Спасти дроу

— Агнес… — эльфийка опешила, — В такой час?

— Впусти нас. Это срочно, — коротко бросила человечка.

Едва за спиной незваных гостей захлопнулась дверь, Триссна магией соорудила шумовую защиту — теперь никто посторонний их беседу не услышит.

— Триссна, ему известны имена, — человечка указала на своего спутника, — Имя отравителя и его сообщников. Возможно, не всех.

— И в чём проблема? — эльфийка покосилась на вольмондца, — Пусть расскажет тебе. Ты доложишь куда следует.

— Видишь ли, Триссна, — Агнес виновато развела руками, — Он отказывается мне говорить. Требует аудиенции королевы. Готов поведать свои знания, в обмен на жизнь и свободу.

— Да как ты смеешь! — Триссна смерила мужчину взглядом, будто он был ничтожным червяком, — А может мне лучше познакомить тебя с Арчи, а? Он хороший малый. Умеет развязывать языки.

— Не торопись, целитель, выбивать из меня правду, — без тени страха ответил мужчина шершавым голосом, — Лучше доставай из закромов своё пойло и веди к Её Величеству. Мне есть о чём потолковать с ней.

— Ты слишком наглый для вольмондца, — фыркнула эльфийка.

Целитель перевела взгляд на человечку и угрожающим тоном заключила:

— Хорошо, Агнес. Я отведу тебя к ней. А ты, чужеземец, — Триссна злобно зыркнула на мужчину, — Если твои слова ей не понравятся, ты вернёшься в храм без языка. А перед этим, — целитель скрежетнула зубами и указала пальцем на человеческую женщину, — Увидишь, как медленно и мучительно умирает она.

Глава 28

Глава 28

— А чего пол столицы сюда не притащили? Совсем сбрендили? — взревела Вейдайри при виде нас с Триссной в компании ошарашенного Иорана, узревшего чудо воскрешения, — Никак в конец ополоумели?!

Триссна провела нас теми же тайными тропами во дворец к принцессе. Иорану целитель приказала завязать глаза и я вела его за руку, как слепого котёнка. Не всегда удачно, надо сказать. Пару раз бедолага ударился лбом о низкие своды подземного коридора.

Прямо сейчас мы все трое стояли перед Вейдайри на коленях, виновато опустив головы. Но истинного страха не было. В душе я ликовала.

Иоран мастерски опутал речами бывшего фаворита принцессы и узнал такое, за что и помилование выхлопотать не грех.

Первой заговорила Триссна.

— О, великая, — к разгневанной принцессе сейчас надлежало обращаться именно так, — Этот чужеземец заявил, будто знает имена заговорщиков и согласен назвать их только в обмен на жизнь и свободу.

— Мерзкий убогий червяк! — Вейдайри ударила кулаком по столу так, что мы трое разом подпрыгнули, — Как посмел ты ставить мне условия?!

За спиной Её Высочества молчаливый тенью нависал Фабиан, супруг принцессы. И, клянусь, за эти дни он как будто возмужал. Вроде тот же тонкий звонкий юноша, но взгляд уверенный, осанка царственная и появилась эта непробиваемая эльфийская сдержанность, присущая его сородичам.

— Вейдайри, выслушай его, прошу… — я попыталась было встать на сторону моего дроу, но принцесса жестом остановила меня.

— Агнес, ты помнишь наш уговор, — жёлтые глаза сузились, — На какую милость ты рассчитывала, вознамерившись открыть чужеземцу мою тайну?

— Я не знал вашей тайны, — Иоран попытался меня оправдать, — Я просил аудиенции Её Величества. Агнес привела меня к целителю.

— Триссна? — взглянув на целительницу с недоумением, Вейдайри выгнула бровь.

— Что? — выплюнула эльфийка, — К королеве надо было его тащить?! Или, чтобы сдох под пытками? Он готов отвечать перед тобой под зельем правды. А ты сама решай — выпускать его отсюда живым или нет.

Краем глаза я заметила, как нежно, почти невесомо Фабиан коснулся плеча принцессы. Она раздражённо прикрыла веки, сделала глубокий вдох и, наконец, ответила:

— Встаньте. Обе.

Мы молча повиновались.

— А ты стой, как стоял, — Вейдайри рявкнула на Иорана, но он и так, кажется, от напряжения даже забывал дышать, — Пей зелье, раз сам захотел. И учти, — принцесса посмотрела угрожающе, — Я ничего не буду обещать тебе, вольмондец.

Иоран разом опрокинул содержимое склянки, поморщился, — вкус у зелья действительно премерзкий, — И с вызовом посмотрел на венценосную эльфийку. Без страха и смирения.

— Ты заявляешь, что тебе известно имя отравителя, — принцесса начала допрос, — Кто он и откуда сведения?

— Ваш бывший фаворит. Кажется, его звали Айнан, — ровным тоном отвечал дроу, — Он признался в содеянном, а я подслушал.

При упоминании Айнана скулы у светлого эльфа напряглись. Всего на какое-то мгновение, но я это уловила.

— Кто ещё слышал его признание? — вопросы Вейдайри звучали бесстрастно.

— Этот Айнан очень сожалел о содеянном, раскаивался. Просил жреца позволения стать добровольной жертвой на празднике. Агнес узнала об этом и попыталась отговорить от опрометчивого шага. Тогда фаворит и признался. Думал, что ей, человеческой женщине, никто не поверит.

— Агнес?

— Это правда, Вейдайри, — я коротко кивнула.

— Дальше, — скомандовала эльфийка моему дроу, — Говори.

— Как и положено будущей жертве, Айнан прошёл церемонию посвящения и получил магическую печать. Но, как оказалось, намерение стать жертвой он скрыл от своей матушки и она примчалась в храм, дабы вызволить обезумевшую от чувства вины кровинушку.

Эта часть истории не была мне известна и я сама, как и все присутствующие, слушала, жадно впитывая каждое слово.

— Мамаша Ларди, перво-наперво отправилась на переговоры с верховным жрецом, — поведал дроу, — Но вот, что любопытно. Разгневанная фурия, обезумевшая от страха за своего сына мать, в разговоре со слугой Бога растеряла всю свою хватку, постепенно согласилась с его доводами и, наконец, со всем смирением приняла выбор сына. Ах, да, — хмыкнул Иоран, — Забыл сказать. Они все не просто в курсе, а прекрасно осведомлены, кто и каким образом обработал ваши, достопочтенная принцесса, простыни. Жрец, как выяснилось, сам посоветовал мамаше, кхм, подложить вам своего сынка.