Стажер

– Сит, - начал он издалека, - возможно, ты и прав. Может, меня кто и по голове стукнул, может, я сам головой ударился. От этого много чего и забыл. Так?

– Ну вот, я же тебе об этом и талдычу всю дорогу, - радостно закивал мальчик. Видно было, что гордится собой. Надо же, сходу такой правильный диагноз поставил. Не зря учеником Шептуна считается.

– А вот я тоже слышал от Шептуна, - тут Ник слукавил, - что людям с таким... м-м-м... с такой болезнью надо все объяснять, как, скажем, ребенку маленькому. Тогда они быстрее смогут все и вспомнить.

– Ну...
– Сит явно задумался, - так я ж тебе и так все объясняю. По несколько раз объясняю. А день проходит, ты опять за свое. Может, ты забываешь, что я говорю? Вот сейчас говорим, а завтра ты опять меня об этом спрашивать будешь, да, Ник? Надо сказать Шептуну, пусть он тебя в Городе целителю какому-нибудь покажет. Там знаешь какие там целители? Кого хочешь вылечат. Шептун в Городе многих знает. Как доберемся, я сразу его попрошу. Чай не ты, не забуду.

"Вот и поговорили", - Ник все же он заставил себя ему улыбнуться. Обогнав повозку, он зашагал впереди нее своим размашистым шагом. "Даже в сложной ситуации есть позитивные моменты, надо просто постараться их разглядеть", - вспомнил он слова отца. Наверно, тот знал, что говорил. Больше тридцати лет заниматься гуманоидными цивилизациями, хочешь не хочешь, научишься. "А ведь мы с ним так редко общались, - с какой-то тоской вдруг подумал Ник, - даже когда он прилетал в свой очередной отпуск. Домашние посиделки всей семьей за круглым столом, где все обмениваются общими фразами, не в счет. Сейчас бы ой как кстати пригодились его советы".

Хотя - Ник вдруг взглянул на ситуацию с другой стороны - любой сотрудник Комитета по Контактам, начиная от захудалого стажера, заканчивая самим Епифанцевым, не раздумывая, поменялся бы с ним местами. Ник усмехнулся, вспоминая курс лекций "Поведенческие аспекты контактов с представителями разумной гуманоидной расы. Теория и Практика". Он прослушал 40 часов занятий плюс сточасовой ускоренный гипнокурс. Там было собрано великое множество рекомендаций от специалистов самых высоких научных степеней и званий. А также воспоминания звездолетчиков - первооткрывателей внеземных цивилизаций, имена которых Ник знал с самого детства. Даже описывались весьма занятные курьезные случаи при первых контактах. Заканчивался же курс довольно лаконичным параграфом Љ 747-А из Устава Звездоплавания.

"При обнаружении на планете признаков деятельности (в т.ч. бывшей деятельности без срока давности) инопланетного разума предписывается в кратчайший срок покинуть объект, предварительно уничтожив все следы своего пребывания".

Далее следовало, что о находке полагалось немедленно сообщить куда следует, а именно в Комитет по Контактам или его ближайший филиал. Одним словом, надо было сразу бежать как от чумы, предоставив разбираться со всем этим профессионалам. Становилось сразу понятно, что весь прослушанный курс лекций и выеденного яйца не стоит. Предсказать, как, где и когда, а, тем более, что нужно будет делать в конкретной ситуации, было не под силу ни одному специалисту.

Вот и сейчас Ник шагает по доселе не известной планете, вращающейся вокруг никому не известной звезды, а рядом преспокойненько идет представитель разумной гуманоидной цивилизации и доводит его своей тупостью до белого каления. Надо будет порекомендовать специалистам разработать дополнительный курс по контактам. Так часов на десять, нет, лучше двадцать. Он даже название им подскажет: "Как не выглядеть дураком в глазах тринадцатилетнего гуманоида". Нет, слово "дураком" лучше изменить на семантически близкое - "идиотом".

Настроение, как ни странно, улучшилось. Впереди показалась небольшая деревушка. "Весьма кстати, - подумал Ник. Начинало темнеть.
– Рон, скорее всего, специально подгадал, чтобы успеть добраться до нее засветло".

