Спираль

«Возьми их под свою защиту». На что он, черт побери, намекает? Защиту от чего или кого? Выходит, он знал, что кто-то замышляет против него недоброе? Тогда почему никого не предупредил?

Джейк сходил в кладовку и достал солдатский ранец, к которому не прикасался много лет. Он вытащил его на середину комнаты, оставляя за собой дорожку песка. В пустыне от него не было никакого спасения — песок проникал повсюду.

Больше всего Джейка раздражала его сыпучесть. Выроешь окоп — стенки тут же обрушатся. Поднимется ветер — тебя сразу же начинает заносить. Через два года после войны Джейку попалась книга, которая точно передавала его ощущения, — «Женщина в песках» японского писателя Кобе Абе. Джейку снились кошмары — будто песчаные стены рушатся, погребая его под собой. Можно копать без передышки день за днем, но песок все прибывает. Он и сейчас чувствовал себя, словно погребаемый заживо.

В уме зародилась, постепенно укрепляясь, шальная мысль. Джейк вспомнил рассказ Лиама о супероружии японцев и потоплении в Тихом океане корабля со всеми матросами на борту. Вполне вероятно, что смерть профессора и похищение ползунчиков связаны с тайной Лиама — препаратом узумаки. Коннор взял с Джейка клятву, что тот никому ничего не скажет. С истории о токсине так и не сняли гриф секретности, она оставалась одной из последних официальных тайн давно минувшей войны. Джейку тогда показалось, что ирландцу просто захотелось поделиться пережитым, как часто бывает со старыми людьми. А что, если тут замешано кое-что посерьезнее? Может быть, женщина пытала Лиама, чтобы выведать какие-то секретные сведения?

Мэгги не могла заснуть, хотя в доме стояла абсолютная тишина. Прошел час, прежде чем она собрала вместе разбегающиеся мысли. Ее преследовали воображаемые картины страданий деда. Он корчился в агонии, кричал…

Она явно сглупила, отправив Джейка домой. Мысли о нем вызывали смущение, нарушали привычный покой. Дилан подружился с Джейком, она же никак не могла перестать нервничать в его присутствии. Не время сейчас заводить новые отношения. Боже, как это все пережить?!

Мэгги заставила себя успокоиться, навести порядок в мыслях. Перед ней на столе лежала папка, оставленная Мелом Лорином. Рядом — инструкции к поиску «почтового ящика» и кружок со светящимися, мигающими грибковыми фигурами — гриб, наконечник стрелы и ползунчик.

Дед не покончил с собой — в этом теперь можно не сомневаться. Он действительно бросился вниз, но лишь потому, что хотел вырваться из-под контроля своей похитительницы. По крайней мере такое объяснение — страшное, но рациональное — имеет смысл. А «почтовый ящик», светящиеся грибы тогда к чему? Они тоже не случайность, он явно оставил близким подсказку накануне гибели. Значит, они что-то упускают из виду. Лиам где-нибудь оставил дополнительный намек.

Вот только какой? Мэгги вновь просмотрела материалы в папке, оставленной юристом. Кроме записки о «почтовом ящике», ничего необычного. «Думай, Мэгги Коннор, думай! Включи логику!» Если Лиам оставил еще одну подсказку, здравый смысл подсказывал, что она должна обнаружиться в самом конце проделанного ими пути.

В результате поисков они обнаружили деревяшку со светящимися грибами. Мэгги поднесла ее к лампе. Дед просверлил в боку деревянного кружочка три отверстия и вставил тонкие стеклянные трубки с культурами грибов, на случай если поросль на поверхности не взойдет. Теперь это показалось ей странным. С какой стати он так беспокоился, чтобы грибы выжили?

Три символа мигали разноцветными огоньками. Мэгги внимательно осмотрела их, пытаясь обнаружить какие-нибудь водяные знаки, тайную надпись — хоть что-нибудь. Лиаму пришлось серьезно потрудиться, чтобы заставить грибки мерцать в столь четкой последовательности. Трюк — биологический контур обратной связи — был ей известен. Сначала необходимо экспрессировать зеленый флуоресцентный белок, взятый у медузы Aequorea victoria,затем данная экспрессия генерирует ген-супрессор, который «отключает» белок. Красные и желтые грибы использовали тот же принцип, лишь белки были разными. Лиам и прежде устраивал подобные шутки. Он был мастером генетических метаморфоз.

