Советия

Но после того, как Сталин фактически отказался от идеи мировой революции, распустив третий Интернационал и начав проводить националистическую, русскую имперскую политику, это объяснение не кажется очень правдоподобным. Кроме того, такое "объяснение" не позволяет понять, почему и сегодня, когда Советского Союза больше нет, Соединенные Штаты порой продолжаю вести себя в отношении России в духе холодной войны. Все это наводит на мысль, что "борьба с коммунизмом" была лишь предлогом холодной войны, а ее реальные причины скорее всего лежат в том страхе (в общем-то обоснованном), который США всегда испытывали перед дикой страной Россией, вооруженной атомной бомбой. Именно перед Россией, государством со средневековым образом мышления, а не перед СССР, т.е. государством основанным на гуманистических идеалах, близких к американским. Средневековая страна Россия всегда была жива внутри СССР, она как бы разъедала это современное гуманистическое государство изнутри. И в периоды, когда она выползала наружу, проявляясь, например, в политике имперских захватов, это всегда приводило к обострению холодной войны.

С другой стороны, интенсивность холодной войны после распада СССР все же заметно спала, и это указывает на то, что у холодной войны существовала еще одна причина, на этот раз связанная уже не с Россией, а именно с СССР. То есть, причина идеологического порядка.

Кому-то это может показаться парадоксальным, но причина эта состояла вовсе не в различиях между Советской и Американской гуманистическими идеологиями, а в их потрясающем сходстве. Обе эти идеологии происходили их общих гуманистических корней европейского Возрождения. Обе они противостояли средневековым идеологиям (например, исламскому фундаментализму, православию, идеологиям фашизма и ку-клукс-клана). И если вспомнить, насколько индустриальный мир отличается от мира средневековья, то идеологические споры о таких мелочах, как допустимы ли в гуманистическом обществе религия и частная собственность или нет, начинают напоминать споры между жителями Лилипутии и острова Блефуску о том, с какого конца следует разбивать за завтраком яйцо - с тупого или острого. (Разумеется, это "мелочи" только по сравнению с гигантским различием между средневековой и гуманистической цивилизациями)

Обе цивилизации преследовали одинаковую мессианскую цель распространить свой вариант гуманистической цивилизации на весь мир. Они занимали одну и ту же "идеологическую нишу", боролись за одни и те же ресурсы, а именно, за умы людей всего остального мира. Обе стороны были убеждены в том, что обладают монополией на истину. Война между Лилипутией и Блефуску была неизбежна. И она разразилась.

5.5.2.4 Способ ведения холодной войны.

Холодная война была "холодной", поскольку вести "горячую" войну в условиях когда обе стороны обладают ядерным оружием, просто невозможно. Разносимые ветром радиоактивные осадки неизбежно унесли бы с собой в могилу победителя в атомной войне, только победитель мучался бы немного дольше и ужаснее, чем побежденный.

Теперь представьте себе, что президент Соединенных Штатов назначил Вас директором ЦРУ, и поручил Вам разработать план борьбы с "империей зла" (как называл СССР президент Рейган). Итак, "горячая" война невозможна. Заброс диверсантов на территорию противника в больших количествах тоже невозможен - КГБ не дремлет! Остается одно - заставить противника уничтожать самого себя. Как показала история холодной войны, это не столь невозможная задача как кажется. Для начала следует определить возможных союзников в стане противника. Кто может быть недоволен советской властью в СССР? Люди, потерявшие высокое общественное положение и богатство в результате революции 1917 года? Но таких после второй мировой войны осталось внутри СССР очень мало большинство из них сотрудничало в войну с немцами, и таким образом они сами себя разоблачили. После войны они либо бежали на запад, либо попали в СССР в тюрьму. Но есть их дети и внуки, многие из которых могут фантазировать о том, как было бы здорово, если бы они сегодня были наследниками огромных состояний. Их можно было бы использовать в борьбе против советского строя. Но, очевидно, что КГБ тоже это понимает и старается не допускать их к высоким должностям в государстве. Так что ценность их не так велика, как может показаться на первый взгляд. Кто еще? Религиозные деятели, недовольные тем, что им приходится жить в атеистической стране, где на религию постоянно накладываются всевозможные ограничения. Но это тоже слишком очевидный вариант КГБ тоже понимает, что они могут быть потенциальной опорой противника, и потому внимательно следит за ними. Кто еще? Националисты в республиках, жаждущие выхода своих республик из состава СССР. Их можно тайно финансировать, но полезность их также ограничена, поскольку большинство их них также под колпаком "компетентных органов". Кто еще? Преступники, мафия - эти всегда против государства. Любого государства. Полезность их ограничена по тем же причинам. И, наконец, высокопоставленные советские и партийные чиновники. Они управляют социалистической собственностью, но не могут назвать ее своею собственностью, не могут, например передать ее по наследству своим детям. Механизм идеократического государства не позволяет им распоряжаться государственной собственностью так, как им хочется, им приходится вместо этого использовать государственную собственность на благо простого народа, которого они, в глубине души, презирают. Вот это уже интересно. Это люди вне всяких подозрений, но заинтересованные в освобождении от тех ограничений, которые накладывает на них коммунистическая идеология. Это хорошие кандидаты в предатели.

