Шрифт:
О телеологическом принципе, научном методе и управляющих силах души в медицине Галена
Еще несколько лет назад немногие отечественные историки медицины и философии могли оценить подлинное значение наследия Галена: на русском языке было доступно лишь одно его сочинение – «О назначении частей человеческого тела» [1] . Соответственно, большинство суждений о его трудах, встречавшихся в российской историографии, не были научно обоснованы. Во многом это было связано с тем, что изучение наследия Галена требует использования междисциплинарной методологии. В его трактатах удивительным образом соединяются серьезные анатомо-физиологические примеры и философско-методологические выводы. Исследователь сталкивается с уверенной риторикой опытного оратора, изобилующей яркими эмоциональными выпадами в адрес оппонентов и коллег, в которых заложен довольно существенный потенциал для анализа собственной исследовательской программы Галена. Для того, чтобы разобраться в них, нужны определенная скрупулезность, знание
1
Гален К. О назначении частей человеческого тела / Под ред. В.Н. Терновского. М.: Издательство «Медицина», 1971. 554 с.
Анатомические вскрытия как опытный способ проверки правильности умозаключений стали основой аргументации Галена. Предмет дискуссии, которую ведет Гален со своими оппонентами, является частью более широкой проблемы, существовавшей в истории древнегреческой мысли со времен Гиппократа. При написании трактата «Об учениях Гиппократа и Платона» в центре внимания Галена находился вопрос о том, что головной мозг, сердце и печень являются вместилищем руководящих нами сил. Для его решения автору требовалась четкая и непротиворечивая система доказательств. Текст «Об учениях Гиппократа и Платона» отражает проблему зарождения научного метода в медицине Античности [2] . Различные методы, которые использует Гален, не противопоставляются друг другу, а используются им для решения различных задач. Применение диалектического метода, так же как и гипотетического, приводящих вместе к аподиктическому методу, помогает определить саму сущность вещи на основе исследования физической реальности, а в нашем случае – способствует формированию представления о верном способе диагностики и лечения заболеваний. При этом суть дискуссии, которую ведет Гален со своими оппонентами о методе доказательства в медицине, остается неизменной. Гален говорит о строгом доказательстве, основанном на результатах анатомических вскрытий, а не на риторическом, этимологическом и других спекулятивных способах формирования умозаключений, которые использовали его оппоненты. Аподиктический метод доказательства в медицине – это результаты анатомических вскрытий, рациональное учение об общей патологии и клиническая систематика. Таким образом, созданная Галеном целостная теоретико-практическая система становится историческим рубежом, который отделил период зарождения древнегреческой рациональной медицины от периода рациональной медицины протонаучного периода.
2
Подробнее об этом см.: Lloyd G.E.R. Magic, Reason and Experience. Studies in the Origin and Development of Greek Science. Cambridge: Cambridge University Press, 1979. 348 p.
Сочинения Галена раскрывают перед нами историческую реальность, в которой анатомическое вскрытие является единственно возможным методом доказательства в медицине. Тщательные практические наблюдения, в основе которых лежит методология протонаучного эксперимента, служат источником для формирования систематики заболеваний [3] . Использование понятий «протонаучный эксперимент» или «экспериментальная практика рациональной медицины Античности» позволяет историкам науки отказаться от уничижительных оценок античной медицины и избежать некорректной экстраполяции реалий современной практики на исследования того периода.
3
Балалыкин Д.А. Исследовательский метод Галена // Гален. Сочинения. Т. III / Общ. ред., сост., вступ. ст. Д.А. Балалыкина. М.: Практическая медицина, 2016. С. 5–119.
Развивая традиции медицины Гиппократа (учение об индивидуальном подходе к выбору тактики диагностики и лечения пациента, внимание к внешним патогенным факторам и др.), Гален создал учение об общей патологии, объясняющее принципы и механизмы развития заболеваний с позиций телеологии, и сформулировал методологические основы этого подхода. Общее представление о «физике», а говоря на языке современной медицины, – физиологии человеческого тела и принципах общей патологии, развиваемое Галеном, основано на понимании человеческого организма как соразмерной комбинации компонентов трех тетрад: первоэлементов, жидкостей и сущностей. Гален обращает внимание на важность целостности медицинской систематики: из представления о видах и причинах возникновения заболеваний следуют их классификация и трактовка отдельных симптомов, т. е. внешних проявлений болезни.