Мэгги остановила взгляд на зеленом наконечнике стрелы, символе «почтового ящика» ее сына. Длинный сигнал, потом короткий. Неравномерно как-то мерцает. Созданная Лиамом цепь работала с заметными перебоями.

Да нет! Какие там перебои. Это же повторение кодового сигнала!

Мэгги вспомнила детство. Они с дедом играли в телеграф, выстукивали сообщения азбукой Морзе. Потом она и Дилана научила передавать морзянкой свое имя.

Красный — один длинный сигнал, два коротких.

Зеленый — длинный, потом короткий.

Желтый — длинный, короткий, потом опять длинный.

Боже! Уж не зашифровал ли он буквы из имени правнука? Прошла еще секунда, и скрытый смысл точек и тире открылся ее сознанию.

Мэгги схватила деревянный кружок с грибами. ДНК! Догадка осветила разум, как вспышка молнии. Она схватила инструкцию.

Тропинка спрятана в лощине, она по дну ее ползет. Ты попадешь в земельный фонд, тропа к речушке приведет.

Первая буква в начале строки — или А, или Ц, или Т. Взятые вместе, первые буквы строк читались как ТТАТАТАЦТТ. Последняя буква в строке — либо Г, либо Т: ТТГГТТТТГГ.

Первые и последние буквы образуют две короткие генетические последовательности.

Это же праймеры — начало и конец генетической цепи!

Мэгги завороженно смотрела на светящиеся грибы. Лиам спрятал сообщение в грибах — в этом не оставалось никаких сомнений. Он зашифровал послание в их геноме.

Джейк проснулся на диване одетым, его разбудил звонок телефона. Заснул, как провалился в черную дыру, где не было места сновидениям. Рука нащупала мобильник на кофейном столике. Шесть тридцать утра. Джейк узнал номер, но код города — 202 — означал, что звонили из Вашингтона.

— Алло?

В трубке раздался женский голос:

— Профессор Стерлинг? Не кладите трубку. С вами через минуту будет говорить заместитель советника по национальной безопасности.

Секретарша отключилась.

Лоуренс Данн? Вундеркинд от внешней политики, один из немногих предсказавший и быстрый развал СССР, и не менее быстрый подъем Китая? Джейк встречался с Данном всего лишь раз, на приеме научного совета Министерства обороны, незадолго до того, как последнего назначили замом советника по нацбезопасности. Данн умел себя подать, производил впечатление исключительно умного человека, но Джейку он все равно не понравился. Опыт бывшего военного подсказывал, что гражданских лиц в составе органов национальной безопасности легко заносило в опасную сторону. Людям, которым не доводилось порезаться самим, нельзя доверять жонглировать ножами над головами других. Данн был из числа таких жонглеров.

— Профессор Стерлинг?

— Слушаю.

— Лоуренс Данн. У меня сейчас дел невпроворот, так что не будем ходить вокруг да около. Вы работали бок о бок с Лиамом Коннором, верно?

— Да.

— Он когда-либо упоминал о человеке по имени Хитоси Китано?

— Это тот, что миллиардер? Нет. А что?

Наступило молчание.

— Нужно, чтобы вы приехали в Форт-Детрик. Не откладывая.

— Зачем?

— Сейчас нет времени на объяснения. Наш сотрудник позвонит и организует ваше прибытие.

— Хорошо, но зачем такая…

— Профессор Стерлинг, я тороплюсь, но хотел бы лично подчеркнуть один момент. На сегодняшний день любые беседы между вами и Лиамом Коннором являются секретными сведениями, которые надлежит обсуждать только с уполномоченными на то лицами. Вам понятно?

В дверь Джейка постучали. Он двинулся к ней, прижимая телефон к уху.

— Я бы не сказал, что мне все понятно. Почему вы…

— Прошу вас, профессор, не спорьте. Мы все обсудим при личной встрече.