Шрифт:
Пролог
Ветер осенний листву сорвал,
Мокрую землю устлав бурым ковром.
Тонкие плечи твои дрожат…
А ведь я говорил: Дивения, захвати теплый плащ.
— Думаешь, стоит идти туда вдвоем? Это может быть опасно.
— Здесь везде опасно, Кать. Вдруг там найдется что-нибудь интересное. Разве тебя это не будоражит? Столько зим прошло!
Двое шли по зеленой равнине, подставив тульи походных шляп хмурому небу. Равнина раскинулась
— Да… возможно… Но, там же сейчас гнилые болота. Много шансов столкнуться с тварями, — неуверенно сказала девушка с длинными светлыми волосами.
— Разве нас это когда-то останавливало?
Девушка хмыкнула, соглашаясь со спутником.
— Я просто уверен, что мы найдем там кучу редких растений! Тем более, что сейчас сезон цветения. А еще тайник очередного скряги! Только представь, какие заклинания там могут быть спрятаны! — воодушевленно продолжил парень. — К тому же, тебе ведь уже нужно заказывать зелье Батэфиса!
Девушка игриво толкнула спутника плечом:
— Номи, ты как всегда. Такое чувство, что мой прогресс тебя волнует даже больше, чем меня.
Парень резко замер, взяв девушку за руку. Он медленно подошел к ней, коснулся своим кончиком носа ее, и тихо произнес:
— Это так. Ты — всё для меня.
— Не говори этого, — смутилась девушка, спрятав глаза. Пусть ей и было уже двадцать, она так и не научилась принимать чужую нежность. Всю свою подростковую юность она провела в обществе, приученном подавлять проявление чувств.
— Нет, я не устану этого повторять. Ты — всё для меня, Катерина. Всё! — пылко выдал парень и крепко обнял ее.
Девушка мгновенно выкрутилась и побежала вперед, бросив остолбеневшему влюбленному:
— Думал бы ты так, если бы остался со своими, мой остроухий друг? Наверняка, пока наставник не забрал тебя, ты уже и невесту себе присмотрел!
— Нет же! — крикнул он вслед, и ответом ему был веселый хохот убегающей девушки.
Парень сорвался с места и устремился за ней…
В центре маленького лагеря возвышался факел с красным огнем, рядом с ним обычный — желтый. Между деревьями наспех собранный навес укрывал двоих. Катерина лежала головой на груди Номирэса и напевала странную мелодию на неизвестном ему языке. Он обнимал ее рукой и смотрел сквозь верхушки деревьев на звезды.
— Чувствуешь? — спросила она.
— Ага. Беснуются, твари.
— Здесь их слишком много.
— С клеткой нам ничего не грозит, — сказал он.
— Да знаю я. Просто до сих пор не привыкну чувствовать их жажду, — нахмурилась Катерина, теснее прижимаясь к парню. — Так мерзко и…
— Мерзко — даже слишком подходящий термин. Давай спать. Чур я первый дежурю!
— Хитрец! — обидчиво надула губы девушка, но ее глаза довольно щурились. Она прекрасно знала, что Номирэс уступает ей, зная, как ей сложно засыпать в ночь…
— Кать, ну что там? — спросил Номирэс стоящую у него на плечах девушку. Его лицо давно покрылось потом, но ноги крепко стояли, а руки держали сапоги напарницы. Она уже добрых пять минут пыталась что-то разглядеть в наддверном окошке. Сама дверь была тяжелой и не отпиралась, а рушить они не решились, чтобы не пошатнуть целостность строения.
— Пыльно, грязно, мокро…
— Это-то понятно, — фыркнул он. — Забраться сможем?
— Ага, я как раз нашла, за что
канат зацепить, — ответила Катерина. Она тут же прошептала заклинание, и канат в ее руке одним концом выстрелил к сухой на вид потолочной балке, самостоятельно обвязавшись вокруг нее. Сам потолок давно обвалился, а эти несущие элементы, явно дубовые, даже гнили едва ли поддались.Когда Номирэс оказался внутри, вскарабкавшись по стене вслед за девушкой, он ахнул. Ему еще никогда не приходилось видеть столько предметов старины в одном месте. Все было покрыто толстенным слоем паутины, и тело невольно вздрагивало при мысли, что этого придется касаться, но общее воодушевление никуда не делось.
Девушка уже была с факелом в одной руке и кисточкой в другой. Игнорируя стоящие на виду ларцы, драгоценности и, предположительно, магические артефакты, она сразу же начала осматривать стены в поисках секрета.
— Думаешь, это не все? — прикрыв нижнюю часть лица платком, спросил Номирэс.
— Уверена. Эти любители забрать все свое с собой в могильник самое ценное всегда прячут. А что для чародея самое ценное? Правильно — заклинания, — отложив кисточку, ответила девушка. — Ищи отличающиеся по виду части кладки.
— Да знаю я. Вот чего я не понимаю, так это зачем вообще что-то оставлять, почему просто не уничтожить?
Девушка пожала плечами:
— Мне кажется, что это как с логикой преступника: и попасться не хочется, и похвастаться тянет. Вот, например, посмотри на нашего наставника. Он ведь всю жизнь испытывал новые чары, даже на себе. Это куча зим и большая опасность. Но что теперь? Просто умереть, уничтожив свои труды? Нет. Всё это нужно кому-нибудь передать. А если некому? Если ученик разочаровал, а другого найти не успел?
— Ну точно не своим… — хмыкнул Номирэс, понимая, к чему она ведет.
— Вот именно. От своих соперников, которые переживут его зим на пять-десять, он все хорошо спрячет. Но будет надеяться, что его наработки найдут те, кого он не знает и не ненавидит. С кем каждый день не спорил и не мечтал убить. Желательно, зим через сто, кто-нибудь посторонний, — сказала Катерина, многозначительно подмигнув парню.
В этот момент Номирэс надавил на камень, и кусок стены задрожал, сбросил с себя пыль и начал медленно уходить вглубь.
— Но было бы легче, используй они пространственную нору, — сказал он, сделав шаг назад.
Катерина подошла ближе и, всматриваясь в уезжающую дверь, пробормотала:
— Нору никто может никогда не найти, что противоречит логике схрона… Если ориентиры исчезнут, она останется в забытьи.
Наконец темный зев полностью открылся, и выставив вперед руку с факелом, Номирэс шагнул первым. Они прошли десяток метров вниз, по грубо вырытому в породе тоннелю, стараясь не касаться сырых стен, и оказались в подземном склепе: небольшая подземная комната, четыре на четыре, с низким потолком и магической защитой от разрушения. Посреди стоял саркофаг, а слева от него большой сундук, обвешанный цепями и большим замком.
— Как банально, — пробурчал Номирэс. — Ни фантазии, ни вкуса. Точно человек.
— А чего ты ожидал? Отражение личности, встречающее тебя с почестями и фанфарами?
— Да хоть бы и Отражение. Я когда нашел заметки о великом архе чародее, почившем где-то в глубине Мертвых Болот, решил, что это место окажется чем-то безумным, — проведя пальцем по плите саркофага, ответил парень.
Катерина хохотнула:
— Ты никогда не изменишься. Такой мечтатель.
— Это плохо? — наиграно надулся тот.