Сначала отвести беду...
Шрифт:
— С удовольствием, — Кличко сел рядом с майором. — Хочу, чтобы вы, други мои, послушали, как наш Хмурый сорвался. И признался фактически и тут же новый финт выкинул. — Он включил диктофонную запись.
Пили чай и внимательно слушали, как Кличко развернул перед Ореховым всю безнадёжность его положения, как ловко ухватился бандит за ничтожную надежду вывернуться.
— Он, ведь, знает, что Паученков в розыске и что его никогда не найдут, — сказал Шифер.
— Но он не знает, что мы идентифицировали лже-Орехова с Паученковым! И что этот факт уже зафиксирован документально.
— Как будем дожимать гада, Вячеслав Сергеевич? —
— Просто, Павел. Просто. Паученков вырос в Москве, здесь школу закончил, в институте учился. Вся его биография — на глазах сотен свидетелей. Я уже поинтересовался, поверхностно пока, что он никогда не интересовался стрельбой. Вот ты, Павел, и составишь справочку, с подписями нужного количества свидетелей, что сей тип НЕ БЫЛ хорошим стрелком. Вообще никаким стрелком. И твоя справка плюс акт идентификации умершего в машине человека с исчезнувшим Ричардом Паученковым его новую придумку уничтожат. А факт выстрела из машины он признал в присутствии своего адвоката….Так что, повторить фокус с Мишкой-Дылдой ему не удастся!
— Отлично, Вячеслав Сергеевич! — Поддержал майор Шифер — Ещё Фира Нухимовна, изучая его прочие достижения что-то добавит, и убийца Серёжи Андулина получит от суда по максимуму. Вячеслав Сергеевич! Наша команда своё обязательство выполнила. Как полагаешь, Владислав?
— Согласен, Роман Олегович. Павел! Тебе, чтобы оформить поручение полковника Кличко, — три дня. Вполне достаточно. А для прокуратуры всё подобрать и написать — тоже три дня. Управишься, майор? Управишься.
— Когда будешь генералу докладывать, Вячеслав Сергеевич?
— Вместе пойдём, подполковник. Самые важные факты твоя группа собрала. Завтра и доложим. А я пока для мадам Рутштейн информацию подготовлю, пусть тоже порадуется. — Кличко легко поднялся и, весело хлопнув по плечу Лукинова, вышел из комнаты.
Для хорошего настроения были все основания: надоевшее раздражающее дело близилось к успешному концу, убийца Сергея разоблачён. Друзьям-политикам, Льву и Петру, кажется, удастся помочь….Да и отличная победа Владимира Кличко над южноафриканцем тоже была приятна…
Они сидели втроём, как в стародавние вечера в Лёвиной кухне.
Традиционные пельмени давно съедены, маленькая бутылочка "Зубровки" — одна на троих! — давно выпита. Хотя ни один из них "по настоящему" не курил, блюдечко-пепельница уже наполнилась окурками. Пили чай из больших кружек, хрустели сушками, благо никто не требовал перейти в гостиную, — Мария опять уехала на гастроли.
Вячеслав рассказывал о завершении неприятного дела об ограблении офиса партии "За народное благо" и отдельного принципиального для них Дела об убийстве Сергея Андулина.
Да, — рассказывал Кличко, — мерзавца Орехова-Хмурова изобличили полностью. Даже придирчивая прокуратура удовлетворена собранными доказательствами и не сомневается, что суд примет их. Тем более, что адвокат обвиняемого, заявивший несколько протестов, вынужден был признать убедительность собранных материалов…
— Теперь, — продолжал Вячеслав, — мне не даёт покоя одно: сама эта партия и её, простите за термин, главарь — Орехов Владимир Степанович — остались всего лишь "потерпевшими", хотя тёмные делишки ихние я нутром чувствую.
Кое-что мы с Гришей Смысловым раскопали. Он, кстати, стал своим человеком
в офисе этой партии, перезнакомился со многими работниками…Ну, не вам рассказывать о его талантах общаться с потенциальными свидетелями… И с новым шефом штабквартиры Сычёвым мы нашли контакт, пусть без взаимной любви, но с жёстким контролем — он даже соответствующую подписку дал у меня в кабинете. Хотя, каюсь, товарищи начальники, не сказал я ему, что разговор идёт вне рамок расследуемого ограбления…— Не осторожен ты, Слава, — сказал генерал. — Твой нынешний начальник…Впрочем, продолжай, пожалуйста.
— Вырисовывается такая схема. Вы, знаете, конечно, что ВСЕ депутаты Государственной Думы сами нанимают себе помощников. Количество их законом не ограничено, вон, Жириновский имеет десятки помощников… А вот сумма на оплату помощников, выделяемая из бюджета Думы, очень даже ограничена. Решай сам, господин депутат, иметь двух помощников с приличными окладами, или побольше — с маленькой зарплатой. Некоторые депутаты из собственной зарплаты помощникам доплачивают, понимают, как важна их квалификация.
Так вот, Орехов наш, создал нечто вроде отдела поставки кадров для депутатов. За почти символическое жалование поставляет им отлично подготовленных помощников. И сам им хорошо доплачивает из партийной казны. Кому-то, якобы за сотрудничество с ихней газеткой, кому-то… ну, не знаю как это ещё затушёвывается. А теперь, вопрос на сообразительность: альтруист наш Орехов или свою выгоду имеет? Когда Дума законы голосует и каждый депутат должен на кнопку НУЖНУЮ нажать? Сам депутат в вопросе — не в зуб ногой — ему "мнение" помощник готовит. Вот и идут заинтересованные в нужной для них редакции закона к господину Орехову. Не с пустыми руками, как я догадываюсь… Только всё это, Пётр, Лёва, доказать я не могу. Десятки людей нужно допрашивать. И не простых людей. Очень грамотных и действующих не по наивности, а понимающих, что делают. Кое-кто из них и депутатской неприкосновенностью пользуется… Короче, тут вся ФээС Ба потребуется. Не мы с Гришей.
Картина, нарисованная Кличко, впечатляла. Если так, то крохотная партия, точнее её Хозяин, могла влиять на работу Госдумы, в которой даже не была представлена.
Сколько депутатов участвует в этом процессе? Какие силы обращаются к Орехову за содействием? Какие суммы проходят через криминальные сейфы партии? Ведь, цена некоторых принимаемых Думой законов измеряется многими миллионами, а то и миллиардами рублей? А принятие или отклонение законов иной раз решают считанные голоса депутатов! Да, рубить ТАКОЕ дерево, — не для Кличко и Смыслова. Генералу приходилось сталкиваться с парламентскими лоббистами, хотя, к счастью, занимались ими в другой "конторе".
Заговорил Лев Гурыч.
— Слава, ты — молодец. Отлично раскрутил это противное дело. Теперь Рутштейн доведёт убийцу Серёжи до самой высокой степени, которую сегодня решаются давать наши гуманные судьи. А нам теперь на него — плюнуть и растереть ногой. И то противно. И нашей новой работе помог хорошо. А, вот, босса их партийного, полагаю, оставь. Пока. Как думаешь, Пётр?
— Лёва верно говорит. Ты, Вячеслав Сергеевич, хорошо поработал. И на счёт партии этой додумал очень похоже. Но…оставь их. Вот, сумеем мы свою задачу осуществить, станет Лев Гурыч Президентом страны, тогда и этих…гадов возьмём за жабры. Задача, пожалуй, государственной важности. Сейчас нам она не по силам.