Сталь

Первым выступает знаменитый инженер Джемс Нэсмит, изобретатель парового молота. Вот его подлинные слова:

— Я не хочу нисколько оспаривать первенство мысли или выполнения, но я должен напомнить, что несколько лет тому назад я взял патент на введение пара в железо при пудлинговании. [5] Это можно считать первым шагом на этом пути. Но Бессемер обогнал меня на целую милю, и я откровенно признаюсь, мне не остается ничего другого, как, вернувшись домой, разорвать свой патент.

5

Употреблявшийся до Бессемера способ получения железа. Чугун плавится в малых количествах и все время ворочается длинными штангами, пока не загустеет. После этого молотками удаляется шлак. Очень дорогой способ.

Вторым говорит мистер Будд:

— Я смеялся вчера над вами, но сейчас я предлагаю вам бесплатно свой железоделательный завод для дальнейших опытов…

На следующий день.

— Покупайте «Таймс»! «Таймс»! Величайшее изобретение нашего века. Получение железа без огня. «Таймс»! «Таймс»! Доклад великого Бессемера. Напечатан целиком. «Таймс»!

* * *

В течение нескольких недель Бессемер получает за право использования патента 27 000 фунтов (270 000 руб.), и почти тотчас же начинаются неприятности. Бессемер применял для своих опытов бленавонский чугун, очень чистый и содержащий мало примесей. Этот чугун нельзя было иметь в больших количествах. Заводчики употребляли различные чугуны, не заботясь об их чистоте, и железо получалось со всевозможными примесями и очень низкого качества.

— «Таймс»! «Таймс»! Покупайте «Таймс»! Мошенничество Бессемера! «Таймс»! Бессемер поддел на удочку наших заводчиков! «Таймс»! «Таймс»! Удачная спекуляция шарлатана! Крупное мошенничество! «Таймс»!

«…Но я со своей стороны, как ни был сначала поражен, ни на одну минуту не терял веры в то, что все опять будет хорошо. Я слишком глубоко постиг принцип, на котором была основана вся теория, чтобы сомневаться в его правильности. Защищаться печатно было бесполезно… Продажей патента я выручил большие суммы, которые я по справедливости мог считать своими, так как они были ставкой в спекуляции совершенно так же, как и издержки, которые должен был сделать я сам. Но я не хотел этим удовольствоваться… Мой компаньон Лонгдон, который имел ко мне неограниченное доверие, тоже решил держаться меня до конца и нести свою долю издержек».

Глава десятая

Я не хочу подробно рассказывать о дальнейших опытах Бессемера, так как боюсь, что вся эта глава будет один сплошной химический анализ различных сортов чугуна. Эти анализы делает Бессемеру известный химик профессор Генри. В результате Бессемер находит, что лучший чугун — это шведский, полученный на древесном угле. Но ни один завод не хочет производить новых опытов.

Бессемер открывает свой завод в Глефорильде.

Этот завод за 14 лет работы принес доходу в 57 раз больше того капитала, который был затрачен на его основание, и был наконец продан за сумму, в 24 раза превышающую основной капитал. Бессемер получал ежегодно доход в 600 %, доход, не снившийся ни одному ростовщику.

Теперь Бессемер достиг вершины своих мечтаний — у него слава и капитал.

* * *

— Взгляните, — говорит компаньон Келли м-р Дурфи, — я привез вам из Англии подарок — портрет величайшего изобретателя.

— Джон! — восклицает Келли и как потерянный смотрит на карточку. — Это Джон…

— Не Джон, а Генри Бессемер. Разве вы его знаете?

Келли садится в свое кресло и начинает плести косичку из бахромы. Пальцы у него трясутся. С карточки смотрят холодные, пронзительные глаза. Келли застегивает сюртук.

— Что с вами, мистер Келли, вам нехорошо?

Миссис Келли хватает карточку.

