Старые долги

* * *

— И как это понимать? — поинтересовалась Синтия у своей сокамерницы.

В ответ Миина Тлегу лишь молча пожала плечами и подошла к решеткам камеры. Дернув дверь, алари с удивлением обнаружила, что она открыта.

— Ничего себе, — покачала головой женщина, после чего хмыкнула и резким движением сдернула с тонких запястий браслеты-негаторы.

— Неужели у нас появился шанс сбежать? — подошла к ней Синтия, уставившись на глубокие красные полосы, оставшиеся на белой коже алари.

— Не исключено, — вздохнула Тлегу, — Вот только… Кто сюда пожаловал? Наших почти всех поубивали или сюда прислали… Оставшиеся на свободе точно не смогут организовать такой налёт…

— Не важно! — перебила её Синтия, бросившись к выходу из секции.

— Стой! — крикнула ей в спину Тлегу, — Ты же ничего не знаешь!

Впрочем, далеко сокамерница Миины не убежала. Перед открытыми дверями секции её встретил огонь выехавших из своих гнезд турелей. Миина прикрыла глаз, готовясь услышать визг лазерных пушек, но вместо него раздался лишь гул станнеров. Турели работали в режиме парализации.

— Эй, мрази! — раздался крик охранника с КПП, — Не выходить из камер! Стреляю на поражение!

Впрочем, развернувшиеся в сторону надзирателя турели заткнули его гнилой рот. Визг тяжелых лазеров ударил по ушам Миины, заставив поморщиться. Зато охранника попросту прожгло длинной очередью алых импульсов, что разрезали его на две неравные части.

Выглянув из камеры, алари встретилась с остановившимся глазами мужчины. Его верхняя половина тела ещё дергалась, а грудь опускалась и поднималась, но уже было понятно — он не жилец.

— Вот так-то… — прошептала Тлегу, вернувшись в камеру.

Чтобы справиться с подступившим к горлу тугим комком тошноты, женщина принялась выполнять дыхательную гимнастику для взятия под контроль своих эмоций.

В целом, привыкшая просчитывать если не всё, то многое, специалистка по работе на бирже принялась анализировать ситуацию, дабы отвлечься от происходящего. Она прекрасно понимала, что не в силах ничего сделать и ей остается лишь ждать развязки, которая неминуемо окажется кровавой. Ведь, чем бы ни закончился этот налет на тюрьму, свидетелей никто не станет оставлять.

Оглядев камеру, Миина поморщилась. В этом месте негде спрятаться. Тюрьма не увеселительный аттракцион. Тут всё построено и оборудовано таким образом, чтобы заключенные оказались лишены малейшего шанса на бегство.

— Значит, будем ждать развязки, — выдохнула Тлегу, опустившись на пол.

После двух с половиной десятков лет в тюрьме, унижений, изнасилований, издевательств, избиений и допросов, на которых с ней не церемонились, алари уже не верила ни во что хорошее. Сейчас она решила просто подождать, принимая грядущее и не пытаясь что-то изменить.

Раздавшиеся очереди из лазерных винтовок, оборвавшиеся после ответных выстрелов из плазменного оружия, послышались тяжелы шаги. Кто-то тяжелый двигался по коридору вдоль камер. Заключенные, так и оставшиеся на своих местах, предпочли затихнуть, чем удивили женщину.

Однако, настоящий шок она испытала, когда шаги остановились возле её камеры, а искаженный до бесполого состояния голос спросил:

— Миина Тлегу? Главный финансист «Restat ut de Imperatore»?

Открыв глаза, женщина уставилась незнакомца в тяжелом бронескафандре, шлем которого был повернут к алари.

— Да, — кивнула Миина, — Что с того?

— Ты хочешь мести за свою жизнь и своих друзей?

Вопрос, заданный странным незнакомцем, оказался далеко не тем, который она ожидала услышать. Это означало, что далеко не выжившие соратники по уничтоженной организации смогли добраться до неё.

— Хочу, — выдохнула алари, — Очень хочу.

— Тогда иди за мной.

Глава 41

— С какими силовыми структурами сотрудничает ваш культ? — в который раз поинтересовался я, вытирая руки от крови жрицы.

Увы, Янина Малинюс оказалась упертой и сукой, решившей играть в героиню. Из-за этого приходилось буквально выбивать из неё нужные сведения, чередуя или совмещая пытки и ментальное зондирование. Последнее было не самым приятным дело в силу того факта, что сущность, контролирующая культ, серьёзно перестраивает своим адептам разумы.

— Великая Алакария! Взываю к милости твоей и…

Воткнув иголку в нервный узел в локте пленницы, я оборвал очередную попытку помолиться и поморщился. Несмотря на фанатичный блеск глаз и упорство, кричала от боли жрица не хуже других людей.

— Тебе самой не надоело?

Когда игла покинула нервный узле в локте, Янина уставилась на меня с нескрываемой ненавистью.

— Меня освободят, — спокойно произнесла пленница, — Ты даже не представляешь кого додумался похитить и пытать, ублюдок!

— Да? И как же тебя найдут, если никто не знает ни кто я, ни где мы?

— Рано или поздно, ты покажешь своё лицо, — покачала головой жрица.

— Только не тебе, — усмехнулся я, втыкая иголки в нервные узлы на обоих локтях, — И если меня смогут найти… К этому времени ты уже будешь покойницей. Только к своей хозяйке не попадешь.

Несмотря на боль, жрица начала что-то выкрикивать на незнакомом языке. ИИ сразу же нашел в своих базах данных информацию. Жреческий диалект культа Алакарии. Мразь явно пыталась меня проклясть.

Схватив пленницу за лицо и запустив в её разум новый сканирующий щуп, я спокойно произнёс:

— Ты отрезана от своей хозяйки. А без неё все жреческие фокусы — просто слова, лишенные силы. Сама по себе ты — мясо. Материал для наших ритуалов. А теперь… Пора перейти к новому уровню нашего общения.

До сего момента мы старались не калечить жрицу, дабы не потребовалось тратить ресурсы на оказание помощи. Однако, учитывая то, что в этот раз удалось засечь в её памяти, вынуждало прибегнуть к более радикальным мерам.

Янина Малинюс — жена одного из самых одиозных представителей антимагических движений в Федерации, а так же — руководитель отдела по обеспечению жертв для их хозяйки в Культе Алакарии. Эта мразь прибыла в «Дом Радости» с одной целью — договориться о выкупе заключенных для жертвоприношений.