Сплошные неожиданности

— Пожалуйста, пожалуйста! А ты… — Карина помялась, — бабушку вспоминаешь?

Димка испугался: вдруг заревёт? Но Таня ответила весело:

— Нет.

Глаза у Карины округлились.

— Нет? — переспросила она растерянно.

— А чего я её вспоминать буду? Я её и так помню. Баю-бай! Ты мой сыночек! Я его Витенькой назову, хорошо?

— Назови, как хочешь, — Карина с улыбкой разглядывала девочку. — Танечка, а где твой папа?

— Тётя мне не разрешает говорить, что мой папа в Индии.

Димка фыркнул:

— Но ты уже сказала.

Таня нахмурила брови:

— Что я сказала? Ты ко мне, мальчишка, не лезь, а то как дам!

— Не зубоскаль, Крюков, а ты, Таня, не груби!

— И мамочка моя тоже в Индии, — сообщила Таня. — Но они скоро приедут. И привезут мне слонёнка.

Димка хихикнул:

— А тигрёнка не привезут?

Таня глянула на него сердито и попросила Карину:

— Прогони его!

— Ну зачем же? — сказала Карина. — Он мальчик не такой уж плохой. Не дразни ты её, Крюков!

К ним подошла девочка в розовом капоре, протянула руку к пупсику:

— Дай посмотреть!

Таня двумя руками прикрыла пупсика.

Карина огорчилась:

— Посмотреть-то дай! Не жадничай!

Таня прижала пупсика к себе и вдруг соскочила со скамейки.

— Вон тётя Эля вышла! Побегу к ней, покажу… Приходи, девочка, сюда гулять, хорошо? — И уже на бегу оглянулась и крикнула: — А ты не приходи… Крюков-Дрюков!

Димка засмеялся.

Карина задумчиво смотрела, как Таня подскакивает возле своей тётки, показывает ей пупсика. Пробормотала:

— Неясно, приучила Эльвира её к жадности или нет?.. А теперь пойдём к бабушке, к Татьяне Сергеевне. Вставай, Крюков-Дрюков!

Советы

— Жадная она или нет, не знаю, — сказал Димка, — но что нахалка, это точно. Вроде тебя. — Однако за Кариной поплёлся. Любопытно, что ещё настырная девчонка надумала?

Бабушка была дома и очень им обрадовалась:

— Проходите, гости дорогие! Садитесь!

Комната небольшая, а кажется просторной. Потому что вещей в ней мало: диван, маленький круглый стол, шкаф, стеллажик с книгами, три стула. Вот и всё. Но уютно и как-то весело, должно быть, от цветов. В двух горшках на подоконнике что-то яркое распустилось, и в вазе букет красуется.

— Бабушка, мы пришли вас обрадовать! Танечка уже гуляет и на днях в садик пойдёт.

— Ей ещё завтра к врачу, — напомнил Димка. — Впрочем говоря… — и фыркнул.

Карина смерила его строгим взглядом:

— Пожалуйста, Крюков, не балагань! Бабушка, мы Танечку во дворе видели. И разговаривали. Просто чудесная девочка. Умненькая такая! Говорит: «Зачем я буду бабушку вспоминать, я её и так помню!» Пять лет недавно исполнилось, а уже такая самостоятельная!

Бабушка слушала с жадностью, задавала вопросы, а сама застелила стол скатертью, поставила вазочки с вареньем и с печеньем. Принесла из кухни чайник.

— Ну, зачем же вы беспокоитесь? — сетовала Карина. — Нам просто неудобно. Варенье смородиновое? Самое моё любимое! А кукла на диване какая хорошенькая! Это… Танина?

— Конечно. Играет, когда приходит. Приходила… — голос у бабушки дрогнул.

— Злодейство, ну просто неслыханное, вот так разлучать! — воскликнула Карина. — Просто не-возмож-но! Надо что-нибудь предпринять! Воздействовать на Эльвиру!

— Максимовну, — сказала бабушка.

— Пусть — Максимовну, это дело не меняет.

Димка покраснел, потом сказал:

— Бабушка, я знаю, что делать! Украдите Таню, и дело с концом! Пусть тётка поволнуется, это ей на пользу. От волнения утихомирится. Украдите, — а отдадите потом.

Бабушка хитро прищурилась:

— Во что бы то ни стало хочешь сделать меня похитительницей детей, да? Кидн-ап, вот как это называется по-английски. К сожалению, совет твой неосуществим, Димочка, увы!

— Почему?

— Во-первых, Таня сразу расскажет в детсаду, что она теперь живёт у бабушки. Эльвира Максимовна устроит немыслимый скандал.

— А вы не водите её в детсад, пока она украденная.

— Но дело не только в садике. Эля отчаянно испугается. Такого потрясения она не заслужила.

— По-моему, очень даже заслужила, — свирепо сказала Карина. — Уж слишком вы, бабушка, добрая. Вот Эльвиру… Максимовну жалеете, а себя нет. И нерешительная вы, бабушка милая, уж вы простите меня. Написать сыну обо всём этом безобразии не решаетесь, как следует поругаться с Эльвирой — можно ведь и не при Тане — не решаетесь…

— А что от этого изменится? — вставила бабушка. — Еще сильнее рассердится.

— И как вы только решились увезти Таню на такси, не понимаю!

— Вы и про поездку на такси знаете? — удивилась бабушка. — Ну детки пошли! Да вот решилась. Уж больно соскучилась. В детсаду её отпустили сразу после тихого часа. А не знаете ли вы, всезнайки, бранила ли Таню за эту поездку тётя Эля? Или ничего, обошлось? Я тогда привезла Танечку в садик в начале шестого, отдала воспитательнице, а больше её и не видела. Так уж вышло… — У бабушки заблестели слёзы.

Карина испуганно заморгала:

— Бабушка, не расстраивайтесь!

Димка заёрзал на стуле.

— Ничего, ничего, — прошептала бабушка. — Дотерпим как-нибудь. Только ждать ещё долго. Когда ещё Танечкины родители вернутся…

Великолепная записка

И тут Димка решил взять инициативу в свои руки. Шлыкова упрекает его в безволии. А вот и нет! Есть у него воля! Он способен совершить поступок очень даже решительный и смелый!

— Я знаю, что делать! — заявил он голосом, который казался ему прямо-таки железным. — Другого выхода, я считаю, у нас нет! Надо Таню выкрасть. Нам самим. Вот! Бабушка не хочет, а мы это сделаем!

— Ой! — сказала Карина. — Уж не знаю… Без согласия бабушки? И куда мы её денем? К бабушке ведь нельзя, раз она не хочет…

— К тебе отведём. Как раз каникулы наступают. У тебя и поживёт.

— Но что я скажу маме с папой? Откуда эта девочка? Они не позволят мне красть ребёнка.

— Придумай что-нибудь. Скажи, что это — сестрёнка твоей подружки и что все там уехали, а тебя попросили присмотреть.

— Но ведь Эльвира страшно испугается. Мне её, конечно, не жалко. Но всё-таки. И… она же кинется в милицию.