Стикс - 2

— А что ты хотела? — спросил насмешливо. — Ты себя в зеркало-то видела? А лет тебе сколько? Разведенка, да еще и с ребенком! Не тебе на меня обижаться!

И ушел. Она думала: будет жалеть. Прижмется теперь. Но Сашка ничуть не унывал, напротив, ходил довольный, с улыбкой во весь рот. Кредит-то он выплатил ее же стараниями, а по слухам, и зарплату ему прибавили. И теперь Нахрапьев снял квартиру в области, устроился, в общем. Да еще и с новенькой закрутил. С кассиршей. Высокая девица, не первой, конечно, молодости, но ноги и в самом деле от ушей.

Марина возненавидела обоих. Ну кто виноват, что она такой родилась? Маленькой, склонной к полноте. Да хоть одними овощными салатиками питайся, ноги все равно не вырастут и веснушки с тела и лица не пропадут. Что ж теперь, одних моделей любить? Несправедливо это

Все свои разочарования женщина вывалила Петру Зайцеву при первой же встрече. Едва он намекнул, что у менеджера по персоналу проблемы. И согласилась сотрудничать. Наконец-то представился случай отомстить обидчику! Зайцев объяснил ее задачу. Подпоить остальных и сказать милиции, которая приедет на место происшествия, что Нахрапьев застрелил любовницу, а потом застрелился сам. Он, мол, ее ревновал и неоднократно жаловался бывшей сожительнице. Это Марину устраивало целиком и полностью. Любовь к обманщику давно прошла, и то, что его собираются убить, не волновало ничуть. Она была даже рада, что Сашка нарвался. Так ему, мерзавцу, и надо! Ненавижу! Что же касается женщины…

— Это модель, о которой Нахрапьев и говорил тогда по телефону со своим приятелем, — сказал Петр Иванович, имея в виду Ольгу. — Он ее «застрелит из ревности» и застрелится сам. Твоя задача сказать милиции, что они были любовниками. И сослаться на подслушанный разговор. Если надо, они и приятеля найдут, тот все подтвердит. Поняла?

Она кивнула. Все вроде бы сходилось. Вот она, та самая модель, с которой Сашка ей изменял, когда вместе жили! Нашлась! Ольгу в супермакете знали все: приметная девица, одета, как картинка, покупает все самое дорогое. Она была постоянной клиенткой и частенько приезжала с высоким красивым брюнетом, при виде которого женщины начинали переглядываться и перешептываться. Но он никого и ничего не замечал, взгляду него был какой-то странный, в пространство. Со своей спутницей тоже был небрежен, но с деньгами расставался легко, на все ее капризы только плечами пожимал. Хочешь, мол, — получи. Разумеется, Ольге все завидовали. А тут выяснилось, что она крутила роман и с Александром Нахрапьевым. Как же Марина разозлилась! Надо же! Одним все, а другим ничего! Мало ей одного мужика, да какого! Любовника завела! Да убивать таких надо! Ну нет на свете справедливости!

Когда Сашку застрелили, а модель, вместо того чтобы тоже получить пулю, угорела в сауне, Марина слегка растерялась и запуталась. Но дело свое она знала. Не одна, так другая. Любовница виновата, и точка. Кассирша его застрелила. Так и сказала приехавшей милиции. В общем, она все сделала, как надо. И продолжала информировать Петра Зайцева о том, как идет расследование.

…Он увидел рыжий маячок ее волос и сбавил ход. Марина переминалась с ноги на ногу на автобусной остановке и вглядывалась в проезжающие машины, когда он плавно затормозил прямо перед ней. Открыл переднюю дверцу и пригласил:

— Садитесь, Марина.

Она села, захлопнула дверцу и покосилась на женщин, оставшихся ждать автобуса. Видели, на чем за мной приехали? Видели кто? Засветиться он не боялся. Познакомились в «Лесном», взял у понравившейся женщины телефон. Теперь встречаются. Ситуация типичная. Да и кому надо это выяснять? Свистунову? Вряд ли капитан еще разок сюда приедет. От дела отстранен. Результаты частного расследования Руслана Олеговича никого не интересуют.

