Вольной

К болезни он привык. Просиживая дни,Он думал и мечтал… "Теперь там шумно, жарко!Хлопочут, бегают, торопятся они…Как это солнышко невыносимо ярко!Здесь в полусумраке, за рамою двойной,В тенистой комнате покойно и уютно…"И уж не плакал он, когда ему поройБылое, бурное припоминалось смутно…Привык он жить один. Давно уж он забыл,Что есть иная жизнь волнений и страданий;В уединении он так их полюбил —Картины пестрые болезненных мечтаний!Как злобно он вздрогнет, когда ему теперь,Вдруг свежим воздухом пахнув в лицо больное,Тревога шумная в растворенную дверьРасскажет радостно про новое, живое!

Заря

Заря! Унынье, страх лучей ее бегут,И сердце бьется жизни жаждой;Толпою бодрою идем на жизнь и труд!Свое для всех положит каждый.Идем на жизнь и труд! В пылающих сердцах,В биеньи частом каждой жилы,В молчаньи сдержанном, в стремительных речахВся мощь и крепость львиной силы!Пусть умирающих, ослепших голосаЗвучат… Земля моя родная!По селам, городам, в поля твои, в лесаДавно уж веет жизнь иная!Вот вспыхнет солнышко над сумрачной землей!Бегут обманчивые тени,И храма ветхого под твердою стопойДрогнули мшистые ступени…

Из стихотворения «Деревня»

Н. Н-ской

Вот и околица, вот мельница и прудВесь в красном пламени… А там за ним пойдутВолной широкою колосья наливные!При блеске утреннем пурпурного лучаСверкнули крестики за рощей золотые —То ветхий сельский храм. Колесами стуча…..Плотиной старою поехала телега;Здоровой свежестью повеяло с полей,Гречихой, коноплей… С качнувшихся ветвей,Закапала роса. А утренняя негаОчарованием своим еще царит…Бесшелестно листок в огне зари висит,Как озолоченный…Скорей, моя телега!Бывало, – помнить ли? – подпершися рукойС несносной книгою сидишь. Перед тобойИз непонятных букв, из-за тупой указкиВыходят странные, причудливые сказки…Так душно в комнате, и скучно, и темно!Сирень врывается в раскрытое окно,И сыплются цветки на стол, благоухая;И звон ко всенощной, и ржанье лошадей,И крик, веселый крик несется, замирая,Со скрипом колеса с желтеющих полей;И в небе голубом следишь за лётом птицы,И в нетерпеньи мнешь окраины страницы,И тетку строгую уж слушаешь едва,Как опьянелая кружится голова,И хочется бежать в овраг к пруду и к лодке,И плакать хочется под грозный голос тетки!Иль зимним вечером – как снегом бьет в стеклоМетель летучая – при нагоревшей свечкеНа сундуке большом, окованном, у печкиВ тени угла сидишь уютно и теплоИ няню слушаешь. Узнав и гнет и горе,Я понимал уже, как пела мне она,Что мукой вечною какою-то полнаЕе душа… Поет, бывало: "В синем мореПлыла лебедушка… Вдруг сокол налетел…И в сердце у меня последний звук звенел —И я рыдал, обид припомнив ряд несчетный,И няню целовал с любовью безотчетной…

Пророк

Он шел по селам, городам,Он говорил: "Настало время!Пора разрушить ветхий храм,Создаст иной иное племя!"С упреком горьким осмеялИх боязливые сомненья,На них он твердо отвечал,С могучей силой убежденья:"Когда хотя один из насСказал той новой жизни слово,Заря ее уж занялась,Скончалось царствие былого!"

Зимой

Как у наших ворот снежный вихорь метет,Вкруг столбов всё крутит-завивается,Словно стонет-гудёт, в стекла мерзлые бьет.Ах, как сердце болит – надрывается!Не приехал домой наш сосед молодой, —Да зачем он опять-то покажется?Правда, прошлой весной говорил он со мной.,Да ведь всё не упомнишь, что скажется!Вот весна-то была! И тепла, и светла!Как-то всё говорилося, пелося,Всех бы я обняла, всем прощать начала —Как-то вдруг мне любить захотелося!Что он видел и знал! Сколько мне рассказалПро широкую жизнь, про раздольнуюПо большим городам, по далеким краям,Про людскую про волюшку вольную!Полетела бы я в эту даль, в те края,Всё б увидела новое, дивное,Эту скуку и брань позабыла бы я,Всё б свое позабыла противное.Вот как птицы летят, от морозов спешатЗа людьми работящими, праздными,Что за новой весной, чай, толпа за толпойПотянулись дорогами разными…А у наших ворот лишь тропинка идет…Вон уж снегом она заметается!А у наших ворот только буря поет,Только буря поет-заливается…

В поле

Ф. М. Достоевскому

Дай тебе боже, родная земля,Мира, свободы, покою!Как эти села, как эти поляКрепко сроднились со мною!Чудное утро за ночью дождливою:Серая тень переходит за нивою,Тучки плывут в синеве,И широко по травеТянется ветер струей благовонногоВ рощу зеленую,Дождиком свежим омытую,Солнечным светом залитую.Дай тебе боже, родная земля,Дождичка, вёдра в поля,И сохрани их от града, от голода,Жара сухого да позднего холода!Бог вам на помощь, христовы работнички!Глубже вам вспахивать пашенку черную,Шире косой размахнуться проворною —Будет большой урожай,Град не побьет, саранча не напустится…Как всё кругом зацветет да распустится —Знай увози-собирай!В полдень ли жаркий, полуночью ль тихоюМедом потянет от кашки с гречихою,Станут хлеба что стена,И засквозятся, что золото яркое,Стебли сухие на солнышко жаркоеИ зашумят, как волна.Песни по селам споются веселые,Стоном застонут телеги тяжелые —Горы снопов повезут.Всё, чем поля за труды ни поплотятся,Всё на току на сухом умолотится,Всё в закрома покладут.Дай тебе боже, родная земля,Мудрых вождей и великих,Чтобы не слышали эти поляКриков проклятия диких,Чтоб не лилась неповинная кровь,Слез неутешных не лилось —Чтоб вековечно святая любовьВ грешных сердцах воцарилась!

