Сплошной разврат

Рекламщица молчала и кляла себя за лишнюю болтливость.

— Хорошо. — Леонид положил на стол визитную карточку менеджера по рекламе фирмы «Мега-С». — Будем считать, что первый шаг к сотрудничеству сделан.

— А сколько шагов нужно сделать до подписания контракта? — спросила заведующая отделом рекламы Упавшим голосом.

— Два. Позвоните мне, пожалуйста, как только объявится ваша золотая авторша. Договорились?

Леонид не обманул гостеприимных девушек, приглашавших его на кофе. Он решил, что о сложных взаимоотношениях редактора журнала и ее заместителя лучше беседовать с рядовыми сотрудниками «Секс-моды». И не ошибся. Местные девушки просто завалили его сплетнями и страшными рассказами о Симкиной и Григорчук, причем о последней, несмотря на свежесть утраты, он не услышал ни одного доброго слова. Образ покойницы никто не пытался сделать не то что светлым, а даже в меру темным. Сотрудники журнала были, на удивление, единодушны в оценке Светланы Григорчук: властная, недобрая, беспринципная, мстительная. Редакторшу свою Элеонору Симкину они жалели: «Бедная баба». Циничное замечание Леонида о том, что, дескать, смерть Григорчук пришлась Симкиной как нельзя более кстати, все бурно поддержали: «Да, повезло, ничего не скажешь».

С одной стороны — повезло, заметил Леонид, а с другой — не заподозрят ли вашу редакторшу в убийстве?

На него посмотрели как на сумасшедшего. Кого Элеонору? Чушь собачья.

Младший оперуполномоченный Зосимов покидал редакцию «Секс-моды» в хорошем деловом настроении. Он слегка замешкался у машины, потому что ключи от нее завалились за подкладку плаща, и, когда он уже усаживался в автомобиль, его внимание привлекла любопытная фигура — к входу в Дом прессы уверенно шла девушка в ярко-рыжем парике, темных очках и зеленом пончо. «Ой, красавица», — развеселился Леонид, внимательно ее разглядывая. Любая внешняя аномалия интересовала младшего оперуполномоченного Зосимова с профессиональной точки зрения. Он был уверен, что просто так, без причины никто не будет напяливать пончо зеленого цвета и парик модели «пакля». Еще со времен учебы в театральном вузе он хорошо усвоил, что хороший парик — это тот, который не похож на парик. В данном случае мы имели совсем плохой экземпляр, вызывающе плохой, как будто носитель оного старался продемонстрировать всем, что на голове его именно парик, а ни в коем случае не волосы.

Разглядывая девушку из автомобиля, Леонид думал о том, что же заставило ее так вырядиться. Девушка как девушка, все в норме, ноги, руки, походка… Саня! Лейтенант Зосимов аж подпрыгнул и больно ударился головой. Что она здесь делает в таком виде? Не далее как три часа назад она уверяла Василия, и Леонид при этом присутствовал, что отправляется в фонд «Наша демократия», где и пробудет целый день.

Планы менялись. Зосимов запер машину, бросил ключи в бездонный карман плаща и пошел за Сашей. Его ничуть не удивило, что она поднялась на пятый этаж, на котором располагалась «Секс-мода», и уверенно проследовала к кабинету исполнительного редактора. Он, скорее, удивился бы, если бы Саня в своем маскарадном костюме пошла в какое-нибудь другое место.

Леонид занял наблюдательный пост в мужском туалете, неизвестно зачем наличествующем в этом женском царстве, и, высунув нос в приоткрытую дверь, предался напряженным раздумьям. То, что Саня что-то задумала, сомнений не вызывало, равно как и то, что задумала она нечто рискованное, иначе не стала бы скрывать свою затею от дружественного убойного отдела. А значит, Леонида с Василием ждали тяжелые времена. Все, без исключения, Санины авантюры выходили им боком. Между тем через пару минут после того, как Саня зашла в кабинет исполнительного редактора, туда же прошествовали две солидные дамы (вероятно, из руководящего состава редакции) и уже знакомая Леониду заведующая отделом рекламы.