— Куда поедем? — спросил он у женщины.

— Уф! Домой.

— А пообедать не хотите?

Дочка с начала июня гостила у бабушки, на малой родине Марины. Свободного времени полно, а кавалеры что-то не объявляются. На юг прокатить или просто заглянуть вечерком на чашечку кофе. Да и Марина после случая с Нахрапьевым стала осторожной. Если нынче самое привлекательное в женщине — это жилплощадь, то на дешевку размениваться не стоит. С этой точки зрения Марина просто красавица: три комнаты! Пообедать? Почему бы нет!

Заехали в маленький уютный ресторанчик, он уже изучил вкусы рыженькой. Обильная, сытная еда и страсть к красивым десертам. Именно красивым. Вот и сегодня Марина застыла у витрины с пирожными.

— Что хотите на десерт? — улыбнулся он.

— Ой, я все хочу!

Облизывая сочные губы, она смотрела на пирамидки крема и манящие островки разноцветной глазури. Сладко пахло ванилью и возбуждающе — молотым кофе, в маленьком зале царил полумрак.

— Пойдемте за столик, — предложил он. — Если с десертом определились.

Она нехотя оторвалась от витрины.

— Люблю сладкое, — пожаловалась, усаживаясь за столик. — Понимаю, что нельзя, а все равно хочется!

— Отчего же нельзя?

— Фигура портится. А, ладно! Мне что, в кино сниматься?

— В кино тоже разные люди снимаются. И худые, и полные.

Она вздохнула. Какое уж там кино! Подошел официант. Марина заказала много, он ограничился хорошо прожаренным бифштексом и крепким кофе. Когда официант отошел, спросил:

— Значит, вас сегодня навестил капитан Свистунов?

— Я не знаю его фамилию. Рыжий. Симпатичный, — добавила она. — В кино приглашал. Запал он на меня.

— Отчего же не пошли?

— А ну его! Женатый. А у вас, кстати, есть жена?

— Есть, — соврал он.

— Ну, когда ж вы только успеваете! — всплеснула пухлыми ручками Марина.

— Так и вы замужем побывали.

Принесли еду, и в разговоре возникла пауза. Молчание нарушил он:

— О чем он вас расспрашивал, Марина?

— О долгах.

— О долгах? — слегка удивился он.

— Надька проболталась о растрате. Я сказала, что расплатилась. Бабушкины побрякушки, мол, продала и расплатилась. Так он уставился на мое кольцо и лыбится. Ты подумай, умный какой! Я сказала: бижутерия.

Он тоже посмотрел на кольцо. Бриллианты были настоящими.

— Я бы и в самом деле их продала, — начала оправдываться Марина. — Да кому нужно? По своей цене не уйдут, только в ломбард. А там много ли выручишь? Приходится у вас деньги брать! — с вызовом сказала она.

Намек он понял. Спросил:

— Сколько вы хотите за сотрудничество?

— Ну, сколько-нибудь подбросьте.

— Давайте сначала посмотрим, что вы знаете.

— А, — беспечно махнула она рукой. — Хоть накормите! В ресторанах-то я не часто бываю.

И она начала осматриваться.

— Красиво тут. Чистенько.

— Кстати, версия для подруг: я за вами ухаживаю. Познакомились в санатории. В тот роковой день. Я взял у вас телефон.

— А мне здесь нравится. Уютно. И кормят хорошо. — Она вздохнула. — Еще он спрашивал про Сашку. Мол, злилась ли я за то, что он меня бросил.

— Тоже подруга проболталась?

— А кто же еще? На то они и подруги, чтобы сплетничать. Я на Надьку не обижаюсь. Я сказала все, как вы велели. Его, мол, любовница застрелила. Она раньше со следователем крутила, вот откуда у нее пистолет.