Сталь

На огромном поле, окруженным замшелыми валунами, топорщились под холодным ветром латанные палатки. Сотни островерхих ветхих времянок, которые так часто берут на охоту или в дальний поход, чтобы переночевать под открытым небом. Но сейчас в этом временном городе собрались тысячи беглецов от неожиданно нагрянувшей войны. Дети. Женщины. Старики и старухи. Мужчин и юношей не было. Они либо уже сгинули в далекой земле во время неудачного похода, либо спешно готовились к обороне обезлюдевшей столицы. Здесь, у древней границы, сбились к кучу самые слабые и беззащитные. Несколько старух, когда-то стоявших у штурвала драккаров, пытались организовать хоть какое-то подобие порядка. Делились теплой одеждой и одеялами, собирали у больших костров скудные припасы. Таскали из пробегавшей мимо речушки воду и готовили горячий травяной чай. И с затаенным страхом оглядывались на юг, не появятся ли там в сером мареве чужие паруса чернобоких галеонов. Не придет ли оттуда смерть, которая чуть-чуть не успела вцепиться в глотку.

Но паруса вынырнули с севера. Пять шхун с белоснежными полотнищами скользнули с вышины и медленно стали заходить на посадку, подрабатывая широко распахнутыми рулями. И на каждом корабле на центральном парусе скалился навстречу ветру лик призрака, распахнувшего в немом крике беззубый рот.

– Кто это?
– подслеповата щуря глаза, одна из старух пыталась разглядеть гостей.

– Ведьма. Ледяная Ведьма... Я думала, она сгинула во время взрыва в Форкилистаде. По-крайней мере ее не видели после этого, - ответила подруга, шамкая беззубым ртом.

– Ведьма... Боги любят ее. Может, она поделится удачей и с нами...

Легко сбежав по опущенным мосткам, навстречу молчаливой толпе двинулась седовласая женщина в кроваво-красной кожаной юбке, стегавшей ее переплетением ремней при каждом шаге. Следом молча неслышными тенями двигались четверо телохранителей - бритых налысо громил с топорами на поясах и покрытых черными узорами по всему телу.

Остановившись перед замершими впереди старухами, Ледяная Ведьма спросила:

– Вы стоите на границе моих земель. Я - фру Алрекера, хозяйка севера. Дальше - мой народ. А снизу - повелители ящеров, мои побратимы. Я - голос снегов и холода, которые ждут любого, кто шагнет за межевые камни. Есть ли голос у вас, вставших лагерем здесь?

– Мы голос “сыроедов”, кто выжил, - ответила одна из старух, разглядывая исподлобья гостью.

– Зачем вы здесь?

– Чтобы умереть, если враги догонят нас.

– А где ваши воины, кто обязан был защитить ваши дома? Где ярл, который обещал золото и лодку каждому, кто пойдет в поход на Арис? Где они, кто впустил врагов на порог нашего дома?

Толпа молчала. Потому что Ведьма лишь озвучила очевидное, вытащила на белый свет то, о чем шептались по углам недовольные. Шептались, вместо того, чтобы высказаться против горлопанов, слишком многое обещавших и накликавших гнев богов на эти земли.

– Я вам скажу. Вы и ваши вожди убили ярла Локхи Скейда, его брата и всю его дружину. Вы и ваши вожди не стали готовиться к обороне против Барба-Собирателя и помчались на край света за чужим золотом в Арис. И теперь вместо драккаров с воинами у нас лишь могилы, на которых пируют враги...

Вытащив узкий нож, Алрекера провела им по левой ладони и подняла руку повыше, чтобы видели все. Окропив клинок каплями крови, Ведьма прокричала, чтобы каждый услышал, каждый в этой огромной немой толпе:

– Я, фру льда и снега, тоже “сыроед”, я плоть от плоти наших камней и дух вечной ночи! Я никогда не била в спину друзьям и всегда отдавала долги врагам! И я спрашиваю вас, кто бежал от чужих мечей сюда, в холод и мрак: готовы ли принять меня как своего ярла или вернетесь обратно, к своим разоренным очагам?! Стоит ли мне заботиться о вас, как своих детях, или пожелать лишь удачи в далекой дороге? Ответьте мне, люди моего народа. И я отдам последнее каждому, кто замерзает у погасшего костра. И преломлю с ним хлеб, и поделюсь глотком воды. Потому что я есть хранитель этих земель. И если мой народ примет меня, то буду драться за все Тронные острова, пока смерть не остановит меня!..

