Соболев. Глава Рода
Шрифт:
Но не взыграет ли в старике ревность? Я же теперь сильнейший маг нашего рода, и старый князь теперь только формальный лидер семьи. В этом мире больше всего ценят силу, и раз уж я сильнее его, то именно я главный. Надо с ним обсудить это, уточнить моё новое место в табеле о рангах, скажем так.
Правда сделать мне это удалось только через несколько дней, когда князь вернулся в своё имение в Тосно. Сразу это сделать было нельзя. Армейская контрразведка совместно с со спецами частной военной компании Медведевых обновляла, а где-то, как в случае с Соболевыми, создавала с нуля систему безопасности родовых имений.
Теракты
Единственные кому это не требовалось, были Котовы, у этих всё по высшему разряду и без армейцев. Деньги и здесь мощная сила.
Постепенно жизнь в Империи вообще и в Академии в частности пришла в какое-то подобие нормы. Новые правила, конечно, многим не понравились, кое-где, как например на Манежной площади Москвы, прошли стихийные митинги представителей низших сословий, недовольных новой политикой правительства, но всё это было очень тихо, без огонька. Пошумели экзальтированные студентики и девушки с розовыми волосами, городские сумасшедшие покричали в мегафоны антиправительственные лозунги, и на этом всё. Никого толком даже не задержали. Не хватать же тощего первокурсника за то, что он облил водой из бутылки спецназовца который выше его на две головы и в три раза шире в плечах.
Правда, Иван по большому секрету сообщил мне, что парочку организаторов этих митингов всё-таки арестовали, и сейчас они плотно знакомятся с узаконенным произволом полиции. Но на этом всё.
Я же вернулся в Академию. Вот только моим надеждам об увольнении из армии не суждено было сбыться. В связи со сложной обстановкой в стране, вместо увольнения, я отправился в бессрочный отпуск и получил новое звание. Теперь я уже не унтер-офицер, а лейтенант, обязанный по первому требованию явиться в расположение.
Это немного напрягало, но что поделать. Раз уж коготок увяз, то и всей птичке пропасть, хорошо хоть форму носить не обязательно.
— Всё в порядке, проходите, — голос полицейского вывел меня из задумчивости, и я, наконец, смог зайти в здание общежития. Там пришлось пройти еще проверку, и вот я уже иду к лифтам, чтобы подняться на третий этаж, где меня ждала Оксана.
Мои рекламные контракты и счета разморожены, и я снова ее самый ценный клиент, с которым надо очень многое обсудить.
Тем более, что буквально только что я получил сообщение от Алексы: финальный этап суперсерии, который был под вопросом из-за всего случившегося, всё-таки состоится, и я снова в составе.
Притом не просто в составе, не знаю, как Алекса узнала о подробностях моей дуэли с Богданом, но я заявлен на целых три гонки. Дуэльную, парную и командную.
Последнюю гонку ввели в программу финального этапа в самый последний момент. Соревнование четыре на четыре. Вся наша команда против всей американской. Шансов у американцев конечно ноль целых хрен десятых, они и до это были призрачные, а теперь, когда против них будет анимаг, кстати единственный во всем горячем льду, их нет вообще.
И моя ценность для рекламодателей резко возросла, именно поэтому меня и ждёт Оксана.
Так что можно сказать спасибо Богдану Волкову, он хорошо так поработал над наполнением моего кармана.
Стоило вспомнить
этого уродца, как вот и он собственной персоной, стоит как ни в чём не бывало возле лифтов. Странно, я думал, что его вышибут из Академии поганой метлой после всего случившегося.Но нет, вот он. Стоит и гаденько улыбается.
— Добрый день господин граф, а где же ваша дама сердца? — вбить бы эту поганенькую улыбочку вместе с зубами ему в глотку, но дворянская честь и всё такое. Да и не нужно это, я уже показал Богдану его истинное место.
— И вам добрый день, господин Волков. Вы тоже, как я посмотрю, одни. Как новые руки? Я надеюсь они не хуже тех, что я вам недавно отрубил? Если что, смело обращайтесь, можно проделать ампутацию еще раз, вдруг это поможет.
Ишь как сверкнули глазки, ну ничего привыкай болезный. Я сильнее тебя, по мозгам, ты конечно долбишь, как следует, но я научился с этим справляться.
Я улыбнулся своим мыслям и пропустил Богдана в лифт, ехать с ним мне не хочется, подожду следующего.
И интересно, отчего у него сейчас такие глаза на выкате?
Ничего, ноль реакции! Этот проклятый грызун даже не почувствовал ментального удара Богдана, а тот бил со всей силы, да еще и использовал кольцо усиления ментальных способностей.
С его помощью Волков мог управлять людьми, находящимися в нескольких сотнях метрах от себя, но Соболеву хоть бы хны.
Богдан не просто так оказался возле этого лифта, с того злополучного дня, когда он проиграл на дуэли он только и ждал возможности поквитаться с Соболевым и даже подмаслил кого следует, чтобы ему сообщали о его передвижениях.
Так что Богдан выбрал удачный момент, когда вокруг никого и как бы случайно оказался рядом с Соболевым.
Ударил и ничего. Полный ноль.
В бессильной ярости Богдан скатался вверх-вниз на лифте и вышел прочь из здания общежития.
На парковке он сел в свою машину и выехал в город, ему срочно было нужно проверить свой дар на ком-то еще.
Глава 3
— Привет, красавчик, ты один? — ярко накрашенная девушка в мало что скрывающем маленьком черном платье с глубоким вырезом, подчеркивающим грудь размера так четвертого, улыбаясь подошла к Богдану.
Тот сидел в вип-зоне недавно открывшегося клуба на Краснопресненской набережной и сосредоточенно напивался.
Его дар менталиста позволял не хмелеть очень долго, во всяком случае он еще не разу не пьянел до того состояния, когда ты становишься самым сильным, привлекательным и красноречивым в клубе.
Вот и сейчас, несмотря на два десятка шотов виски, он всё еще сохранял ясность мышления.
Взгляд Богдана скользнул по соблазнительной фигуре девушке, отметил что она одна и решил, что это — то что надо.
А еще он в очередной раз разозлился. В прошлой жизни такие крутились вокруг Соболева, а на него внимания не обращали. Да и сейчас, если бы не вип-зона, тяжелые золотые часы, дорогущий смартфон и небрежно лежащий на столике перед ним бумажник из крокодильей кожи, она бы вряд ли обратила на него внимание.
“Очередная шкура которой нужны только бабки” — злобно подумал он. Мысль о Соболеве его порядком так разозлила, и он решил выместить её на ни в чём не повинной девушке. Но вслух он сказал совсем другое.