Сосед-подонок

Каждый день Катя благодарила судьбу за то, что Кузьма здоров и хорошо набирает в весе, несмотря на все сложности, которые возникли при родах. Ей нравилось быть мамой, ухаживать за сыном, нравился процесс кормления, пусть даже из бутылочки. Максим целыми днями где-то пропадал, аргументируя это тем, что ему нужно еще больше работать, ведь денег в их семье скоро значительно поубавится. В те редкие моменты, когда он все-таки показывался дома, до сына ему не было никакого дела. Он ни разу не спросил, как тот себя чувствует, ни разу даже не заглянул в детскую. Очевидно, что на ребенка ему было плевать ровно так же, как и на саму Катю.

Как ни странно, девушка ничуть не переживала по этому поводу. Она уже точно знала, что, когда Кузьма немного подрастет и окончательно окрепнет, они уедут из города. Нужно было только заработать денег, и поэтому Катя втайне от Макса вернулась к шабашкам с бухгалтерскими отчетами. Пока сынок спал, она брала ноутбук и работала, работала, работала.

Примерно раз в две недели на домашний телефон начали поступать телефонные звонки. Катя брала трубку, и абонент на том конце провода сразу же отключался. Втайне девушка надеялась, что это звонят по душу Макса и, возможно, ему действительно грозит опасность. Она знала, что, пока он находится в добром здравии, ей ни за что не уехать из города безболезненно и без потерь. Он легко мог ее найти, так как понял бы, что далеко с младенцем на руках она не уедет.

Однажды Максим приехал домой в крайне возбужденном состоянии и с порога начал:

— Так. Вот эти синяки у тебя под глазами… Приведи себя в порядок. Пора бы уже. Женщины восстанавливаются и после куда более сложных родов. А ты родила за пару часов и без осложнений, но все равно выглядишь, как выжатая тряпка.

Катя начала внутренне закипать, но сдерживала себя ради сына, который засыпал у нее на руках.

— Возможно, у тех женщин, которые быстро восстанавливаются после тяжелых родов, есть какая-то помощь от отца их ребенка?

— На что ты намекаешь? По-твоему, я должен осесть дома и заниматься бабскими делами? А ты пойдешь управлять клубом за меня, а, Катя? Уверена, что справишься со своим скудным умишком?

Девушка почувствовала, что внутри нее снесло пожарный гидрант, как нередко случалось в американских фильмах. Она молча отправилась в детскую, аккуратно уложила спящего сына в кроватку, затем проверила, включена ли радионяня и, закрыв за собой дверь, вернулась к Максу.

— Нет, не уверена. Но, выходит, что из нас двоих с делами клуба не справляется никто. Ни я, ни ты. В этом деле тебе, очевидно, ничем не помогает даже твой поистине выдающий ум.

Макс начал медленно моргать и облизывать губы, глядя на нее. Он уже был на пределе. Еще немного — и он точно ее ударит. Но ей уже было все равно.

— Мне показалось, или в твоих словах прозвучал какой-то намек?

— Тебе показалось. Никаких намеков — я сказала обо всем прямо. Ты не имеешь к этому клубу никакого отношения. У него один владелец. Левинский Руслан Олегович.

— Научилась гуглить? Браво, Катя! — Макс принялся ей аплодировать. — И что? Разочарована, что все это время трахалась не с владельцем клуба?

— Нет, — опешила девушка. — Мне плевать, какую должность ты занимаешь. Для меня самое главное — честность. Я разочарована только тем, что ты постоянно мне врешь.

— Я врал, чтобы ты не впадала в истерику каждый раз, когда не можешь мне дозвониться. Я связан с криминалом, Катя. Иначе откуда, думаешь, это все? — Он обвел рукой окружающее пространство. — Такого не заработать честным трудом. Ты уже достаточно взрослая девочка, чтобы понимать такие элементарные вещи. И, если тебе вдруг важно, то твой Левинский Руслан Олегович — обыкновенная шаха. Он никто, просто пыль из-под ногтей. Весь бизнес держится на мне, ему принадлежит только клуб. И то только пока. Я — главный в иерархии. Я.

