Смерть прокурора

– - Извините, Анна Кирилловна. Я больше не буду.

– - Что не будете?

– - Ну, прокурором, наверное?

Анна слегка подвинулась, уступая место рядом с собой.

– - В таком случае, садитесь сюда и задавайте мне ваши вопросы шепотом. Еще лучше нежным шепотом, если получится.

Алексей не сразу нашел, что сказать. Даже не понял по интонации, шутка это, или она говорит вполне серьезно.

– - Почему вы молчите?

– - Я не могу, Анна Кирилловна, сесть рядом с вами.

– - Почему?

Он не ответил.

– - Почему не можете?
– - В ее голосе почудились слезы.

– - Потому, что возле вас я перестаю что-либо оображать,-наконец, пробормотал он.-- Вы это хотели услышать?

– - Ах, вот почему вы грубите.

Анна поднялась с софы и подошла к нему вплотную, глядя в глаза. Он видел, что с ней что-то происходит безотносительно к нему, и не сделал ни малейшего движения навстречу. Она слегка коснулась пальцами его волос, лица, задержала руку на плече.

– - Вы, Алеша, обиделись тогда? Я ушла без объяснений.

– - Конечно, нет.

– - Почему?

– - Потому, Анна Кирилловна, что вы приходили не ко мне.

Он почувствовал, как дрогнули ее пальцы. Но Анна не отвела взгляд.

– - Если не обиделись, тогда...-- Она запнулась, подбирая нужное слово.-- Тогда почему вы так старательно храните дистанцию?

Он пожал плечами.

– - Не знаю. Наверное, чтобы ее пройти.

Анна закрыла глаза, словно раздумывая над смыслом его слов. Потом слегка качнулась к нему, и он почувствовал у себя на губах ее влажный, полураскрвтый рот.

Глава 6.

Ночь за окнами была непроницаема для глаза. Ни огонька. Только в шорохе крон гулял, набирая силу, верховой ветер. Глухо скребла о кровлю близкорастущая ветка.

Алексей опустил край гардины и обернулся, услышав в коридоре нетвердые шаги Анны. Хочет он того, или нет, но события сегодня развиваются в точности по Ибрагимову. Злоупотребление алкоголем, раз. Отсутствие алиби, два. Возможно, последует преступная любовь. Уже имеются три трупа. По логике вещей, ему, вероятно, надлежит быть четвертым в этой компании. Тем более, что мадам Голдобина давно приготовила место у себя в прозекторской и, кажется, его поджидает.

– - Алеша, чему вы так гадко ухмыляетесь?
– - Анна стояла в дверях.

– - Над собственной глупостью.

– - Вам кажется, вы совершаете глупость?
– - быстро спросила она.

– - Да. Сошел с ума и делаю одну глупость за другой.

– - Например?

– - Ну, во-первых, я до сих пор не понимаю, как Хлыбов умудрялся чувствовать себя насчастным человеком возле такой роскошной женщины, как Анна?

– - Не так уж вы и поглупели,-- усмехнулась она.-- И потом, прекратите мне постоянно льстить. Это утомляет в таких дозах.

– - Не могу,-- честно признался он.-- Хотя знаю, что делаю еще одну ужасную глупость.

– - Хорошо. Видимо, мне придется терпеть. А во-вторых?

– - Что, во-вторых?

– - Вы сказали, во-первых. Значит...

– - А! Ну да. Во-вторых, Анна Кирилловна, у меня дурные предчувствия, а я настолько сделался глуп с вашей очаровательной помощью, что до сих пор не могу прояснить ситуацию.

Анна прошла в гостиную и опустилась на софу.

– - Я слушаю, гражданин прокурор. Задавайте ваши вопросы.

Алексей сел рядом и взял узкую ладонь Анны в свою.

– - Вы никому не передавали ваши ключи? Кроме меня.

– - Нет. Кажется, необходимости не было.

– - Значит, все двери в ваше отсутствие обычно закрыты и ключи всегда при вас?

– - Да.

– - Но кто-то в доме появлялся? И как часто?

– - Не знаю. Но недели две назад, три... я обнаружила незапертой дверь в переходе. Там сильно сквозит, если дверь открыта, и я пошла проверить.

– - Вас это насторожило?

– - Да. В глаза сразу полезли мелочи. Сдвинутый в сторону коврик у порога. Не на месте стопка белья. Бумаги... особенно в кабинете Хлыбова. Хотя, мне показалось, они не хотели оставлять после себя следов.

– - В результате, у вас пропали украшения?

– - Украшения пропали раньше, после обыска. И прекратите меня ловить на слове. Я не знаю, что они, или он, искал. При желании, имея ключи, можно было вынести все. Здесь некому помешать.

– - И вы, зная это, однажды рискнули остаться на ночь?

– - Я устала от гостей, ужасно. Мне захотелось остаться в одиночестве, дома. В своей постели. Но потом... потом, конечно, испугалась и заложила дверь в спальню шваброй. Спустя буквально полчаса... я готовилась лечь, как вдруг увидела в зеркале, что ручка замка медленно поворачивается. Раздался щелчок, и дверь подергали. Потом ее рванули, очень сильно, потому что швабра от рывка съехала и заклинила в ручках. Наутро я с трудом сумела ее вынуть.

– - Это было вчера?

– - Три дня назад.

– - Почему вы не позвонили мне сразу?

– - Я была в шоке,-- тихо отвечала Анна.-- Сразу я не сообразила.

– - К тому же, ваш телефон не работает?
– - предположил Алексей.
– - Вероятно, недели две?

– - Почему вы это знаете?

– - Анна, милая, дело обстоит очень серьезно. Преступник что-то здесь ищет. Скорее всего, это документы. Или крупная сумма денег, поскольку вещи его не интересуют. Ради этого он убил Хлыбова и намеревался обыскать дом. Но своим неожиданным появлением в тот вечер вы ему помешали. Потом ему мешало начавшееся по делу следствие. Несмотря на это, он точно знает, что документы или деньги, я говорю условно, по-прежнему находятся в доме. Правда, он не знает где и спустя время возобновляет поиски. Вы, Анна Кирилловна, вовремя заметили, что в доме кто-то побывал, очень вовремя испугались и заложили дверь шваброй. Это еще раз спасло вам жизнь.

Анна смотрела на него в упор широко раскрытыми глазами, в которых однако читалось недоумение.

– - Алеша, вам что, нравится меня пугать?

– - Нисколько. Просто по роду службы я в курсе некоторых обстоятельств, о которых вы знать не можете.

– - Но почему я? Что ему от меня нужно?

– - То же самое, что он хотел получить от Хлыбова. Ради чего проник в ваш дом. Уже не в первый раз.

– - Но я ничего не знаю! Слышите? Ничего,-- она беспомощно всхлипнула и ткнулась мокрым от слез липом ему в плечо.

– - Анна Кирилловна, пока эта штука находится в доме, вам угрожает опасность. Даже если он ничего из вас не вытянет, вы окажетесь опасным свидетелем.-- Алексей слегка придержал ее за плечи, успокаивая.-- Сейчас вы соберетесь с мыслями, и мы вместе попробуем просчитать ситуацию, хорошо?.. Преступника, видимо, очень интересовали бумаги. Особенно, сказали вы, в кабинете Хлыбова. Это так?

– - Да.

– - Почему вы решили?

– Я заметила, что ящики стола и бюро задвинуты наспех, неровно. Корешки книг на полках пляшут. У двух папок развязались тесемки. Хотя Хлыбов бумаг дома не терпел и никогда не приносил, особенно служебные.