В своей клинической практике Гален использовал методы доказательства, предложенные Аристотелем. Для достижения истины одной формальной логической «правильности» мало, требуется истинность посылок. Природная, видимая вещь условна, изменяема и конечна; на основе единичной вещи невозможно установить истину. Для методов познания в медицине это имеет сущностное значение: на основе одного, пусть даже ярко выраженного, симптома нельзя определить причину болезни. Также одного наблюдения недостаточно для того, чтобы составить представление о нозологической форме и сделать значимые клинические обобщения. Вместе с тем в своих текстах Гален использует диалектику как инструмент изучения, представляющий собой нечто «среднее» между обычным спором и философским исследованием. Владение диалектическим методом предполагает выработку некой общей способности – решать затруднения, возникающие в ходе исследования. Так, в трактате «Об учениях Гиппократа и Платона» Гален полемизирует со стоиками, демонстрируя как прекрасное владение риторикой, так и блестящее использование строгого доказательства для обоснования своей позиции.
Текст «Об учениях Гиппократа и Платона» автор разделил на девять книг. Имеются основания считать, что первоначально трактат состоял только из первых шести книг. Позднее, после того, как их содержание стало известно и вызвало серьезную критику, Гален дополнил его седьмой, восьмой и девятой книгами. В данном трактате, как и в других своих
сочинениях, Гален дает общее введение в предмет, обсуждая широкий круг вопросов, устанавливает метод и порядок исследования. Гален строго определяет цель работы и ее структуру. Здесь, как и в других работах, задача комментария Галена – «разъяснение неясно сказанного». Таким образом, первые шесть частей могут быть объединены тематически: в них автор говорит о значении трех частей души в целостном функционировании организма человека, который рассматривается с позиции телеологии. В седьмой книге кратко изложены основные идеи, затронутые в первых шести книгах, и методы их доказательства, основанные на анатомо-физиологических аргументах. Восьмая и девятая книги содержат новые идеи, в частности, исследование взглядов Гиппократа и Платона по некоторым проблемам философии и медицины. Заключительные книги касаются природы чувственного восприятия и способов научного исследования материального мира. Как и большинство сочинений Галена, данный труд предельно полемичен. В ходе рассуждения Гален позволяет себе критиковать некоторые взгляды Платона на устройство человеческого тела, в частности, касающиеся пищеварения и дыхания. Очевидно, эта критика стала ответом на замечания оппонентов Галена. При публикации в предыдущем томе «Сочинений» первых пяти книг трактата «Об учениях Гиппократа и Платона» я уже обращал внимание на излишнюю эмоциональность Галена в оценках наследия Платона и Гиппократа. По-видимому, она была продиктована желанием подчеркнуть значение идей этих двух великих мыслителей для медицинской теории и практики и стала причиной того, что Гален порой приписывал своим великим предшественникам теоретические положения, которые они никогда не утверждали. Кроме того, в шестой, седьмой, восьмой и девятой книгах трактата исчерпывающим образом представлена несовместимость картины мира Галена-ученого с натурфилософскими представлениями его оппонентов – врачей-эмпириков и врачей-методистов [4] .4
Об этом говорится во вступительной статье, предварявшей публикацию первых пяти книг «Об учениях Гиппократа и Платона». (См.: Балалыкин Д.А. Исследовательский метод Галена // Гален. Сочинения. Т. III. С. 5–119.)
В силу особенностей текста при подготовке данного тома я решил подробно рассмотреть каждую из четырех последних книг трактата «Об учениях Гиппократа и Платона», ориентируясь на основные компоненты методологии Галена, основанной на единственно верном, с его точки зрения, пути к знанию – получение разностороннего образования и использование методов и сведений, предоставленных разными науками, что, по сути, являлось ответом на кризис современной ему медицины.