Саня появилась в коридоре через полчаса, поправила перед стеклянной дверью съехавший набок парик и, довольно улыбаясь, зашагала к лифтам.

— Стоять! — рявкнул Леонид из своего укрытия. — Руки за голову, ноги расставить.

— Фу, какая пошлятина, — томно отмахнулась Саня. — Где ты набрался этой дряни, Ленечка?

— Тебе идет новый прикид, — с отвращением процедил Леонид сквозь зубы. — Цвета веселенькие, как у дорожных рабочих — издалека видать, чтобы пьяный водитель самосвала при виде тебя в панике сворачивал в кювет. Паричок такой гаденький. Красота, конечно, страшная сила и, соответственно, требует жертв, но голова-то небось потеет?

— Что там может потеть? — удивилась Саня. — Там же кость.

— Я жду объяснений, — потребовал Леонид. — Немедленно!

— Видите ли, коллега, — начала Саня (она тоже, как и вся редакция «Вечернего курьера», освоила новое вежливое обращение к собеседнику), — в силу собственного совершеннолетия, которое, увы, минуло уже давно, а также в соответствии с важнейшей статьей Конституции о праве граждан на передвижение я могу самостоятельно выбирать маршруты следования. Вот так. А в соответствии с другой статьей Конституции о праве на выбор одежды…

— Да. — Леонид кровожадно прищурился. — Хорошая статья, я тоже ее люблю. Раз ты так хорошо знаешь Конституцию, то помнишь, наверное, что там есть еще одна замечательная статья — о праве…

— …на выбор спиртных напитков? — пискнула Саша.

— Не-е-ет. О праве немедленно доложить о встреченных безобразиях товарищу капитану Коновалову.

— Леня! Я пошутила! — взмолилась Саня. — Не надо! Не ябедничай.

— Тогда рассказывай, и поподробней.

— Ладно, — неожиданно легко согласилась Саня. — Пойдем отсюда, я тебе по дороге все расскажу.

Далеко уйти они не успели. Из кабинета исполнительного редактора выплыла заведующая отделом рекламы и, увидев Леонида с Саней, страшно обрадовалась:

— Вы уже все знаете? Вот и прекрасно, а то я собиралась вам звонить.

— Что — все? — не понял Леонид.

— Что мадемуазель Резвушкина, — заведующая ткнула пальцем в Саню, — намерена продолжать сотрудничество с нашим журналом. И в ближайших номерах планируются ее статьи о двух ведущих политиках. Так что к подписанию контракта с вашей фирмой мы готовы.

Леонид сначала онемел и на лице его застыла кривая глупая улыбка, а затем крепко схватил «мадемуазель Резвушкину» за локоть и поволок ее к лифту.

Глава 18 ТРОШКИН

Семен приехал поздно вечером, и Трошкин уже порядком извелся, дожидаясь его. Выражение лица адвоката не предвещало ничего хорошего.

— Что? — выдохнул Трошкин. — Что еще?

— Девочка работает на милицию, — жестко сказал Семен. — Засланный казачок.

— Да я же сам ее заманил, — попробовал возразить Трошкин. — Сам. Еще и уговаривал.

— Ты ей подыграл, не более того. Точнее, она воспользовалась твоим вниманием. Девчонка хитрая и умелая. Вот так-то, Саша.

— Подожди! — Трошкин вскочил и начал расхаживать по кабинету. — Подожди. А ты не ошибаешься?

Семен с оскорбленным видом пожал плечами.

— Расскажи мне все по порядку, — попросил Трошкин. — Нет, я тебе полностью доверяю, но все-таки…

— Пожалуйста. — Семен достал из портфеля блокнот. — Слушай, Фома неверующий. Итак, мы же знали, что после нашей анонимки менты приедут в «Рощу». Замаскируются и приедут. Ты сам говорил, что появление твоей распрекрасной девочки не вписывалось в схему — она не из тусовки, не начальник, не ведущий журналист — никто.

— Мы предполагали, — возразил Трошкин. — Анонимная угроза накануне выборов — не новость. Они легко могли не поверить в то, что Иратова собираются убивать. Они легко могли счесть анонимку за предвыборный трюк.