Смерть

М. Н. Коптевой

Мне кажется, что я умру в дороге,На станции. Глухая будет ночь,Я не смогу усталость превозмочьИ задремлю тихонько на пороге.Там в темноте меняютлошадей,Среди теней и тусклых фонарейБубенчиков раздались переливы,И фыркает протяжно конь ленивый…А ночь темна – без звезд и без лучей.И снится мне, что я приеду скоро,Что вот теперь уж кончен скучный путь,Что будет мне так сладко отдохнутьСредь тихих слов простого разговора,Под жаркий треск растопленных печей…А ночь темна – без звезд и без лучей.Вот огоньки блеснули мне приветно,И сердце им забилося ответно,И хочется туда лететь, бежатьИ нового так много рассказать,И хочется так многих мне увидеть,По-старому любить и ненавидетьИ страстно жить опять среди людей…А ночь темна – без звезд и без лучей.Темна, темна! И сердце вдруг упало…Ну, стоит ли стремиться и желатьИ новое всё что-то узнавать?И эта мысль мне мозг застывший сжала:Так тяжела, упорна и одна,Как ночь кругом, черна и холодце…Ну стоит ли? Ведь всё одно и то же!Когда-то был я лучше и моложе,Мне нравилась вся эта трескотня,Весь этот блеск так радовал меня!Ну, а теперь… теперь с меня довольно!Но отчего ж вдруг сердцу стало больно?И отчего – всё будто холоднейСырой туман ползет с сырых полей?Ну пусть уж так! Пусть тише сердце бьется!Холодный мрак всё тише раздается…Но хорошо! Вот так бы всё лежать!Ни мучиться, ни думать, ни желать,И мирно спать без снов – покойно, вечно…И дальше не поеду я, конечно.

* * *

И плеск, и блеск речной волны,Туманы, тени ночи синей,Благоухания весныНад зеленеющей пустынейЛугов и свежих озимей,Весь этот трепет, щебетанье,Вся эта яркость и блистаньеСквозистых рощ, небес, полей,Что светлой, полной жизнью дышат,И голосов несметный хор…Привычный слух, спокойный взорИх мало видит, мало слышит.Но если в душных городахВсё это вспомнишь в день туманный,На людных, смрадных площадях,Под гул тревоги неустанной, —Широко, полно дышит грудь,Вольнее хочется вздохнуть…И вот сверкнула даль немая,Звенит, щебечет впереди —Весна цветет, благоухая,В твоей взволнованной груди…

Зайка

Заинька у елочки попрыгивает,Лапочкой об лапку поколачивает."Экие морозцы, прости господи, стоят,Елочки от холоду под инеем трещат;Елочки от холоду потрескивают;Лапочки от холоду совсем свело.Вот кабы мне, зайке, мужичонком быть,Вот кабы мне, зайке, да в лаптях ходить,Жить бы мне да греться бы в избушечкеСо своей хозяюшкою серенькой.Нынче мужички-то хорошо живут,Нынче мужичкам-то эту волюшку дают,Волюшку-свободу, волю вольную,Что на все иди четыре стороны:На одну-то сторону напросишься,На другую сторону намолишься…Вот кабы мне, зайке, мужичонком быть,Вот кабы мне, зайке, да в лаптях ходить,Пироги бы есть да всё с капусткою,Пироги бы с сладкою морковкою,На полатях зимушку пролеживать,По морозцу в саночках покатывать!.."

Золотой дождик

Дождя сверкающего каплиШумели в блещущих листах,Шумел, весь в каплях, воздух синий,Колеблясь в радужных волнах;Благоуханная прохладаПлыла широко. Здесь и тамВстряхнутся ветки, точно кто-тоПорхнет незримый по кустам.Всё задышало, зажужжало,Зазеленело, зацвело.И из янтарной тучки солнцеКак обновленное взошло…

Из стихотворения «В тюрьме»

Вон башни там по берегамВиденьями стоят;Вон по стенам, склонен к волнам,Орудий черный ряд.Там над землей туман сыройИ день и ночь стоит.Там ветра вой и волн прибойВ недвижимый гранит.Лишь – редкий миг – раздастся крикУгрюмых часовых,Да слышен крик, зловещ и дик,Бессонных птиц ночных.Да слышен стон, – протяжен онИ тоже страшен, дик,Как смертный сон, подземный стон.Глухой, протяжный крик…Но всё собой туман сыройПокрыл со всех сторон,Но ветра вой и волн прибойГлушит подземный стон.

Грезы и песни

Не отнимут люди, не отнимут —Грезы, песня будут вечно с нами;И за что б ни стали люди биться —Грезы, песня будут вечно с намиВ сердце нашем глубоко таиться.Те, что насмеялись, те, что гнали,И у них ведь сердце грезой бьется —Иль они ни разу в жизнь не знали,Как от счастья всей душой поется?Вот века проходят за веками,Всё, быть может, позабудут люди,Чем гордились, что творили сами, —Грезы ж с песней будут вечно с намиГлубоко таиться в каждой груди.Да и есть ли что у нас отрадней,Есть ли что светлее и чудесней?Всё пройдет своею чередою,Только вечно будет над землеюЦарство грез и песней!