Но одних только высоких чиновников недостаточно. Необходимо чтобы "восстание чиновников" поддержал народ. Как вызвать недовольство народа? Проще всего - за счет снижения жизненного уровня советского народа. А как его снизить? Надо заставить советское правительство тратить деньги на вооружения, вместо того, чтобы поднимать отрасли, от которых напрямую зависит благосостояние людей, скажем легкую промышленность или жилищное строительство. Надо втянуть Советский Союз в гонку вооружений. Разумеется, и США тоже понесут затраты от гонки вооружений, но последствия от такой гонки будут для США гораздо менее тяжелыми, чем для СССР.

Во-первых, потому, что в США процесс индустриализации уже завершился, причем с нормальным соотношением между тяжелой и легкой промышленностью, поскольку индустриализация там шла естественным образом. В СССР же индустриализация проводилась форсированно, для того, чтобы успеть к войне с Германией. При этом преимущественно развивалось производство средств производства, а до отраслей, производящих товары народного потребления "руки не доходили" - были гораздо более важные вещи (подготовка к войне с Германией, а затем и сама война), от которых зависело выживание страны, и они оттягивали на себя все имевшиеся ресурсы. Если заставить Советы тратить все средства на пушки, то до масла руки опять не дойдут. Это неизбежно вызовет недовольство в народе. Потому что простому работяге не интересно знать, что советские танки не хуже американских - он видит лишь, что "запорожец" хуже "форда" и делает соответствующие выводы. Какая ему разница, что на советских самолетах установлена бортовая электроника, не хуже чем на американских - он знает что советская бытовая электроника хуже западной - и делает выводы. Ему не интересно знать, насколько хорошо обмундированы советские войска - он видит, что повседневная одежда в магазинах некачественна и старомодна - и делает выводы. Ему не интересно, сколько построено ангаров для самолетов и шахт для ракет, он видит лишь, что никак не могут достроить дом, в котором ему обещали отдельную квартиру - и делает выводы. И выводы эти не в пользу своей страны.

Во-вторых, США понесет меньшие относительные потери от гонки вооружений из-за различия в абсолютных размерах экономик СССР и Запада. С одной стороны, СССР, с экономикой практически полностью отрезанной от всего остального мира, не участвующий в международном разделении труда, вынужденный изготавливать самостоятельно абсолютно все, начиная со спичек и кончая ракетами, не всегда имея возможность довести качество каждого изделия до уровня лучших мировых производителей, вынужденный вести холодную войну на два фронта - с США и одновременно с Китаем, отношения с которым к концу 1960-х годов подошли к балансированию на грани войны горячей.

И с другой стороны США, по территории которых не прокатились две разрушительные мировые войны, и которые, кроме того, участвовали в мировом разделении труда, и имели возможность получать товары самого лучшего качества где бы они не производились; и при этом еще, что очень важно, они эксплуатировали (и продолжают эксплуатировать) страны третьего мира, строя там свои заводы и нанимая дешевую рабочую силу за зарплату на порядок (а то и на два порядка) ниже зарплаты в промышленно развитых странах (в Америке товары такие дешевые не только потому, что там на заводах работают роботы, но и потому что в какой-нибудь Малайзии юные девчушки гробят за бесценок свое здоровье, работая на вредных производствах по 15 часов в день в лучшем случае с одним выходным в неделю, а когда они вскоре загибаются, на их место берут новых. Не надо думать, что рабский труд существует только в гулаге.)

И вот эти две экономики, СССР и США, поставленные в очень разные условия, по логике холодной войны должны были производить одинаковое количество ракет и прочих вооружений, чтобы добиться паритета (если бы паритета добиться не удалось, холодная война неминуемо переросла бы в горячую). И если, к примеру, для того чтобы произвести энное количество боеголовок США надо было потратить, скажем, десять процентов своего национального дохода, нам, с нашей гораздо меньшей экономикой, для того чтобы произвести то же самое количество боеголовок, уже надо было потратить, допустим, двадцать процентов от национального дохода. Соответственно гораздо меньше средств, чем в США, шло на потребление и социальные нужды.

Так советская страна была втянута в разорительную для себя гонку вооружений с США, приводившую ко все большему отставанию уровня жизни в СССР от уровня жизни на Западе. Советский народ был относительно беден, т.е. беден относительно жителей стран Запада, но богат относительно большинства жителей стран третьего мира, мира из которого России удалось вырваться благодаря социалистической революции.

Теперь задача противника состояла в том, чтобы, используя разницу в уровнях жизни между СССР и США, возбудить в жителях Советского Союза недовольство, и убедить их в том, что в этой разнице виновато исключительно правление коммунистов, убедить их в том, что если бы не социализм, то они сейчас жили бы как американцы.

Почему именно как американцы, а не как жители трущоб какойнибудь латиноамериканской капиталистической страны - такого вопроса в головах большинства наших сограждан даже возникнуть не могло. Тут парадоксальным образом помогла советская пропаганда, приучившая народ воспринимать СССР как великую державу, как силу, сравнимую с США, поэтому никому даже в голову не могло придти, что после установления в нашей стране капитализма мы можем оказаться по уровню жизни в одном ряду с самыми бедными латиноамериканскими (а может быть даже и африканскими) капиталистическими странами.