К шестой книге: о назначении печени и растительной части души
В трактате Гален исследует природу сил, управляющих человеком и живыми существами, обосновывая (хотя порой и несколько вольно) тождественность представлений Гиппократа и Платона. В ходе рассуждений он касается природы чувственного восприятия и способов научного исследования. Гален соглашается с Платоном, разделяющим душу на вожделеющую, яростную и разумную, и в этой связи критикует учение стоиков за отрицание наличия бессознательной части души и понимание «страстей» как ошибок суждения. Гален также очень подробно останавливается на тех частях тела, где находятся эти три способности души. Он выступает против стоического представления о существовании разумной способности души в человеческом сердце. По мнению Галена, подобные представления противоречат анатомическому устройству человека [5] . В отличие от стоиков, Гален считал, что душа имеет трехчастное иерархическое устройство, представляющее собой совокупность всех жизненных сил организма, которые связаны с разными состояниями тела. Так, в сочинении «О зависимости свойств души от темпераментов тела» [6] он вслед за Платоном говорит о трех частях души, из которых разумная находится в головном мозге, яростная – в сердце, а вожделеющая – в печени. Гален воздерживается от ответа на вопрос о бессмертии души [7] .
5
Nutton V. Galen’s philosophical testament: On my own opinions // Wiesner J. Aristoteles. Werk und Wirkung. T. II. Kommentierung. "Uberlieferung. Nachleben., В., 1987. S. 27–51.
6
Гален. О зависимости свойств души от темпераментов тела // Гален. Сочинения. Т. I / Общ. ред., сост., вступ. ст., коммент. Д.А. Балалыкина. М.: Весть, 2014. С. 339–376.
7
Там же. С. 343.
В первых пяти книгах трактата «Об учениях Гиппократа и Платона» Гален размышляет, где расположены высшая (разумная) и средняя (яростная) части души и в чем заключаются их функции. В шестой книге он подробно останавливается на ее низшей (растительной) части и устройстве печени – органа, в котором, по его мнению, она находится:
6.3.2. Осталась еще вожделеющая часть, для которой необходимо особое доказательство. Это доказательство и будет приведено в настоящей книге. Однако прежде следует предупредить, что оно не будет исходить из столь очевидных посылок, как предыдущие, и не будет так же ясно проистекать из самой природы исследуемого, но будет опираться на свойства исследуемого…
6.3.5. …Ведь печень не является источником явного движения, как сердце – пульса, а головной мозг – чувства и решения, и ее повреждение не приводит немедленно к возникновению острого болезненного состояния, как повреждения обоих названных органов, но, если у живого существа ослаблена печень, оно со временем худеет и у него изменяется цвет кожи.
<…>
6.3.8. …В настоящей книге мы попытаемся изложить то, что касается печени, как мы прежде сделали в отношении головного мозга и сердца…
Гален напоминает, о чем шла речь в предыдущих книгах, – возвращается к постановке вопроса об «управляющих силах»:
6.1.1. Я заранее решил исследовать управляющие нами силы и ответить на вопрос, из одного ли сердца все они происходят, как полагали Аристотель и Теофраст, или лучше считать, что они имеют три источника, как полагали Гиппократ и Платон.
Великий римский врач сразу обозначает основную мысль своего повествования и далее неоднократно возвращается к ней. Он начинает рассуждение с определения понятий, которые он будет использовать в процессе рассуждения, и следующим образом поясняет важность обсуждаемых категорий:
6.1.4. Ведь, я думаю, именно это поможет решить как ряд проблем, поднятых ранее, так и следующую проблему: следует ли считать желание, гнев и прочее действием или страданием?
6.1.5. Итак, действие есть некое активное движение. Под словом «активное» я подразумеваю «имеющее источником самого деятеля». Страдание же есть движение, имеющее источником кого-то другого. Таким образом, получается, что часто в одной и той же ситуации совмещаются и действие, и страдание, иными словами, они различаются не по сути, а только по имени.