Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Шрифт:

И есть земля – она одна,

Большая, добрая, сердитая,

Как кровь, тепла и солона.

1942

Илья Эренбург. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.

***

Настанет день, скажи – неумолимо,

Когда, закончив ратные труды,

По улицам сраженного Берлина

Пройдут

бойцов суровые ряды.

От злобы побежденных или лести

Своим значением ограждены,

Они ни шуткой, ни любимой песней

Не разрядят нависшей тишины.

Взглянув на эти улицы чужие,

На мишуру фасадов и оград,

Один припомнит омраченный Киев,

Другой – неукротимый Ленинград.

Нет, не забыть того, что было раньше.

И сердце скажет каждому: молчи!

Опустит руки строгий барабанщик,

И меди не коснутся трубачи.

Как тихо будет в их разбойном мире!

И только, прошлой кровью тяжелы,

Не перестанут каменных валькирий

Когтить кривые прусские орлы.

1942

Илья Эренбург. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.

***

Большая черная звезда.

Остановились поезда.

Остановились корабли.

Травой дороги поросли.

Молчат бульвары и сады.

Молчат унылые дрозды.

Молчит Марго, бела, как мел,

Молчит Гюго, он онемел.

Не бьют часы. Застыл фонтан.

Стоит, не двинется туман.

Но вот опять вошла зима

В пустые темные дома.

Париж измучен, ночь не спит,

В бреду он на восток глядит:

Что значат беглые огни!

Куда опять идут они!

Ты можешь жить! Я не живу.

Молчи, они идут в Москву,

Они идут за годом год,

Они берут за дотом дот,

Ты не подымешь головы -

Они уж близко от Москвы.

Прощай, Париж, прощай навек!

Далекий дым и белый снег.

Его ты белым не зови:

Он весь в огне, он весь в крови.

Гляди – они бегут назад,

Гляди – они в снегу лежат.

Пылает море серых крыш,

И на заре горит Париж,

Как будто холод тех могил

Его согрел и оживил.

Я вижу свет и снег в крови.

Я буду жить. И ты живи.

1942

Илья Эренбург. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.

***

Он пригорюнится, притулится,

Свернет, закурит и вздохнет,

Что есть одна такая улица,

А улицы не назовет.

Врага он встретит у обочины.

А вдруг откажет пулемет,

Он скажет: «Жить кому не хочется» -

И сам с гранатой поползет.

1942

Илья

Эренбург. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.

***

Когда закончен бой, присев на камень,

В грязи, в поту, измученный солдат

Глядит еще незрячими глазами

И другу отвечает невпопад.

Он, может быть, и закурить попросит,

Но не закурит, а махнет рукой.

Какие жал он трудные колосья,

И где ему почудился покой!

Он с недоверьем оглядит избушки

Давно ему знакомого села,

И, невзначай рукой щеки коснувшись,

Он вздрогнет от внезапного тепла.

1942

Илья Эренбург. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.

***

Все взорвали. Но гляди – среди щебня,

Средь развалин, роз земли волшебней,

Розовая, в серой преисподней,

Роза стали зацвела сегодня.

И опять идет в цехах работа.

И опять томит тебя забота.

Что ж, родная, будем жить сначала,Сердцу, видно, и такого мало.

Между октябрем и декабрем 1943

Илья Эренбург. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.

В ГРЕЦИИ

Не помню я про ход резца – Какой руки, какого века,Мне не забыть того лица, Любви и муки человека.

А кто он? Возмущенный раб?

Иль неуступчивый философ,

Которого травил сатрап

За прямоту его вопросов?

А может, он бесславно жил,

Но мастер не глядел, не слушал

И в глыбу мрамора вложил

Свою бушующую душу?

Наверно, мастеру тому

За мастерство, за святотатство

Пришлось узнать тюрьму, суму

И у царей в ногах валяться.

Забыты тяжбы горожан,

И войны громкие династий,

И слов возвышенный туман,

И дел палаческие страсти.

Никто не свистнет, не вздохнет – Отыграна пустая драма,И только всё еще живет Обломок жизни, светлый мрамор.

1958

Илья Эренбург. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.

***

Вчера казалась высохшей река,

В ней женщины лениво полоскали

Белье. Вода не двигалась. И облака,

Как простыни распластаны, лежали

На самой глади. Посреди реки

Дремали одуревшие коровы.

Поделиться с друзьями: