Стихи

И я спешу в мою гусарскую семью,

Где хлопают еще шампанского оттычки.

Долой, долой крючки, от глотки до пупа!

Где трубки?.. Вейся, дым, на удалом раздолье!

Роскошествуй, веселая толпа,

В живом и братском своеволье!

1832

ЕЙ

В тебе, в тебе одной природа, не искусство,

Ум обольстительный с душевной простотой,

Веселость резвая с мечтательной душой,

И в каждом слове мысль, и в каждом взоре чувство!

1833

NN

Вошла - как Психея, томна и стыдлива,

Как юная пери, стройна и красива...

И шепот восторга бежит по устам,

И крестятся ведьмы, и тошно чертям!

1833

ВАЛЬС

Ев. Д. 3вой*

Кипит поток в дубраве шумной

И мчится скачущей волной,

И катит в ярости безумной

Песок и камень вековой.

Но, покорен красой невольно,

Колышет ласково поток

Слетевший с берега на волны

Весенний, розовый листок.

Так бурей вальса не сокрыта,

Так от толпы отличена,

Летит, воздушна и стройна,

Моя любовь, моя харита,

Виновница тоски моей,

Моих мечтаний, вдохновений,

И поэтических волнений,

И поэтических страстей!

1834

* Золотарева Евгения Дмитриевна - дочь пензенских помещиков, с которой у Давыдова был продолжительный роман.
– Прим. ред.

25 ОКТЯБРЯ

Я не ропщу. Я вознесен судьбою

Превыше всех!
– Я счастлив, я любим!

Приветливость даруется тобою

Соперникам моим...

Но теплота души, но все, что так люблю я

С тобой наедине...

Но действенность живого поцелуя...

Не им, а мне!

1834

ЗАПИСКА, ПОСЛАННАЯ НА БАЛЕ

Тебе легко - ты весела,

Ты радостна, как утро мая,

Ты резвишься, не вспоминая,

Какую клятву мне дала...

Ты права. Как от упоенья,

В чаду кадильниц, не забыть

Обет, который, может быть,

Ты бросила от нетерпенья,

А я?-Я жалуюсь безжалостной судьбе;

Я плачу, как дитя, приникнув к изголовью,

Мечусь по ложу сна, терзаемый любовью,

И мыслю о тебе... и об одной тебе!

1834

И МОЯ ЗВЕЗДОЧКА

Море воет, море стонет,

И во мраке, одинок,

Поглощен волною, тонет

Мой заносчивый челнок.

Но, счастливец, пред собою

Вижу звездочку мою

И покоен я душою,

И беспечно я пою:

"Молодая, золотая

Предвещательница дня,

При тебе беда земная

Недоступна до меня.

Но сокрой за бурной мглою

Ты сияние свое

И сокроется с тобою

Провидение мое!"

1834

НА ГОЛОС РУССКОЙ ПЕСНИ

Я люблю тебя, без ума люблю!

О тебе одной думы думаю,

При тебе одной сердце чувствую,

Моя милая, моя душечка.

Ты взгляни, молю, на тоску мою

И улыбкою, взглядом ласковым

Успокой меня, беспокойного,

Осчастливь меня, несчастливого.

Если жребий мой - умереть тоской

Я умру, любовь проклинаючи,

Но и в смертный час воздыхаючи

О тебе, мой друг, моя душечка!

1834

x x x

О, кто, скажи ты мне, кто ты,

Виновница моей мучительной мечты?

Скажи мне, кто же ты?
– Мой ангел ли хранитель

Иль злобный гений-разрушитель

Всех радостей моих?
– Не знаю, но я твой!

Ты смяла на главе венок мой боевой,

Ты из души моей изгнала жажду славы,

И грезы гордые, и думы величавы.

Я не хочу войны, я разлюбил войну,

Я в мыслях, я в душе храню тебя одну.

Ты сердцу моему нужна для трепетанья,

Как свет очам моим, как воздух для дыханья.

Ах! чтоб без трепета, без ропота терпеть

Разгневанной судьбы и грозы и волненья,

Мне надо на тебя глядеть, всегда глядеть,

Глядеть без устали, как на звезду спасенья!

Уходишь ты-и за тобою вслед

Стремится мысль, душа несется,

И стынет кровь, и жизни нет!..

Но только что во мне твой шорох отзовется,

Я жизни чувствую прилив, я вижу свет,

И возвращается душа, и сердце бьется!..

1834

ПОСЛЕ РАЗЛУКИ

Когда я повстречал красавицу мою,

Которую любил, которую люблю,

Чьей власти избежать я льстил себя обманом,

Я обомлел! Так, случаем нежданным,

Гуляющий на воле удалец

Встречается солдат-беглец

С своим безбожным капитаном.

1834

РЕЧКА

Давно ли, речка голубая,

Давно ли, ласковой волной

Мой челн привольно колыхая,

Владела ты, источник рая,

Моей блуждающей судьбой!

Давно ль с беспечностию милой

В благоуханных берегах

Ты влагу ясную катила

И отражать меня любила

В своих задумчивых струях!..

Теперь, печально пробегая,

Ты стонешь в сумрачной тиши,

Как стонет дева молодая,

Пролетный призрак обнимая

Своей тоскующей души.

Увы! твой ропот заунывный

Понятен мне, он - ропот мой;

И я пою последни гимны

И твой поток гостеприимный

Кроплю прощальною слезой.

Наутро пурпурной зарею

Запышет небо, - берега

Блеснут одеждой золотою,

И благотворною росою

Закаплют рощи и луга.

Но вод твоих на лоне мутном

Все будет пусто!.. лишь порой,

Носясь полетом бесприютным,

Их гостем посетит минутным

Журавль, пустынник кочевой.

О, где тогда, осиротелый,