Когда они подъехали, Валу уже договорился с местным старостой насчет ночевки. Рона видно не было. Наверное, уже прошел в одну из хижин. Шептун, кряхтя, выбрался из повозки и, ругаясь про себя, начал растирать затекшие ноги. Сит тем временем распряг ленивцев и повел их на задний двор к стойлу. Ник вздохнул полной грудью. Воздух пах чем-то цветочным и был слегка сладковатым, как на пасеке где-нибудь на Алтае. "Что-что, а с экологией здесь на пять с плюсом", - констатировал Ник.

– Давайте сюда!
– повернувшись на голос, он увидел Рона. Тот стоял на крыльце бревенчатого дома и махал им рукой.

Ник закинул за спину довольно внушительный мешок Шептуна и не спеша зашагал к нему.

Дом имел два этажа и отличался от соседствующих с ним хижин размером и какой-то солидностью. Он напоминал постоялый двор, во всяком случае, как представлял себе его Ник. Внизу располагалась просторная зала. Посередине стояли три длинных грубо сколоченных стола с такими же длинными скамьями рядом. По углам находились еще четыре столика с массивными стульями. В правом дальнем темном углу виднелась лестница, которая, как понял Ник, вела на второй этаж.

Навстречу им вышла дородная пожилая женщина с длинной седой косой и молча, кивнув головой, направилась наверх. Все сочли это приглашением и последовали за ней. Один Валу, как ни в чем не бывало, уселся за самый большой стол, не удосужившись даже снять заплечный мешок.

– Пак, дружище!
– во всю глотку заорал он.
– Кто-то в прошлом году проспорил мне бурдюк медовухи!
– В тот же момент из-за неприметной дверки показался щупленький мужичок неопределенного возраста с взлохмаченными волосами.

– Валу, толстяк, ты еще жив? А мне давеча рассказывали, что тебя сожрал бородавочник. То-то я не поверил. Такого толстопуза, как ты, ни одной твари не переварить!

По тому, как они начали ржать и хлопать друг друга по спине, стало понятно, что состоялась долгожданная встреча давних друзей. Уже поднявшись наверх, Ник услышал, как мужичок фальцетом причитал:

– Осторожней, жирный стинх, ты так мне все кости переломаешь!

Женщина, все так же молча, указала охотникам на две свободные комнаты и заторопилась вниз. Одна была чуть попросторнее. В ней решили разместиться Шептун, Сит и Ник. Другая комната досталась Рону и Валу. Побросав прямо на пол свои нехитрые пожитки, все поспешили спуститься в залу. У Ника заурчало в животе. Из кухни доносился аппетитный запах жарившегося мяса.

Ужин удался на славу. То ли сказался длительный переход, то ли еда и впрямь была вкусной, но смели ее в один присест. Потом хозяин, старый знакомый Валу, выставил на стол бурдюк с золотистой жидкостью. Напиток оказался весьма недурственен. По вкусу он в лучшую сторону отличался от браги, которую гнали в Долине из пьяного дерева. Ближе к ночи в дом ввалилась другая группа охотников. По приветственным возгласам Ник понял, что это люди из соседней с ними деревни. Они, наоборот, держали обратный путь из Города и, судя по восторженным выкрикам, были полны впечатлений. Столы сразу сдвинули вместе, и трапеза продолжилась с новой силой. Ник время от времени ловил на себе любопытные взгляды, но никто так ни разу к нему не обратился.

– Я слышал, что ты со своими ребятами отправил к Ушедшим Уло, старейшину вакхов?
– сказал один из них, глядя на Рона.

– Да, это верно, - нехотя подтвердил Рон.

– Когда придете в Город, держите ухо востро. Там целая делегация южан. Как мы слышали, к самим Хранителям пожаловали. Требуют справедливого возмездия.

– Справедливого возмездия!
– тут же встрял в разговор Валу.
– Эти лживые детеныши желтобрюха заманили нас в ловушку, и если бы не этот Найденыш, наши души собирали бы сейчас нектар на Доминии.