Сон демона

Призрак разразился неприятным смехом, который могла слышать одна Пегги.

– Ты слишком давно действуешь нам на нервы, – продолжал Невидимка. – Поскольку прямое нападение ничего не дает, нам пришлось прибегнуть к хитрости. Нужно было пореже тебе показываться… по крайней мере сделать это как можно позднее, когда ты уже окажешься в ловушке. – Он поправил свою черную бабочку и подытожил: – А теперь я тебя оставлю. Повара не замедлят прийти. Никакая магия не защитит тебя от их ножей и мясорубок!

На сей раз он не дал себе труда подниматься наверх по ступенькам, а прошел сквозь стену и испарился.

– С кем ты разговариваешь? – спросил один из пленников.

Пегги Сью в нескольких словах объяснила ему, что произошло: существуют создания, называемые Невидимками, которых она одна способна видеть и слышать. Никто не может противостоять этим монстрам, меняющим внешность по своему желанию. Никто, кроме нее…

– Мой взгляд их сжигает, – сказала она. – При условии, что я могу смотреть на них достаточно долго.

Ее собеседник кивнул, но не казался убежденным. Наверное, он думал, что жестокие испытания лишили разума эту девочку в очках с толстыми стеклами.

Пегги Сью уселась около двери. Она не видела возможности убежать. Дверь, обитая железом, не поддавалась натиску. Впрочем, там не было никакого засова или щеколды… Нет, все безнадежно!

– Когда повара придут за нами, надо попытаться проскользнуть у них между ног, – предложила Пегги.

– Легко сказать! – хихикнул один из пленников. – Мы слишком толстые, чтобы бежать. Впрочем, повара гораздо хитрее, чем ты думаешь. Им достаточно только приоткрыть дверь и протянуть руку, чтобы захватить то, за чем они пришли. Решает случай… первый несчастный, который подвернется им под руку, попадет в котел. Бесполезно отодвигаться подальше от двери, в конце концов все равно упрешься спиной в стену.

Пегги скорчила гримасу – она без труда представила себе безобразную толкотню, которая должна начаться, когда каждый постарается спрятаться за своего соседа. В такие минуты товариществом и не пахнет!

Наступило молчание. Девочка грызла ногти и напряженно размышляла о возможности спасения.

Вокруг нее мальчики лихорадочно прислушивались, чтобы подстеречь появление поваров. Все нервничали.

– Тебе хорошо, ты слишком худая, из тебя не получится хорошее жаркое, – бросил ей агрессивно один из мальчишек. – Уверен, что повар тебя забракует. О нас этого, к сожалению, сказать нельзя.

– Да, – согласился другой подросток, скрытый в темноте, – однако это девочка, а у девочек мясо нежнее. Может быть, заберут все-таки ее? Это обеспечит нам отсрочку.

Из опасения разозлить их Пегги Сью решила не реагировать. Кроме того, ей нельзя было попусту растрачивать свой гнев. С какого-то момента она поняла, что тоже прислушивается к шагам в галерее.

Уступив поначалу панике, она сжала прутья решетки и крикнула маленькому немому:

– Отыщи Себастьяна, приведи его сюда! Может, он что-нибудь придумает. Ты слышишь? Се-ба-стьян! Найди его, ведь у тебя же сохранился нюх!

Она понимала, что говорит глупости. Бедный синий пес, превратившись наконец в человека, утратил свое замечательное чутье.

Между тем она испытала облегчение, увидев, что он удаляется.

«Понял ли он, о чем я его прошу? – подумала она. – Или просто ему надоело слушать мой крик?»

– Скоро настанет час обеда, – прошептал мальчик рядом с Пегги. – Тебе лучше держаться подальше от двери.

Пегги осторожно отступила к дальней стене. Пленники уже сбились там в тесную кучку. Их пот источал запах страха.

Повисло долгое молчание. Никто не произносил ни слова.

– ВОТ ОН! – взвизгнул один из подростков нечеловеческим голосом.

Действительно, кто-то шел по галерее… но эхо звучало слишком слабо для шагов повара-скелета. Впрочем, это была скорее кавалькада, чем шаги одного человека. Пегги Сью притиснулась к двери. Себастьян, Ольга, Ренан и синий пес появились в ротонде.

– Ну и ну! – воскликнул Себастьян. – Это ты? Мы правильно сделали, что пошли за этим мальчишкой.

– Вытащи нас отсюда! – попросила Пегги. – Скоро сюда явятся повара. Надо бежать.

Себастьян опустился на колени перед решеткой.

– Минуточку, – прошептал он. – Живя в реальном мире, я хорошо разбирался в замках. С этим я тоже справлюсь, каким бы хитроумным он ни выглядел.

Порывшись в своем рюкзаке, он начал вытаскивать различные предметы и наконец извлек связку отмычек. Послышалось звяканье металла, прерываемое ругательствами Себастьяна. Теперь, когда у пленников появилась надежда на освобождение, они начали испытывать лихорадочное возбуждение и толкались около двери.

– Спокойствие! – приказала Пегги Сью. – Если нам удастся выйти, нужно выбрать определенную тактику. Нет и речи о том, чтобы бежать всем в беспорядке. Так мы запутаемся в поисках выхода, и все кончится тем, что повара нас неизбежно схватят. Единственное средство покончить со всем этим безумием – это разбудить демона, сломав мотор, который раскачивает колыбель.

Она замолчала, так как никто ее не слушал.

– Готово! – радостно объявил Себастьян.

Зам'oк скрипнул, и тотчас же после этого дверь отошла. Отталкивая Пегги Сью, пленники хлынули наружу. Напрасно было умолять их вернуться, они не слушали и бросились в первый же попавшийся коридор.

Себастьян схватил Пегги за запястье.

– Извини меня, – сказал он. – Когда ты заговорила о Невидимках, я тебе не поверил. Я был не прав. Я оказался чересчур недоверчивым.

– Это неважно, – оборвала его Пегги Сью.

* * *

Через четверть часа коридоры привели Пегги Сью к ее бывшим товарищам по камере. Опьяненные свободой, они неслись с невообразимым шумом, совсем не заботясь о том, чтобы их не обнаружили часовые замка.

Когда девочка начала умолять их замолчать, один из них схватил ее за руку.

– Эй, ты знаешь, что самое главное? – крикнул он. – Мы нашли кухню. Проклятую кухню! Сейчас мы наведем в ней порядок, можешь мне поверить!

Пегги просунула голову в проем двери. Мальчишки с большим воодушевлением крушили все вокруг. Они переворачивали полки, опустошали банки с мукой, выдавливали горчицу в раковины. Это доставляло им огромное удовольствие.

Пол покрывала мешанина из муки, специй, яблочного пюре… Дети вязли в этом кулинарном болоте, издавая крики индейцев, вышедших на тропу войны.