Сначала свадьба
Шрифт:
– Полдюйма вправо, – командовала она, для верности показывая направление рукой. А теперь на четверть дюйма влево. Все! Отлично!
Эллиот повернулся и пристально на нее посмотрел. Ванесса рассмеялась.
– К совершенству надо стремиться даже в том случае, если достичь его заведомо невозможно. Все, за что берешься, надо делать добросовестно и творчески.
– Да, мэм. Но что, по-вашему, станет с цветами после того, как завтра мы вернемся в большой дом?
Ей не хотелось возвращаться в большой дом. Хотелось жить здесь – всегда, постоянно, вечно. Но ведь остановить время еще никому не удавалось.
– Завтра
– А ты знаешь стихотворение? – поинтересовался Эллиот.
– То, которое написал Уильям Вордсворт? – догадалась Ванесса. – «Толпу нарциссов золотых»? Еще бы!
Она на мгновение задумалась, вспоминая, и продекламировала:
Бесчисленны в своем мерцанье,Как звезды в млечности ночной,Они вились по очертаньюИзлучины береговой. [1]1
Перевод И.А. Лихачева.
И теперь мы даже знаем, как поэту удалось на них набрести!
– А все-таки кое в чем наш круг чтения совпадает, – заметил Эллиот.
– Кое в чем.
Ванесса обвела вазы с цветами счастливым взглядом. Впереди ее ждал еще один медовый вечер, за которым следовала еще одна медовая ночь.
Но завтрашний день уже был помянут.
Завтра они вернутся в большой дом, и начнется настоящая семейная жизнь.
Но почему-то думать об этом не хотелось.
Тревожило неясное, туманное, но определенно дурное предчувствие.
На следующее утро, сразу после завтрака, супруги пошли в большой дом. Низкое серое небо угрожающе хмурилось.
В доме не оказалось никого, кроме слуг и мистера Боуэна. Все гости разъехались еще вчера, а леди Лингейт и Сесил рано утром отправились в Лондон. Эллиоту и Ванессе предстояло последовать за ними на следующий день.
Ванесса первым делом отправилась осматривать свою новую спальню и примыкающую к ней гардеробную, а Эллиот остался в кабинете, чтобы поговорить с секретарем и разобрать скопившиеся за три дня письма.
Однако пробыл он там недолго. Не прошло и получаса, как, постучав в дверь, он открыл ее и вошел.
– Как просторно! – восхитилась Ванесса, разведя руки. – В два раза больше моей комнаты в садовом доме.
– А как же? – пожал плечами Эллиот. – Комната виконтессы.
Только сейчас Ванесса поняла, что оказалась в совершенно ином мире.
– Хочу съездить в Уоррен-Холл и проверить, как идут дела у Мертона, – сообщил виконт. – Хочешь поехать со мной? Возьмем экипаж; собирается дождь.
– Конечно, хочу, – тут же согласилась Ванесса.
Во время короткого медового месяца жизнь словно повисла в воздухе. Она почти не думала ни о сестрах, ни о брате, ни о ком-то другом. Мир ограничился садовым домом и озером, а они с Эллиотом остались единственными людьми на всем белом свете. Адам и Ева в райском саду.
Сейчас Ванесса внезапно осознала, что не видела родных целых три дня и невероятно соскучилась.
Приезд в Уоррен-Холл совпал с первыми каплями дождя и резкими
порывами холодного ветра.До чего же им повезло с весенней погодой, подумала Ванесса. Сейчас три солнечных, теплых дня казались далекими и почти нереальными, как будто закончились не сегодня утром, а несколько недель назад.
Маргарет сидела в гостиной одна. Она поклонилась лорду Лингейту и крепко обняла сестру. Рассказала, что гости уехали вчера. Стивен занимался с одним из учителей в библиотеке. Утром он отправился на верховую прогулку с мистером Грейнджером и вернулся позже назначенного времени, за что и получил примерный нагоняй. Кэтрин отправилась на прогулку.
– Надеюсь, что скоро вернется, – заметила Маргарет, глядя в мокрое от дождя окно. – Не то промокнет до нитки.
Виконт отправился в библиотеку, оставив сестер наедине. Ванесса села возле камина и внимательно посмотрела на Маргарет. Та выглядела ужасно бледной.
– С тобой все в порядке, Мег? – Она не смогла скрыть тревогу. – Что-нибудь случилось?
– Ровным счетом ничего. – Маргарет улыбнулась. – Ну а ты, Несси? Как твои дела?
Ванесса откинулась на спинку кресла.
– Правда, стояла чудесная погода? – ушла она от ответа. – Садовый дом в Финчли-Парке просто прелесть, и озеро восхитительно. Мы катались на лодке. Вчера гуляли по берегу и нарвали целую охапку нарциссов, а на поляне их даже не стало меньше. Поставили по букету в каждой комнате. Такая красота!
– «Мы», – повторила Маргарет. – Значит, все хорошо, Несси? Ни о чем не жалеешь? Выглядишь счастливой.
– Все равно от жизни не скроешься, – ответила Ванесса. – Завтра поедем в Лондон, а на следующей неделе предстоит знакомство с королевой – честно говоря, пугающая перспектива. Придется встречаться с множеством людей, ездить с визитами и… и так далее. Но конечно, я ни о чем не жалею, глупышка. Я же сама этого хотела. Помнишь наш разговор?
– О Несси! – вздохнула Маргарет. На красивом лице снова проступила тревога. – Если ты сможешь стать счастливой, значит, буду счастлива и я.
Голос у сестры дрогнул. У Ванессы не осталось сомнений – что-то определенно случилось. Но не успела она спросить, как дверь распахнулась, и в комнату влетела розовощекая Кэтрин. Глаза ее сияли.
– Уф, – выдохнула она, прижимая руку к груди. – Совсем запыхалась. Не могла решить, спрятаться от дождя в часовне или бежать домой.
. – И, судя по всему, решила бежать, – заключила Ванесса, вставая.
– Ужасно этому рада. – Кэтрин подошла, чтобы обнять сестру. – Увидела возле подъезда экипаж виконта Лингейта и побежала! Я так по тебе соскучилась!
– И я по тебе, – улыбнулась Ванесса.
– Если бы ты только знала, какими красивыми вы оба выглядели во время свадьбы, – затараторила Кэтрин, едва устроившись в кресле. – А как прошли три дня у озера? Тебе понравилось?
– Очень понравилось, – скромно ответила Ванесса, изо всех сил стараясь не покраснеть. – Идиллическое место. Была бы рада остаться там навсегда. Ну а тебе понравились гости?
Кэтрин нетерпеливо наклонилась, не в силах скрыть возбуждения.
– О Несси! – взволнованно заговорила она. – Ты не единственная недавно вступила в брак. Мег уже рассказала? Из Рандл-Парка переслали письмо для сэра Хамфри и леди Дью. К счастью, оно их застало: пришло перед самым отъездом. Мег рассказала?