Стопроцентные чары

— Шани, не хочу обидеть твою чувствительную индивидуальность, но, черт бы тебя побрал, ты отвратительный менеджер.

— Какая команда, такой и менеджер, — невозмутимо ответил голос.

Аркаша опасливо оглянулась, ища особу, с которой переругивался Грегори. Через две скамейки от нее примостилась девушка, одетая в черное короткое платье с кружевом. На уровне лица она держала открытую книгу. Пальцы с длинными черными ногтями изящно лежали на обложке, а отогнутые мизинчики напоминали пижонскую манеру удерживания чашки во время изысканной чайной церемонии. По блестящей черной обложке вились кривоватые буквы названия: «Оригинальное макраме. Как сплести кашпо из жил окозлившегося бывшего ухажера».

— Шани, ты слишком сурова к нам, — жалобно прокричал Роксан, которому все-таки позволили стоять на своих ногах.

— Степень суровости зависит от уровня мастерства команды. — Шани зашуршала страницами. — Или от полного его отсутствия.

— Как-то ты с нами не нежно.

— Да. Я вас презираю.

Ничего себе высокие отношения. Аркаша смущенно уставилась в пол, обескураженная столь открытым пренебрежением и разрозненностью.

— Мило тут у нас, да? — Грегори невесело улыбнулся и, кивнув девушке, мол, посиди пока тут, вернулся к своей команде.

Обшарив взглядом весь зал, Аркаша замедлилась на чернеющей дыре проема, ведущего в какое-то темное помещение. Обычно в таких держали спортивный инвентарь. Ей показалось, что там, в темноте, кто-то двигается. Но скоро ей наскучило наблюдать за проемом, как наскучило и следить за командой Сириуса, собравшейся в кружок, пока Грегори что-то вполголоса объяснял внимательно слушающему Луми.

Бесшумно повернувшись вполоборота, Аркаша кинула украдкой взгляд на особу с книгой. И едва не взвизгнула. Особа, не отличающаяся уважением к священной персоне старосты, опустила книгу, явив миру лицо. Тонкие волосы оттенка расплавленного золота были зачесаны назад, открывая широкий лоб, и переходили в тонкие длинные косички, обрамляющие яйцевидную форму головы. Но страшнее были глаза: две половинчатые матово-черные скорлупки с нечетким зеленоватым бликом.

— Здрасте, — пролепетала Аркаша.

Шани захлопнула книгу и положила ее рядом с собой на скамью.

— Я Аркадия Теньковская. Можно просто Аркаша.

— Шаньян Ловчая. Нельзя просто Шани. — Жуткая девушка втянула носом воздух. — Вонь трухи. Человек?

— Э, да.

— А я черная вдова.

— И давно? — с перепугу ляпнула Аркаша.

— Что давно?

— Вдова.

— С рождения.

— О, понятно.

Ощутив щекотку, Аркаша глянула вниз и остолбенела. По ее оголенным ногам и рукам ползали не меньше двадцати маленьких черненьких паучков. Они быстро перебегали с места на место, едва касаясь девичьей кожи своими малюсенькими лапками.

Прежде чем Аркаша успела вобрать в себя воздух, чтобы в следующую секунду истерично заголосить, Шани, зевнув, вновь потянулась к книге и предупредила:

— Осторожно, они чувствительны и болезненно реагируют на отказ в общении.

— Я сейчас тоже очень болезненно среагирую, — еле ворочая языком, выдала Аркаша, краем глаза замечая, что пауки добрались до ее плеч и нацеливались на шею.

Сбоку появилось лицо Шани. Черные скорлупки глаз сверкнули недовольством.

— Уважай живых существ, — острые ноготки прочертили по Аркашиной руке невидимые линии, — и они будут уважать тебя.

Прикосновение маленьких лапок будоражило нервную систему. Один за другим пауки перебрались на подставленную ладонь Шани и скрылись в кружевах платья у шеи.