— Я его знаю, — говорит она. — Этот человек работал на нашем заводе в Виандоте и сбежал, не получив жалования. А где второй? С ним был еще товарищ, повыше. Где он его потерял по дороге? Или он убил его, чтобы свидетелей не было?

— Я не знаю, — говорит Дурфи. — Но, послушайте, надо начать процесс. Вы его выиграете. Американский патент Бессемера очень подозрительный. Что-то в роде: «Я не заявляю к патенту вдувание воздуха, так как этот способ известен и применялся раньше». Вы понимаете, это про вас, мистер Келли.

Келли встает, опирается о стол и все еще непослушным срывающимся голосом говорит:

— Я не умею. Я не буду. Я не могу бороться с таким ловкачом.

* * *

— Вы хотите, чтобы я купил ваш патент. Да, конечно ловкач.

Когда некий Муше предлагает ему свое изобретение Бессемер встречает его изысканно любезно:

— Муше, мой милый, вы очень наивны. Зачем же мне тратить деньги на то, что я могу получит бесплатно. Вы находите, что ваш способ противоположен моему. Я прекращаю обезуглероживание, когда у меня выгорело достаточное количество углерода, а вы обезуглероживаете до конца, а потом снова прибавляете чугун. И ваш способ лучше? Приходите завтра ко мне на завод, и вы увидите, что я применяю ваш способ.

— Мистер Бессемер…

— Не волнуйтесь, мой милый Муше. В крайнем случае я преподнесу вам золотую бессемеровскую медаль, премию, которую я основал при Институте железа и стали…

— Мой патент…

— Ну, и что же патент? У меня самого их больше сотни. Мне ваш патент совсем не нужен. Мне нужно ваше изобретение. Вы думаете, ваш патент защищает его. Приходите на мой завод. Я при вас получу вашим способом сталь и при вас продам ее покупателю, а потом доказывайте, что вы придумали это раньше. Мы живем в капиталистической стране, мой дорогой, и у нас один закон и один владыка — капитал. И у меня этот капитал есть, а у вас его нет. Всего хорошего.

И уже в дверях с великолепным жестом:

— Так и быть, в старости, когда вы будете умирать с голоду, я дам вам пенсию.

Он сдержал свое обещание.

Глава одиннадцатая

— Любопытно знать, что на это скажет этот дьявол Бессемер.

Джентльмен, сидящий в углу купе, по-видимому нездоров. Он поднимает воротник пальто, закрывает лицо носовым платком и собирается уснуть.

— Очень любопытно, Джек. Но ты ужасно неосторожен. Как можно в вагоне говорить о таких серьезных вещах.

— А ты, Реджи, попросту смешон. В купе мы одни.

Собеседник глазами указывает на больного джентльмена. Второй собеседник жестом указывает, что он спит и не слышит.

— Реджи, это будет номер. Я даже над «Пончем» так не смеялся, как мы будем смеяться, когда обведем этого чорта вокруг пальца.

— Ты знаешь, мистер Броун пришел к нему и предложил ему 50000 фунтов за его патент, а этот чорт говорит: «Благодарю вас, я больше трачу на перчатки, а вы по-видимому считаете меня дураком». Броун говорит: «Я главный владелец фирмы „Ebbу Vale“». А тот отвечает: «Это мне безразлично». Броун так трахнул дверью, что штукатурка посыпалась, и сказал: «Я вам покажу».

Больной джентльмен начинает храпеть во сне.

— Нам приходится тратить большие деньги из-за этих сложных уклонений от бессемеровского способа. Но теперь, когда мы образуем акционерную компанию…

— Рэджи, мы чуть не проехали. Наша станция.

И они почти на ходу выскакивают.

Больной джентльмен сразу подымается и вытаскивает расписание поездов. Вот первый поезд обратно в Лондон.

На следующей станции он тоже выходит. В ту же ночь возвращается в Лондон и на следующее утро приходит к банкиру фирмы «Ebby Vale».