Стелла

— Об этом мы можем… Тоже поговорить потом! — я оттянула пряди его волос назад и провела языком по шее Кая к уху, в котором была эта адски дурацкая серьга.

Он резко выдохнул и сжал меня сильнее, как только мой язык прошёлся по костяшке к мочке, а потом я и вовсе втянула в рот это безобразие, отстегнула зубами и сняла с его уха.

— Я думаю, да! — ответил Кай, гипнотизируя в полумраке тяжёлым взглядом мои губы, в которых между зубами была зажата серьга.

Следом я охренела, потому что он вырвал своим ртом эту фигулину из моего, и выплюнул её на пол тут же, вернувшись к моим губам, чтобы втянуть их и продолжить движение к дивану.

— У нас проблема, — прошептала разорвав наши облизывания, когда меня усадили верхом на себя и плавно потянули змейку замка на спине вниз, расстёгивая платье.

— У нас нет проблемы, — его губы накрыли кожу над чашечками платья и поползли вверх, вынуждая провести ладонью по его загривку снова и притянуть ближе.

Верх платья упал вниз, а мои глаза непроизвольно закрылись от того, как кожа сосков начала натурально прокалывать во рту Кая. Ещё момент и я бы не выдержала и сама залезла в его брюки, но Кай оторвался от меня и уверенным движением стянул платье через мою голову.

— Это будет длинная ночь, — он ухмыльнулся и подкинув меня на коленях, чтобы я села удобнее, достал что-то из кармана.

— Это… Зачем столько? — я округлила глаза, когда из его правой руки выпала и размоталась лента с контрацептивами.

— Я долго ждал этого момента. И вот этого выражения на лице госпожи Корн тоже.

— Ты неадекватный! — я хохотнула и мы замерли.

В какой-то момент до меня дошло, что происходит, но опомниться и начать мыслить здраво я не смогла. Потому что получила самый нежный поцелуй, на который был способен этот человек. А следом реальность дрогнула совсем, потому что вернулось безумие, в котором нежный поцелуй перерос в настоящий вихрь из спонтанного дыхания и хаотичных движений, в которых я и опомниться не успела, как буквально простонала в его губы от облегчения, с которым ощутила, как меня наполнили до краев. Словно сосуд, в котором плескалось мое желание.

Кай повел губами по моему лицу вниз, совершенно не двигаясь во мне, а позволяя привыкнуть к себе и тому, как его плоть пульсировала и обжигала изнутри.

Я повела бедрами и почувствовала, как Кай резко выдохнул и поднял лицо, чтобы найти мои губы снова. Мягко обхватить их своими и отпустить. В какой- то момент мои плавные движения стали сплетать наши взгляды, а пульсирующее ощущение в мышцах только бешено нарастать. С каждым толчком оно становилось только сильнее, а руки Кая начали вжимать меня в пах, и насаживать на член резко и остро. Так что каждый раз это заканчивалось неясной вспышкой перед глазами и глубоким дыханием, которое переходило в стон.

Я пыталась сдерживаться. Сжимала губы и сильнее хваталась за его плечи. Пытался тише дышать и Кай, но напряжение только нарастало, и этого было мало. Мне было мало того, как всё потемнело перед глазами, а тело сковала волна дрожи от удовольствия, пока движения и толчки только наращивали амплитуду, а угрозы нежной грубости, воплощались в жизнь раз за разом. Всё сильнее, всё глубже и всё слаще. Так что тело била крупная дрожь, а в горле высохли последние капли влаги.

Потому наутро я совершенно не поняла, как оказалась на голой груди парня, сопящей в его шею, пока по моему позвоночнику гуляли его пальцы, а в теле приятно ныла каждая мышца.

— Спи… — всё-таки прошептала и обвила рукой грудь Кая, закинув ногу поверх одеяла прямо на него.

Диван оказался тесным, но это не могло не радовать.

— Я сплю, — тихий шепот коснулся моего уха, и я растаяла от ласкового поцелуя в волосы.

— Нам ехать на стадион через два часа. А спали мы от силы часа четыре. Ты свалишься прямо на сцене, и твой Сонбэ меня уволит.

— После того, что ты решила устроить из нашего номера, как бы он не выкрал тебя и не спрятал в подвалах агентства. Я вот… — он медленно повел ладонью по моему бедру вниз к икрам и с улыбкой закончил, — …уже продумываю целый план, как сделать из тебя свою рабыню.

— Ты же воспитанный и очень застенчивый парень, откуда такие грязные мыслишки? — я приподнялась и положила подбородок на свою руку, смотря в заспанные черты лица.

"Обычный… Совершенно обычный, но все равно чертовски НЕобычный Кай…"

— Я действительно упаду прямо на сцене, если мы не вылезем из этого вороха одеял в ближайшее время, — я проследила за взглядом Кая, и со злорадной ухмылкой подтянула одеялко выше, прикрываясь.

— Верни на место… — убито прошептал Кай, а я ответила:

— Остальное после того, как "SFire" порвут Рим в клочья.

— Это вызов? — Кай прищурился, а я хмыкнула.

— Возможно.

Что нужно мужчине, чтобы он почувствовал, что схватил мир за яйца? Оказывается, этому конкретному мужику хватило страстно-жаркого марафона, чтобы я захотела его продолжения, только посмотрев в глаза Кая в гримерке.

Когда я появилась в трейлере, меня тут же встретили выкриками и тихими аплодисментами. Под стадионом "Olimpicco" собралась невообразимая толпа людей всех национальностей. Среди тех, кто хотел попасть на этот концерт было пять фандомов, которые приехали прямиком из Кореи.

Сцена на футбольном поле монтировалась четыре дня, и только два дня назад начались репетиции групп. Потому естественно, никто и не мог видеть тех, кто сейчас стоял передо мной.

Когда мы вышли из трейлера, мне показалось, что даже зрители на трибунах умолкли. Но это конечно было невозможно. Хотя вот те участники групп, трейлеры которых стояли рядом с нашим, раскрыли рты тут же.

Впереди само собой шли пацаны. Ну как шли, скорее стучали тяжёлыми ботинками по полу, пока на всех красовался глубокий каптур, скрывая лицо почти полностью. Для каждого сшита своя куртка, или плащ асимметричного кроя из мягкой кожи, которая внизу стилизировано оборвана в клочья. Под плащом Джина, например, красовалась полупрозрачная рубашка черного цвета, с кожаной горловиной, в виде не обычного воротника, а стойки.

На Шине и До Шике идеально смотрелись подобия косух, с той разницей, что на спине была эмблема эры группы "SFire" и куртки сшиты из нубука. С ними как раз и пришлось намучаться, поскольку материал намного плотнее обычной вырезки из кожи. Под их куртками тело согревали атласные безрукавки, с кожаными вставками, которые треугольным вырезом внизу, открывали часть торса и пупок.

Спины Кея и Кая обтянули приталенные асимметричные пиджаки, удлиненного кроя, под которыми не было ничего. Абсолютно. А кожа облепила торсы настолько, что прослеживался рельеф мышц, но весь вкус был в том, что правых рукавов ни у первого, ни у второго не было. А вместо них на руку одевалась перчатка по локоть, которую, словно змеи, оплетали цепочки из серебра.