Почувствовав копошение в волосах на затылке, Аркаша медленно закинула руку назад и коснулась дрожащим указательным пальцем малюсенького мохнатого тельца. Дождавшись, пока щекочущие лапки переберутся на подставленный палец, она протянула паука Шани, которая успела присесть на скамью рядом с ней и теперь внимательно наблюдала за ее реакцией. К горлу подкатилась тошнота, лоб покрыла испарина. Аркаша крепко сжала губы, глядя, как паук, покинув ее палец, перебрался на ладонь, обежал запястье по кругу, сунулся в пространство между каждым пальцем и только потом удосужился переместиться на подставленную ладонь Шани.

— Хороший менеджер им не поможет. — Книга с грохотом упала на скамью между ними. — Посредственности. Да и организации никакой. Грегори зря теряет время.

Аркаша, убедившись, что ни одно черное мохнатое создание не собирается в ближайшее время снова прогуляться по ее телу, посмотрела в сторону площадки.

Интересная мысль. Среди всех диковинных созданий университета маги представляли собой, пожалуй, самый простенький и банальный вид. Наверное, для Грегори, как для мага, подобное осознание — ужасающее давление. Быть обычным среди уникальных — то еще счастье. Однако по нему нельзя было с уверенностью сказать, что сложившаяся ситуация его безумно угнетала. Юноша был словно тележка, к которой были привязаны разноцветные шарики. Удивительные, яркие, прекрасные. Но без тележки, удерживающей их веревочки, они бы гордо воспарили в небеса. Качались бы на облаках, предавались забавам с ветром, плыли и плыли в далекое никуда, пока ни застряли бы в проводах, ни наткнулись бы на острые ветки или ни потеряли бы остатки воздуха. Прекраснейшие воздушные шарики: демон, нефилим, дикий кот, а теперь и снежный мальчик, — Грегори, как надежная опора, бережно сохранял их целостность.

От философских измышлений Аркашу отвлекло легкое, но весьма болезненное дерганье за волосы. Шани, явно чем-то недовольная, растирала между подушечками пальцев Аркашины пряди, будто ожидая, что при должном ухищрении из них можно добыть огонь.

— Ты не сможешь быть менеджером. — Взлохмаченные пряди были возвращены владельцу. — И не подходишь на роль талисмана. — Шани надула щеки и отвернулась. — Слишком страшненькая.

«Вот спасибо. — Аркаша закатила глаза. — Это вдогонку тетиному «рыльцу», да?»

— Не согласен, — раздался голос над ухом девушки. Аркаша подпрыгнула на скамье. Перед ней на корточках примостился Роксан. И когда только успел подкрасться? Сложив локти на коленях, юноша с любопытством вглядывался в ее лицо. — Очень миленькая. Мне нравятся твои глаза. Как коричные палочки или сладкая шоколадка. А губки! Такие пухленькие, как...

— А ну сбрызни, Котяра. — Джадин, оттолкнув Роксана, шлепнулся на его место. — Хм-м. Ну не сказал бы. — Нефилим задумчиво почесал подбородок. — Не так уж все плохо, но лицо сегодня кривовато.

— Чего? — Пятерня Роксана врезалась в щеку Джадина, слегка отодвигая его в сторону. Золотистые глаза разочарованно оглядели Аркашу. — Действительно, чуть-чуть косая. Ай-ай!

Вопль был оправданно громким, потому что карающее ребро ладони Грегори, стремительно подскочившего к непутевым оценщикам, не знало пощады и добралось до каждого затылка.

— Идиоты! Она всего лишь скорчила рожу. — Грегори ухватил парней за шкирняк и резко дернул на себя. Ухнув в голос, нефилим и дикий кот повалились на спины, взметнув вверх подошвы кроссовок. — Это из-за ваших дурацких приставаний! А ты, Шани, держи своих пауков при себе.

— Им просто не хватает общения.

— Линси и Кюнехелму?

— Паукам!

— Не, мне тоже не хватает общения, — заявил Роксан и, закинув руки назад, оттолкнулся ладонями от пола, перекатился на корточки и водрузил локти на Аркашины колени. — Пообщайся со мной, Зефиринка.

— Какие же вы шумные. — Шани страдальчески прикрыла уши.

— Так и валила бы из секции. — Ровен подошел к Роксану и проделал тот же трюк, что и Грегори до этого, но с маленьким отличием: когда дикий кот с воплем упал на спину, водрузил на его грудь ногу в кроссовке, зафиксировав несчастного в лежачем положении.