Степные рыцари

Проследив за выселением казаков, дворянин Засецкий помчался в Москву доложить царю об исполнении его указа.

* * *

Вместе со всеми казаками прибыл к себе, в Черкасск, и Гурьян. Теперь он освободился от всех ратных и служебных дел.

Войдя в свой родной курень, он снял шапку, перекрестился на иконы:

— Ну, здорово живете, родные!

Мать вгляделась подслеповатыми глазами в этого статного, дюжего казака. Сердце ее дрогнуло, она узнала сына.

— Гурьяша! — воскликнула она, бросаясь в его объятия. — Ну какой же ты большой да славный стал! Уходил ты из дому махоньким хлопчиком, а пришел каким казачиной.

— Мамуня, ведь пять лет прошло. Много за это время пережито.

— В том-то и дело, родной мой, что много, — заплакала мать. — И отца за это время потеряли, и Матюху.

— Царствие им небесное, мать, — вздохнул Гурьян. Вдруг лицо его засияло в улыбке: он услышал из горенки плач ребенка. — Зато, мамуня, ежели не ошибаюсь, внук у тебя, никак, голосистый растет, а?..

— Растет, — улыбнулась старуха. — Иди, иди к ним, — слегка подтолкнула она сына в спину. — Ждут тебя.

Распахнув дверь в горенку, Гурьян увидел свою любимую Фатиму, кормившую грудью младенца.

— Гурэйка! — гортанно вскрикнула она. — Наконец-то дождались.

Гурьян прижал жену и сына к груди своей. От радости у него повлажнели глаза.

* * *

И после стольких страданий зажил Гурейка счастливой жизнью.

Вскоре на Войсковом казачьем кругу взамен умершего в Азове Лукьяна Персианова Гурьяна выбрали войсковым дьяком.