длинными очередями.

– Ложись!
– крикнул Александр и, подхватив под мышки двух отставших пятилетних карапузов, рухнул вместе с ними на горячую, высушенную солнцем, твёрдую землю, прикрыв детей своим телом. Упала и Оля с братом.

– Ложись, вашу мать, засранцы!
– заорал Качан, видя, что дети испуганно остановились и не ложатся, растерянно глядя в его сторону.

После окрика некоторые легли, но другие заплакали, продолжая стоять на месте. Стояла и растерявшаяся Таня. Ещё раз выругавшись, Александр оставил своих карапузов и, бросившись к детям, стал силой укладывать их на землю, дёргая за ноги. Он уже сделал движение, чтобы схватить за ногу и Таню, но девочка, пронзительно вскрикнув, схватилась за руку и упала на землю. Из-под её маленькой ладошки тут же полились тонкие струйки крови.

– Твою мать, зацепили, суки!
– выругался Качан и осмотрел рану.

Пуля прошла рядом с лучевой костью и повредила мышцы. Девочка была в шоке. Нужно было остановить кровь. Стащив с себя майку, Качан оторвал от неё более-менее ровный кусок и перевязал рану:

– Болит?

– Да, - кивнула девочка и заплакала навзрыд.

Заплакали и другие дети, и даже Оля.

Качану от отчаяния захотелось встать во весь рост, заорать "Что вы делаете, гады - это же дети?!" и швырнуть в сторону боевиков булыжником, но он всё же сдержался - они и так видели, что здесь дети, но могли попасть в него из автоматов. И тогда спасти детей уже не удастся.

– Сейчас мы снова поднимемся и снова побежим. Потом по команде ляжем. Понимаешь, Таня - по команде, а то опять кого-то подстрелят! Потерпите, ребята! Потерпите, мои родные! Главное - добежать до зелёнки, вон до тех кустов! Ты можешь бежать, Таня?

Таня кивнула, громко всхлипнула и опять заплакала.

Теперь Качан отправил вперёд Свету - девочку чуть поменьше Тани. За ней - Олю с её братом на руках. Затем остальных детей. Сам Качан бежал с двумя карапузами последним. Таня теперь была с ним. Качан следил за девочкой, чтобы подхватить её на руки, если она ослабеет. После ранения Тани дети своими глазами увидели, что будет, если не выполнять команды и теперь дружно ложились и вскакивали, едва Александр приказывал им это делать. Они бежали по большому танковому стрельбищу и до зелёнки оставалось совсем немного. Сзади больше не стреляли, но зато ударили автоматчики с высотки и кладбища, располагавшихся по обе стороны от стрельбища. Под перекрёстным огнём бежать было ещё тяжелее и Качан уже не надеялся, что им удастся добраться до цели, но всё же невозможное случилось и спустя мгновение они устало попадали на траву, укрытые спасительной маскировкой зелёнки.

Едва дети и Качан добежали до зелёнки, стрельба сразу же прекратилась.

– Патроны берегут, суки!
– сказал Качан Ольге.

Кусты зашевелились и оттуда вышли лейтенант-танкист и его пришедшая в себя жена.

– Ты молодец, что детей сюда привёл - здесь безопасно. Я не помог... Ты извини - жена была без сознания, - сказал Качану лейтенант, опустив глаза вниз.

Лейтенант, спасая свою жену, просто бросил детей на произвол судьбы. Тем более, что она пришла в себя сразу же после того, как он вынес её из бассейна - Александр видел, как они бежали впереди. Качану хотелось обматерить лейтенанта, но он всё же сдержался и, угрюмо выслушав его сбивчивые извинения, промолчал. Жена лейтенанта, почувствовав неловкость ситуации, пояснила прерывающимся голосом:

– У ме... У меня с сердцем... Плохо. Я иногда сознание теряю... Вот и сейчас так получилось...

Качан вновь промолчал. Жена лейтенанта заплакала и нервно спросила:

– Ты думаешь, что мы бросили детей, да?!

– Посмотрите за этой девочкой, за Таней - она ранена в руку, - сказал Качан.

Он был даже рад, что встретил лейтенанта и его жену - женщины теперь смогут присмотреть за детьми, а они с танкистом вернуться в часть, где идёт бой.

– Саня!
– радостно крикнул неожиданно выскочивший из-за кустов Карпович.

– Пашка?!
– обрадовался Качан: - Как ты здесь оказался?

– Мы с Юркой-десантником как раз в "чепке" сидели. Вдруг - стрельба. Мы видели, как твой КАМАЗ расстреляли - уже думали, что тебя и в живых нет. А как Самсонов?

– Убили Самсонова. Ножом в шею убили, - хмуро сообщил Качан: - А я детей сюда привёл - они в бассейне купались, когда "духи" напали. Вон, девчонку, твари, подстрелили! Теперь можно и возвращаться: оружия всё равно нет - его надо добывать. А где Юрка?

– Здесь - в кустах. И ещё один танкист с нами - по дороге прибился, сообщил Карпович.

– Зови всех сюда - будем думать, что делать дальше, - попросил Качан.

Карпович исчез в кустах и через минуту появился вновь, но уже в сопровождении Юрки-десантника и прибившегося к ним солдата-танкиста.

– Ну что будем делать, мужики?
– спросил Качан, когда все были в сборе и посмотрел на лейтенанта.

Лейтенант промолчал. Вместо него ответил Карпович:

– Надо возвращаться и искать оружие. А с оружием мы им так просто не дадимся! С оружием мы ещё повоюем. Ты как, Юрка?