— Максим, мне все равно, кто у вас там главный. Ответь мне на один вопрос: зачем тебе я? Может, лучше оставить тебя в покое со всеми твоими делами, деньгами и тачками? Я просто хочу спокойно растить сына.

— А жить ты на что будешь? На одном умении высчитывать циферки особо не заработаешь.

— Разберусь.

Макс подошел к ней и взял ее руки в свои.

— Кэт, детка. Давай так. Ты кое-что сделаешь для меня, а потом мы с тобой заживем в мире и спокойствии. Обещаю, тебе больше не придется переживать из-за всего этого. Будем растить нашего сына, путешествовать, я даже позволю тебе водить машину.

После фразы про машину у Кати возникло острое желание схватить с полки декоративную вазу и разбить ее об эту противную рожу. Но она умела держать себя в руках. Нужно разузнать, что ему нужно. Возможно, ответ на этот вопрос даст подсказку ко всем остальным. К примеру, как сбежать от него, чтобы он даже не искал ее и никак не претендовал на сына?

— Что я могу для тебя сделать?

— Через месяц у шахи день рождения. Но тебе лучше называть его Русланом Олеговичем. Он очень обидчивый. — Макс усмехнулся. — Так вот: я хочу, чтобы ты пошла в клуб на випку с остальными девочками и…

— В смысле, «с остальными девочками»? — вспыхнула Катя. — Я не проститутка.

— Да, детка. Конечно же, ты не проститутка. Об этом знаем мы: ты и я. А вот они думают по-другому, но это ведь неважно? Да и в сложившейся ситуации это нам только на руку.

Катя тряхнула головой, пытаясь осознать весь ужас его слов.

Макс продолжал:

— Да не волнуйся ты. Ты будешь сидеть, хлопать глазами и слушать, о чем идет разговор. О делах они при шлюхах говорить не станут, но какую-то общую информацию уловить вполне возможно. Запоминай все. Особенно, прозвища. Имен они называть не будут. Я знаю, что у тебя хорошая память, поэтому просто фиксируй информацию. Если кто-то из старших во главе с этой падалью, — Макс сплюнул воздухом, — захочет тебя прокатить — не отказывайся. Они знают, чья ты. Это их позабавит. Возможно, они даже захотят что-то передать для меня. Как-то напугать… да что угодно. Лови каждое слово. Мне нужно знать, каковы их планы.

— Может, мне еще переспать с кем-нибудь?? Ну, если они так захотят.

— Твоему мужчине грозит смертельная опасность, а ты беспокоишься за сохранность своей вагины?? Это такая твоя любовь? Такая благодарность за все, что я для тебя сделал?!

— Что ты сделал, что?? — Катя сорвалась на крик. — Я не просила ничего этого! Я просто хотела учиться и работать, а потом появился ты!

— И вытащил тебя из дерьма, в котором ты барахталась! Да ты ноги мне должна целовать, сука!

Сработала рация радионяни — Кузьма проснулся и начал плакать. Катя рванула в детскую, Макс — за ней. Путь занял всего лишь пару секунд, но за это время девушка успела обдумать кучу всего. Дела у Максима были так плохи, что он уже даже не замечал, как звучат те или иные его слова. Какая смертельная опасность могла грозить главному криминальному боссу, коим, по его же собственным словам, он и являлся? И как, по его мнению, ему могли угрожать мелкие сошки, которыми он назвал Левинского и его подельников?

Видимо, почувствовав напряжение в воздухе, Кузьма при виде родителей начал плакать пуще прежнего. Катя взяла его на руки, прижала к себе и принялась качать.

— Щ-щ-щ, мое солнышко, тихо, мама с тобой, мама рядом.

— Да положи ты его в эту гребаную люльку, — взревел Макс. — Мы не договорили!! — Он подошел к ней вплотную и попытался вырвать ребенка у нее из рук. Глаза его бешено вращались от гнева. — Заткнись, ты! — Он приблизился к личику ребенка. — Слышишь?? Завали свой рот!

— Не трогай его!