Спасти Америку
Шрифт:
В очередной раз посмотрев на люстру, Лиля констатирует, что несколько продвинулась к ее краю.
Наконец, девушка оказывается в квартире Дмитрия. И у входа привычно бросает плащ с сумкой на тумбу под зеркалом.
«Что-то случилось! В метро – гигантский затор!» – рассказывает она хозяину.
Широко распахнув руки, Дмитрий обнимает ее. И, рассмеявшись, нажимает пальцем, как на звонок, на напрягшийся сосок под облегающим топом. Лиля невольно вздрагивает, когда следом раздается звонок мобильного.
– Клим сказал,
– Теракты, на станциях? Но до Матвеевой матшколы мы можем добраться только на метро! – восклицает Лиля.
Вновь раздается звонок. Дмитрий отходит к окну. Лиля наливает себе кофе из турки, стоящей здесь же на столике, и забирается с ногами в кресло.
– Позвонила эта крученная телезвезда Лора. Согласилась участвовать в новом шоу! – радуется Дмитрий. – Прости, но наше время вышло!
– Наше время вышло! – передразнивает девушка.
– Но, Лиличка, я же не виноват, что ты застряла по дороге!
– Ты обхаживаешь эту вымороченную теледиву – ради собственной раскрутки! – выговаривает гостья и залпом допивает кофе. – Хотя, признайся, она раздражает тебя?
– Безмерно! Никогда не знаешь, какую маску она нацепит на себя в следующий раз. Позавчера, например, весь вечер изображала томную идиотку с десятком расхожих напыщенных фраз! – усмехается хозяин. – Однако, эта стерва действует на эфирные рейтинги, как виагра на пенисы!
Хлопнув по столику пустой чашкой, Лиля выскакивает в коридор.
Лиля с Матвеем подходит к метро. Оглядывается вокруг, отмечая непривычное безлюдье. Покрепче ухватив сына за руку, набирает в легкие больше воздуха, как будто собирается нырнуть. И решительно толкает тугую стеклянную дверь.
Сняв с шеи шарф в виде звездно-полосатого флага, рабочий деловито протирает вывеску с надписью «США. Форт-Мид. Штаб-квартира Агентства национальной безопасности».
Войдя в кабинет, Ральф докладывает: «Лекарство подействовало, сэр. Правительство утвердило санкции против Москвы!».
– А наша фрау? – интересуется начальник.
– А фрау направилась в парикмахерскую. Она всегда туда заезжает перед встречей с лидером партийной фракции. Может, у них роман? – прибавляет Ральф. – Проследить?
Начальник реагирует неопределенным жестом – мол, потом. И представляет своего собеседника: «Познакомься, Ральф. Глава отдела специальных мероприятий ЦРУ Джордж Коун».
Подняв глаза от лежащего на столе досье, Коун пристально смотрит на сотрудника АНБ. И проговаривает скучным голосом: «Итак, Ральф Хойт. Учился вместе с Эндрю Стапменом. Тем, что растрезвонил на весь мир, якобы мы установили систему тотальной прослушки. И мол, даже отслеживаем контакты союзников и их лидеров!»
– Но мы со Стапменом лишь значились сокурсниками. Не более! – напоминает Ральф.
– А мне докладывали, что вы были достаточно близки! – парирует Коун. И поскольку Ральф пытается что-то объяснить,
вновь обрывает его. – Отправишься в Москву и передашь конфиденциальное предложение от президента. Если Стапмен закроет тему прослушки и вернется в США, ему гарантируют безопасность.Тем временем начальник поливает из детской лейки цветы на подоконнике. Над кактусом с «ушами-тарелками», наподобие мини-радара, он призадумывается. Вода продолжает течь из опущенного носика и уже переливается через край горшка. Спохватившись, начальник машинально выуживает салфетку из ящика углового столика и вытирает лужицу. А мокрый бумажный комок, не глядя, выбрасывает в мусорную корзину. Ральф привычно наблюдает за манипуляциями шефа, тогда как Коун следит за ним с явным неодобрением.
– Но Стапмена охраняют российские спецслужбы! Если на него не сумели выйти ваши сотрудники, как это сделаю я? – удивляется Ральф.
– Нет таких задач, что были бы не по плечу моим парням! – резко отвечает Коун, но далее говорит уже мягче. – Впрочем, мы решили изменить направление поиска. Вот список заведений, где собираются люди, мнящие себя компьютерными гениями.
Он протягивает Ральфу листок с перечнем названий. Просмотрев листок, тот переспрашивает: «А ему, в самом деле, гарантируют безопасность?» Коун вновь концентрирует на лице Ральфа свой тяжелый, под стать увесистому подбородку, взгляд. И заключает: «Стапмен – гражданин США. И хотя он наделал немало глупостей, мы обязаны вытащить его из лап КГБ!»
Когда за подчиненным закрывается дверь, хозяин кабинета возвращается в свое кресло и вопросительно смотрит на коллегу.
– На фоне нашего провала в Крыму, тем более, важно покончить с этим делом, – пожимает плечами Коун. – Хойт настроен на одну волну с объектом поиска и, возможно, сумеет нам помочь.
– Но Хойт…
– Когда он найдет Стапмена, предателя настигнет справедливое возмездие. А Хойт спокойно вернется домой! – заверяет гость.
Лиля спит в сиреневой пижаме с оборками. Ей снится, что в некой арабской стране исламские радикалы захватывают российскую балетную труппу. И после того, как очередная танцовщица исполняет свою партию, ее подхватывают с помоста два боевика. И далее похожее на гильотину устройство отрубает еще одну красивую головку с фигурной прической, которую тут же втыкают в песок. От заключительного танца солистки у многих присутствующих выступают слезы на глазах. Сидящий в центре главарь боевиков взмахивает платком, извещая о помиловании. Но балерина вдруг взмывает вперед – в отчаянном прыжке – и кто-то стреляет, конечно. И когда ее голову тоже втыкают в песок, Лиля в ужасе просыпается.
Не глядя на часы, дрожащими пальцами нажимает на телефонные кнопки. Раздаются гудки. И в правом верхнем углу в темноте как будто зажигается лампа, высвечивающая в круге света ее приятеля Нетужилкина.
– Нетужилкин! – Лиля едва не кричит. – Срочно нужно выяснить, не направляется ли балетная труппа из России на гастроли в арабскую страну? У тебя ведь повсюду есть друзья из «Левого марша».
– Вот до каких кошмаров можно дойти – на политической почве! – сонно зевает в ответ Нетужилкин.