С огромным трудом одна из старух медленно опустилась вниз и преклонила левое колено. Опираясь на ее плечо, следом опустилась еще одна, затем еще и еще... Тихие шепотки полетели от одного к другому:

– Это великая колдунья! Она убила своими руками всех, кто напал на семью и нарезала ремней из их спин! Она питалась печенью врагов, пока ее не нашли родственники! Она помогала старому ярлу с огненным оружием и жгла корабли Барба на границе! Она выжила в огне великого пожара и может заморозить любого, кто выступит против! Она - Ледяная Ведьма!

Когда толпа преклонила колени, лишь несколько человек остались стоять столбами, с ненавистью и страхом разглядывая хозяйку северных земель. Ткнув в них пальцем, Алрекера приказала:

– Берите лодку, возвращайтесь в Форкилистад. Передайте остаткам орды, которую вываляли в дерьме и перьях: я готова принять любого простым воином, если он примет мое право на жизнь и смерть. Никаких больше вольных. Никаких капитанов и вождей ватаг. Здесь лишь мое слово что-то значит. И лишь я решаю, что мой народ будет делать сейчас и потом. А кому не нравится, пусть живет сам, как сочтет нужным. И не пытается встать у меня на дороге...

Дождавшись, когда изгнанники поднимут крохотный баркас и отправятся на юг, Ведьма помогла старухам подняться и громко, чтобы слышали все вокруг, скомандовала:

– Разбить лагерь по походному! В каждом десятке половина детей, половина взрослых. Десятники выбирают сотника. Каждый сотник отбирает носильщиков, которые выстраиваются для получения грузов! На каждый десяток - мешок угля с кораблей и вязанку хвороста. На каждый десяток мешок солонины и мешок круп! Если у кого нет котлов и мисок - на самой левой шхуне получите недостающее! Пока не стемнело, я хочу, чтобы везде горели огни, чтобы вы могли согреться. Одеяла и палатки на второй шхуне. Утром вы должны отобрать самых слабых и малых для того, чтобы мы начали их переправлять в деревни на севере. Там уже готовы вас принять на зиму. Остальных я вывезу чуть позже... Мы - “сыроеды”! Мы вместе и мы - справимся с любым горем! Боги любят нас!..

***

Первый гонец успел добраться до полковника Рампа за рекордный срок. Замерзший до состояния льдышки, еле живой солдат сообщил командиру:

– Орда “сыроедов” развеяна. Больше половины уничтожено, остальные бежали. Приграничье выжигается, согласно вашему приказу. Сопротивления нет! После завершения рейда корабли пойдут назад. Купцы с продовольствием и захваченным скотом уже сформировали первый караван и будут дома со дня на день.

Эту же новость вместе с детальным докладом тут же отправили в столицу. И через два дня другой еле живой от усталости гонец докладывал Барбу, вручив сумку с пачкой мелкой исписанных листов. А на следующее утро король собрал генералов, чтобы обсудить новости и решить, что делать дальше.

– Итак, господа, в прошлый раз мы решили готовить наши войска к весеннему наступлению. Некоторые возражали, что выделенных сил нехватит на защиту всех рубежей и существует возможность контратаки от соседей. Но теперь я хочу вас ознакомить с последними, самыми свежими новостями.

Подцепив лопаточку на длинной ручке, Барб подошел к карте, расстеленной на большом столе, и одним широким движением смел на пол россыпь фишек с территории Тронных островов.

– Шаг первый. Рамп только что уничтожил все существенные силы здесь. Остались буквально несколько драккаров, которые с побитой командой сумели удрать как можно дальше. Деревни выжигаются, местное население бежит во льды. Через месяц там начнется зима и я не уверен, что до первых весенних лучей доживет хотя бы половина “сыроедов”. Значит, это шаг номер раз.